Сердце сокола

Кристина никогда не понимала этой уступчивости со стороны короля, отнюдь не выглядевшего безвольным и равнодушным к долгу человеком, но до сих пор это как будто ее не касалось. Теперь же, после общения с Альконом, она уверилась, что это ошибка и непозволительная слабость. И хотела попытаться что-то изменить.
Утро казалось ей вполне удачным временем, чтобы осуществить свое намерение. Рейнардо перед завтраком всегда совершал прогулку по саду, и Кристина, поднявшись на рассвете, решила не откладывать разговор.
Горничная клевала носом, сонно заплетая ей косы и укладывая их на затылке, а Кристина с трудом могла усидеть на месте от нетерпения. Понимала, насколько сложное и деликатное дело ей предстоит. Возможно, к нему следовало получше подготовиться, но после вчерашних откровений Виктории тянуть Кристина не могла.
В конце концов, Рейнардо всегда был добр и внимателен к ней и вряд ли не поймет ее желания помочь. А потому, едва дождавшись, когда горничная завершит шнуровать платье, Кристина накинула на плечи мантилью и спустилась в королевский сад.
За последние полгода, проведенные подле инфанты Виктории, она наслаждалась им почти каждый день, но никогда не уставала от вида этой буйной теплой зелени. Изыскано подстриженные сосны и диковинно причесанные кипарисы, будто приглашенные на королевский бал; хитроумный лабиринт из кустов самшита, в котором ничего не стоило заблудиться; клумбы с любимыми Кристиной лилиями, нередко задерживающими ее возле себя довольно надолго. Небольшой живописный пруд с фонтанами, у которого неторопливо и чванно прогуливались фазаны и дикие голуби. Статуи давно ушедших монархов, столь много сделавших для своей страны, что Эленсия по праву считалась одним из сильнейших государств не только на Пиренейском полуострове, но и во всей Европе. Вот только они не сумели уберечь ее от творившегося ныне произвола. И Кристина, став фрейлиной инфанты, против воли оказалась в самой гуще придворных интриг.
Нынче ей было не до его красот, и даже утренние трели певчих птиц не задержали ее ни на мгновение. Еще из окна своей комнаты Кристина увидела, как Рейнардо сразу за фонтаном свернул вправо от главной аллеи, и торопливо направилась следом. Боковая гравийная тропка, укрытая с обеих сторон буйными побегами ежевики, была идеальным местом для предстоящего разговора, однако не успела Кристина сделать по ней и пары шагов, как дорогу ей преградил молодой гвардеец, угрожающе положивший руку на эфес сабли.
— Сюда нельзя, сеньорита! — непререкаемым тоном заявил он. — Пожалуйста, выберите пока что для прогулки другое место!
Охрана короля: и как Кристина упустила ее из виду? Серьезная проблема.
— Мне нужно поговорить с его величеством! — решительно возразила она. — Я Кристина Даэрон, фрейлина инфанты, и у меня от нее поручение!
Однако гвардеец даже не пошевелился.
— Мне очень жаль, сеньорита, но вы не можете пройти, — повторил он. — Я обеспечиваю безопасность его величества, и никто не приблизится к нему, пока я на посту!
— Но я не собираюсь угрожать его величеству! — попыталась воззвать к его разуму Кристина. — Посмотрите, я одна и совсем безоружна!
— Это не имеет значения, сеньорита, — твердо покачал головой гвардеец. — Я исполняю приказ сеньора Веларде и подчиняюсь только ему. Если вы хотите поговорить с его величеством, вам стоит испросить позволения у герцога.
Кристина сердито выдохнула. Только герцога Веларде ей сейчас и не хватало. Заносчивый формалист, не признающий чужого мнения и считающий, что лучшим способом защиты короля будет его полная изоляция от людей, ни за что не позволит ей остаться наедине с Рейнардо. А рассказывать об Альконе в его присутствии Кристина никак не могла.
— Может быть, вы хотя бы передадите его величеству мою просьбу поговорить с ним? — чувствуя, как в душу проникает раздражение, поинтересовалась Кристина.
Гвардеец поклонился будто бы в согласии, однако следом развеял и эту надежду.
— Разумеется, сеньорита, я поставляю о вашем желании в известность сеньора Веларде, и он сообщит об этом королю. Сам я, прошу простить, не имею права обращаться к его величеству лично.
Кристина недовольно передернула плечами, однако отступила. Если она хотела поговорить с Рейнардо, следовало искать другой путь. И разве напрасно она столько времени провела в королевском саду, изучая все тропинки?
Предложив гвардейцу не беспокоиться и не беспокоить из-за нее сеньора герцога, Кристина возвратилась на главную аллею и свернула в соседнее ответвление. Там, вдали от основных садовых дорожек, строгие геометрические формы уступали место природной фантазии и начинался настоящий старинный парк, где деревьям и кустарникам было позволено расти так, как им хотелось, тропки плутали и путались средь высокой травы, птицы пели куда звонче и куда искреннее и даже воздух казался наполненным свободой и упоением. Сюда редко забредали придворные, опасаясь за свои наряды, а молодой гвардеец, кажется, и вовсе не подозревал, куда ведут некоторые зеленые коридоры.
В отличие от Рейнардо, которого Кристина, к своему удовольствию, увидела почти сразу после выхода из застенья ежевики.
— Ваше величество! — радостно окликнула она его, и Рейнардо, обернувшись и узнав ее, тепло улыбнулся.
— Кристина! Ну конечно, только ты могла разыскать меня в таком месте! Как чудесно, что тебя тоже посетила мысль прогуляться сегодня по саду! Я очень рад тебя видеть!
От его улыбки у нее невольно перехватило дыхание. Рейнардо Солар Аррангас был необыкновенно красивым мужчиной — таким, от которого невозможно отвести взгляд, даже когда скромность велит устремить его в землю. Черные волосы, очень темные пронзительные глаза, способные в секунду стать теплыми и словно бы родными. Тонкие и правильные черты лица. Статная фигура, переполненная гордостью и истинно королевским величием.
Не надо было никаких подсказок, чтобы понять, кто перед тобой.
Кристина вспомнила, как оробела, когда увидела Рейнардо в первый раз, и с какой душевностью и пониманием он отнесся тогда к ее растерянности. Кажется, с тех пор его отношение к ней ничуть не изменилось. И Кристина должна была добром отплатить за его доброту.
— Не более, чем я вас, ваше величество! — со всей искренностью заметила она и сама не поняла, как чуть лукаво улыбнулась. Невозможно было оставаться равнодушной к приветливости Рейнардо. И он наверняка это понимал. — Хорошо, что ваш сад таит столько секретов, неведомых посторонним, иначе я ни за что не испытала бы сегодня счастья вашего внимания.
Его брови взлетели вверх в первом удивлении, и Кристина невольно взглянула в сторону, где оставила обведенного вокруг пальца гвардейца. Рейнардо качнул головой и недовольно усмехнулся.
— Сеньор Веларде чудит, — извиняющимся тоном произнес он. — Каждый день выдумывает все новые способы оградить меня от мира. Скоро вовсе запрет в клетке и выставит по периметру взвод гвардейцев, чтобы я только не вырвался из-под его власти.