Одиночка. Школа пластунов
– Не пустыми, – кивнул статский советник. – Но почти весь товар они сразу отправили заказчикам.
– Погодите. А как же тогда тот лабаз? – снова не понял Елисей.
– Придя в город, товар выгрузили туда. А на следующий день почти все привезенное уже было забрано заказчиками. Оставалось несколько тюков. Вот мы и решили, что главное именно там. Но, как видите, ошиблись, – вздохнул Морозов, чуть покривившись.
– Думаю, вы не ошиблись. Скорее всего, главное они вынесли через найденный ход, – протянул Елисей, мысленно выстраивая схему распространения фальшивого серебра. – А чей именно это караван, известно?
– Караван сборный. Отправлен сразу четырьмя купцами, – принялся пояснять статский советник, доставая из кармана записную книжку в кожаном переплете и раскрывая ее на нужной странице. – Купцы… – тут он начал перечислять фамилии, и Елисей, чуть вздрогнув, быстро уточнил:
– Купец Молхнадзе? Разве он в Тифлисе?
– А почему его не должно там быть? – тут же насторожились оба офицера.
– Господа, вы помните, что случилось в Тифлисе, когда я отправлял с батальоном князя своих ребят? – на всякий случай поинтересовался парень.
– История с похищением невесты? – нахмурив лоб, уточнил Морозов.
– Верно, – улыбнувшись, кивнул Елисей.
– Господа, я болван, – честно признался статский советник, хлопнув себя ладонью по лбу. – Елисей, голубчик, вы умница. Все верно, его не могло быть в Тифлисе, когда отправлялся караван. Князь бы его публично на шашлык пустил.
– Но это не значит, что приказчики купца не могли участвовать в деле с фальшивками, – быстро добавил Елисей. – И к слову, сие весьма удобно для самого купца. В случае ареста он с чистой душой заявит, что ничего не знал и его вообще в это время не было в Тифлисе. И получится, что предъявить ему просто нечего.
– Вот шельма, – выругался Морозов, пристукнув кулаком по столу.
– Ну, играя в подобные игры, дураком быть точно нельзя, – усмехнулся парень. – Свои же разом съедят и не поморщатся.
– Это верно, – задумчиво кивнул полковник, поглядывая на статского советника. – Так может, связаться с нашим управлением в Тифлисе и попросить их провернуть такую же операцию, как мы тут? – подумав, осторожно предложил он.
– Теперь бессмысленно, – качнул Елисей головой. – Товар уже в городе, и когда будет следующая партия фальшивок, мы не знаем. Так что там они теперь ничего не найдут. А вот взять всю эту компанию под плотный контроль и отслеживать всех, кто имеет с теми купцами дело, было бы весьма полезно.
– Ты хоть представляешь, сколько народу для этого нужно? – иронично хмыкнул полковник.
– Так ведь я не предлагаю вам всех их покупателей отслеживать, – развел Елисей руками. – Только тех, кто занимается поставками товаров. Да и то те, кто давно известен и никуда не ездит, нам не интересны. А вот всякие иностранцы, иноверцы и тому подобные личности, наоборот, были бы весьма занятны.
– Объясни, – потребовал статский советник, откидываясь на спинку стула и складывая руки на груди. – Я бы понял, потребуй ты проверять всех подряд. Согласился, скажи именно про тех, кто давно известен. Но иностранцы и иноверцы… Это слишком явно.
– Верно. На то и расчет. Ну кто, скажите на милость, всерьез поверит, что иноверец станет заниматься такими делами, отлично зная, что привлечет к себе внимание в первую голову? – ехидно отозвался в ответ парень. – А иностранцы просто потому, что фальшивка идет из-за хребта. В наших местах серьезное количество серебра не протащить. За такой куш горцы их сами вырежут и скажут, что так и было. А вот со стороны Тифлиса перевалы охраняются слабо. А значит, больше возможностей проскользнуть незаметно. А купец, который с ними завязан, это прекрасное прикрытие. Караваны-то у них постоянно в разные города ходят.
– Николай Кузьмич, составляйте письмо, голубчик, – повернулся Морозов к контрразведчику. – Вашим людям в помощь мои будут. Наш юный друг умеет быть убедительным. Пусть берут всех указанных купцов под постоянное наблюдение и узнают про них все, что можно, и главное, что нельзя.
– Господа, теперь я могу в крепость вернуться? – подумав, осторожно спросил Елисей. – Я ребят набрал, мне учебу начинать надо.
– Сколько ты еще в городе пробудешь? – уточнил полковник, задумчиво глядя на него.
– Дня три-четыре. Как заказ готов будет, так и уеду.
– Хорошо. Как будешь готов к отъезду, сообщи сначала мне. Там по делам видно будет. Вполне допускаю, что нам придется еще кое-куда заглянуть, – подумав, решительно подытожил полковник.
– А я-то вам зачем? – удивился Елисей. – У вас приданных солдат целый полк.
– Толку-то с того полка, – фыркнул Морозов. – По лабазу полчаса ходили, пока ты их в нужное носом не ткнул. Господин полковник прав. При подобных действиях твои знания и умения нам будут весьма полезны.
– Так и обучили бы своих людей, – пожал Елисей плечами. – Дело-то нехитрое. Главное знать, с чего начать.
– Вот пришлю к тебе десяток своих чиновников, и станешь учить, – беззлобно пригрозил полковник.
– А вот это и вправду дельная мысль, – вдруг поддержал его статский советник. – Одно плохо, народу у нас обоих и вправду маловато, и все в разгоне. Пока соберешь, все дела встанут.
«Что-то я не помню, чтобы в подобных службах такой кадровый голод был, – подумал Елисей, разглядывая господ офицеров. – Вроде их всегда снабжали по первому требованию. Или я чего-то не понимаю».
– Чего задумался, сокол? – иронично поинтересовался полковник, заметив, что парень всерьез погрузился в собственные воспоминания.
– Я не сокол, я кречет, – на автомате буркнул Елисей и, очнувшись, тут же сменил тему. – Господа, вы оба почему-то твердите, что у вас людей не хватает. И я, признаться, не могу понять, почему? Неужели в империи перевелись люди, готовые ей служить?
– Увы, друг мой, но наши службы у многих вызывают серьезные сомнения. Особенно у людей дворянского достоинства. Для них все хитрости и интриги, в них применяемые, несовместимы с понятием чести, – мрачно вздохнул Морозов.
– Что за чушь?! – фыркнул Елисей. – Ну, про контрразведку я еще могу хоть как-то понять. Да и то, это ж прямая защита государства от врага, но у вас-то, Николай Кузьмич, казначейство. Какие уж тут интриги?
– Ну, служба в казначействе тоже особой славой не пользуется. Считается, что там одни очкастые зануды над бумагами корпят, – рассмеялся Морозов.
– Или я дурак, или лыжи не едут, – фыркнул парень, окончательно запутавшись. – Лучше, конечно, при дворе интриги плести, чем государство от чужих интриг защищать.
– А ты думал, с чего мы с Александром Савичем так в тебя вцепились? – иронично усмехнулся Морозов. – Мало того что боец, каких поискать, так еще и голова работает так, что позавидовать впору.
– Да уж. В наших делах свежий взгляд значит многое иногда, – кивнул полковник. – А ежели вспомнить про все твои изобретения, так тебе самое место в моей службе. Тем более теперь, – многозначительно добавил он, искоса глянув на статского советника.