Мыловарня леди Мэри

Нет, летом в сухую погоду и зимой, в хорошую погоду, как сейчас, дороги были довольно неплохие, но вот непогода мгновенно превращала их в непролазные топи или снежные завалы. До изобретения асфальта было слишком далеко, да и без тяжелой техники укладка асфальта была невозможна, а строительство дорог превращалось в очень долгий и очень дорогой проект... Нужно было придумать, как уменьшить стоимость эксплуатации и главное строительства дороги... Потому что король не будет вкладывать огромные финансы в дороги для того, чтобы граф зарабатывал на перевозках.
Я думала так и эдак, вспоминая то, что знала из учебников истории. Ведь выход должен был именно там. Но ничего не могла придумать. И только когда синие, вечерние тени легли на снег, меня вдруг озарило. Я даже подпрыгнула под тулупом с криком, пугая и Трофима, и лошадь. И даже жениха, который подъехал ко мне и обеспокоенно спросил, все ли со мной хорошо. Но мне было не хорошо, мне было просто прекрасно. Хотелось орать от радости, прыгать и кружиться.
Я всю дорогу составляла план объяснения, как я могла изобрести то, что хотела предложить жениху, а потом и графу. Надеюсь, получилось у меня правдоподобно.
До постоялого двора мы доехали уже затемно. Мороз крепчал, и я, несмотря на то, что пряталась под тулупом, страшно замерзла. Руки-ноги окоченели, хотя я мечтала только о том, чтобы оказаться в тепле. Как мой жених и Трофим не замерзли насмерть в своих коротких тулупчиках, я не знаю...
Жалея их, я отложила разговор до того момента, как мы согреемся. Но в тепле меня мгновенно стало клонить в сон, и я заснула прямо за столом, держа кружку с взваром в руках...
Сквозь сон я помню, как жених поднял меня на руки и отнес в комнату на втором этаже и уложил в постель, заботливо накрыв одеялом. Открыть глаза и начать разговор не получалось, тело отказывалось слушаться, и я решила, что ничего страшного не случится, если я перенесу разговор на утро.
Но утром, меня тем же макаром вынесли из постели и уложили в сани под тулуп. И я сладко проспала в санях почти до самого обеда. На обед решили не останавливаться. До столицы было рукой подать, и разговор опять отложился. Я тысячу раз прокручивала в голове сотни вариантов развития разговора. И понимала, что должна убедить жениха и господина графа в своей правоте. В том, что это выгодно и полезно.
К Мосве мы подъехали еще засветло. Я вылезла из тулупа и смотрела во все глаза, пытаясь увидеть хоть что-то знакомое. Но, конечно же, ничего не узнавала. Слишком много веков вперед я была в этом городе.
Мы проехали небольшую деревушку, раскинувшуюся недалеко от ворот крепостной стены. Жених объяснил, что там живут семьи «воротников», стражей, которые стоят на воротах. Дорога вильнула в сторону, путь преградила речка Глиная, и когда мы проехали по деревянному мосту на ту сторону я замерла... Кремль... такой и не такой, как раньше... в будущем...
Нет, я чувствовала что-то родное в этих очертаниях зубчатой стены, глухой остроконечной башни, но... но это был не Кремль, не Москва и не Россия... все было слишком другим... слишком незнакомым... И сердце привычно кольнула тоска по моему миру.
Наша столичная усадьба располагалась совсем недалеко от стены Кремля, на берегу реки Глиной. И вскоре мы уже вошли в уютный, протопленный деревянный дом, который купил мой отец, чтобы останавливаться в столице. Оказывается, жених отправил гонца, чтобы предупредить о нашем приезде, поэтому прислуга была наготове, вода согрета, столы накрыты.
Во время ужина жених первый начал так нужный мне разговор.
- Мария Львовна, - он покрутил в руках ложку, - я обдумал вашу идею, пока ехали. Она, конечно, не плоха, но есть слишком много условий для того, чтобы она стала выгода. Понимаете...
- Понимаю, - перебила я его. Да, невежливо, вон он как нахмурился, но я должна была сказать это до того, как прозвучало окончательное «нет», - чтобы сделать рейсы регулярными, вне зависимости от погодных условий, необходимо построить такие дороги, которым не страшны дождь и снег. - Жених кивнул, подтверждая мои слова. - А это дорого, и к тому же требует постоянных расходов на ремонт брусчатки. Но, - я выдержала паузу и закончила почти торжественно, - мы можем построить железную дорогу.
- Что? - переспросил меня жених. Я-то, когда говорила, надеялась что он будет в восторге от моей идеи, но, кажется, он даже не понял, что именно я сказала. Вроде как не расслышал.
- Железную дорогу, - запнулась я, видя жених пытается сдержать хохот. Но не может. - Будем строить, - закончила тихо.
- Простите, Мария Львовна, - он довольно быстро взял себя в руки и остановил смех, - но брусчатка из железа не сделает дороги лучше и уж точно будет намного дороже каменной.
- Прежде чем смеяться, - обиделась я, - могли бы и выслушать. Я не предлагаю вам делать брусчатку из железа. Я предлагаю вам подумать о том, как сделать дорогу лучше.
- Хорошо, - он все еще улыбался, - рассказывайте, что вы придумали.
Больше всего мне хотелось обидеться окончательно и прекратить разговор. Возможно, если бы я увидела в глазах жениха хотя бы каплю насмешки, то замолчала бы, но его улыбка была скорее доброжелательной. Поэтому я вздохнула, и начала:
- Вы же ездили в телеге по грязи? Вот скажите, в чем там самая большая проблема?
- В грязи? - приподнял брови жених.
- В грязи, - согласилась я и вздохнула, - но, чему мешает грязь? - сделал я новую попытку.
- Телеге? - он уже откровенно веселился.
- А вы всей телегой в грязь лезете? - разозлилась я, - или только колесами? Если положить две узкие железные ленты, по которым будут ехать колеса, чуть выше уровня остальной дороги, то никакая грязь не помешает телеге передвигаться в непогоду.
- Это невозможно, Мария Львовна, - жених покачал головой, - колеса просто съедут с ваших лент и утонут в грязи.
- Не съедут, - уверенно возразила я, - если в колесах сделать выемки, а в лентах — выпуклости. Вроде как у самопрялки. Вы видели самопрялки? Нить никуда не съезжает. Давайте сделаем модель? Трофим отлично умеет вырезать и дерева.
- Давайте, сделаем модель, - улыбнулся жених. Кажется, он мне так и не поверил. Надо было догадаться об этом сразу и начинать с Трофима.
Деревянную железную дорогу мы с Трофимом мастерили весь следующий день. Метра полтора дороги из узких деревянных брусков, прибитых к доске, и имитирующих железные рельсы, и две маленькие тележки, размером с книжку, на колесах которых мы сделали выемки под размер рельс. Получилось здорово. Тележка послушно катилась по рельсам, никуда не сворачивая. Трофим только хекал от удивления и развлекался, как маленький ребенок.
Жених ездил куда-то по делам, и процесса работ не видел. Показали мы ему нашу модель вечером, в столовой, перед ужином.
Трофим торжественно установил доску с рельсами, поставил маленькую тележку и легко толкнул ее вперед. Тележка послушно покатилась по рельсам и скатилась с доски на пол. И вторая тоже.