Сердце сокола
— Хотя бы затем, что вы — сеньора Веларде! — не терпящим возражений тоном заявил он. — А еще затем, что Нидо-эн-Рока слишком давно не видел в своих стенах настоящего праздника и самое время это исправить. Что вы любите, кроме лимонада, Кристина? У меня есть острое желание разогнать в доме проевшую плешь тоску, и я намерен воспользоваться вашим днем рождения как поводом для сего действа.
Он говорил об этом весело и как-то неуловимо празднично, и Кристине не захотелось возражать ему даже из собственной скромности. Кажется, она и так слишком долго ей повиновалась, стараясь соответствовать эталону воспитанной в благонравности девицы, получая в ответ лишь обиды и унижения. И если Сантьяго приехал с желанием отвлечься от дворцовой трясины, почему Кристина должна ему мешать?
— Уверена, с Хуго тосковать будет некогда, — заметила она и кивнула на беспокойно вертевшегося возле ног Сантьяго пса. Потом просяще посмотрела мужу в глаза. — Вы же разрешите мне взять его в дом? Я не стану нагружать слуг заботой о Хуго: мне не привыкать ухаживать за собакой. Но я не хочу снова отдавать его на псарню: просто не могу, Сантьяго!
— У меня нет псарни, если вы еще не заметили, — улыбнулся он и, отвязав от дерева коня, жестом предложил проследовать к Нидо-эн-Рока. — Так что я буду только рад, если вы найдете парню место в доме. Хуго, говорите? Хорошее имя. Подходящее для такого носача.
Кристина, не сдержавшись, прыснула и легко коснулась собачьего носа, словно созданного для того, чтобы совать его во всякие любопыгные места. Почему-то Кристина не сомневалась, что Хуго не заставит себя с этим ждать.
— Вы же, кажется, собирались окунуться в море, — напомнила она, еще раз тайком бросив восхищенный взгляд на весьма вольно одетого мужа. — Правда, должна предупредить, что вода пока еще не прогрелась.
Он, однако, покачал головой.
— Только чтобы не смущать вас собственным загнанным видом. Но коль скоро вы не пришли от него в ужас, я счигаю возможным добраться до цивилизованной ванны и уже там привести себя в порядок.
Кристина улыбнулась, мысленно признавшись себе, что она не только не пришла в ужас, но и откровенно предпочла бы почаще видеть мужа именно таким — непринужденным и немного озорным — нежели привычно запакованным в сюртук по последней европейской моде.
— В таком случае я попрошу вас немного подождать меня: я оставила на берегу туфли и не хотела бы возмущать вашу суровую прислугу собственными босыми ногами, — проговорила Кристина, уверенная, что в ответ услышит вопрос о сеньоре Луго, но Сантьяго только протянул ей поводья и заверил, что это его упущение и что именно он должен его исправить.
Кристина не стала возражать, хотя и не видела его вины в своей забывчивости, и пообещала с нетерпением ждать его возвращения. Сантьяго рассмеялся и весьма ловко спустился по тропинке вниз, на берег. Вслед за ним ринулся и освобожденный от веревки Хуго. Вряд ли он когда-либо видел море и по совершенно необъяснимой причине решил, что оно угрожает хозяину. Бросился к самой воде и принялся лаять, припадая на передние лапы и стараясь схватить зубами образующуюся на волнах пену.
Кристина попыталась окликнуть его, но это было совершенно бессмысленным делом: кличку Хуго еще не знал, а потому и не думал на нее реагировать. Кристина оглянулась по сторонам, собираясь снова привязать коня и спуститься за своей собакой, но быстро оставила эту затею.
Ох, Сантьяго! Как же ошибалась Кристина, считая его бесчувственным, непробиваемым, высокомерным скегттиком, с презрением смотрящим на тех, кто не способен честно следовать установленным правилам, и не умеющим их нарушать. Но именно такой образ он тщательно создавал при дворе и не менее старательно ему следовал.
Сейчас Сантьяго Веларде Солар тянул в море упирающегося nca, а тот истово вилял хвостом, принимая игру, а потом вдруг прыгнул в воду, обдав хозяина брызгами, — и Кристина услышала веселое возмущение Сантьяго и шутливое обещание рассказать сеньоре Веларде, что ее пес — тот еще притворщик, а Кристина терпеть не может врунов.
Хуго радостно прыгал и периодически пытался обнять стоявшего по колено в воде хозяина, а Кристина смотрела на них и отчаянно жалела, что не может к ним присоединиться. Ей-то уж были совсем не по статусу подобные мальчишеские развлечения. Тем более когда Сантьяго назвал ее сеньорой Веларде.
Зачем? Ей польстило его понимание ее неприятия обмана, но Кристина ни секунды не сомневалась в проницательности и великодушии герцога Веларде.
Однако назвать ее сеньорой Веларде не в наставлениях прислуге и не в укол придворной знати, а в шутливом разговоре с собакой словно значило признать за ней это право, которого на самом деле никак не могло быть. Они уговорились изображать супругов до королевского совершеннолетия и достойно исполняли каждый свою роль. И Кристине, несмотря на все чудеса и открыгия сегодняшнего дня, следовало об этом помнить.
Когда Сантьяго вместе с Хуго возвратился к ней, ни на одном из них не было сухого места и оба выглядели такими довольными, словно только что вместе одолели морское чудовище.
— Если будете брать его с собой на берег, Кристина, не забудьте захватить с собой и дождевик, — посоветовал Сантьяго и наклонился, чтобы предложигь ей надеть туфли, но Кристина только покачала головой и взяла их в руки.
— Теперь мне не будет стыдно перед вашей кормилицей, — заметила она. — Весь ее гнев падет на вас, а я наконец позволю себе прогуляться по траве босиком.
Сантьяго улыбнулся, даже не думая с ней спорить, и тоже стянул сапоги.
— Это столь замечательная мысль, Кристина, что я хочу к вам присоединигься.
Не припомню, честно говоря, когда я в последний раз позволял себе подобное хулиганство. Но коль скоро вы не собираетесь презрительно морщиться…
— Я могу разве что онеметь от изумления, — в тон ему ответила Кристина. — Увидеть герцога Веларде дурачащимся с собакой, словно мальчишка, сродни нереальной фантазии. Однако теперь я начинаю верить сеньору Алькону, который утверждал, что в детстве вы были большим неслухом. В вас словно уживаются два совершенно разных человека, и…
— И какой из них вам больше по душе? — не дал договорить ей Сантьяго, — и хоть вопрос его прозвучал с усмешкой, в глазах неожиданно промелькнула такая серьезность, что Кристина не стала отвечать шуткой.
— Оба, — повела плечами она и невольно посмотрела на босые ноги Сантьяго в мягкой траве. — Вы удивигельно гармонично смотритесь по дворце со своим поучающим высокомерием и в то же время безусловной заботливостью о кузенах.
Это сложно объяснить, но при всем вашем цинизме и показной жестокости вы невероятно человечны и понятны. Я опасалась вас, но я вами и восхищалась. А когда узнала поближе…
Он усмехнулся.
— Если вы сейчас заговорите о разочаровании, давайте остановимся на сказанном. Я буду считать себя героем, а это, признаться, иногда просто необходимо.
Кристина рассмеялась.