Сын Бессмертного

— Нет, — Бенэм щёлкнул пальцами. А мой вопрос он проигнорировал.
Я улыбнулся. У меня память хорошая. Я очень мстительный человек. Глаза Бенэма неприятно сощурились. Похоже, он что-то увидел в моей улыбке. Что-то опасное.
— Отправь его в пятую кассету. Если выживет — доложим о нём. Если нет — значит недостоин.
— Да, Муми! — рот Ервэхши скривился в оскале. Ему явно понравились слова Бенэма. Плохой знак.
Надзиратель дождался, пока Муми уйдёт, и презрительно бросил:
— За мной, ублюдок. И не смей…
Ервэхша не договорил — мой кулак впечатался ему в рот. Я с наслаждением услышал звук ломаемых зубов.
— Кря-я-я-я-я! — Ервэхша пронзительно завизжал и повалился на спину. Я подскочил и пнул его в бок. Получилось только один раз — охранники очухались и набросились на меня.
Я позволил себя схватить и с улыбкой смотрел, как Ервэхша катается по полу от боли.
— Уведите его! — надзиратель буквально выталкивал слова из разбитого рта. — В пятую кассету! Или, клянусь Пламенем, я его тут же уничтожу! Уведите!
Охранники послушались и повели меня в ту же сторону, куда ушёл Муми. Я не сопротивлялся — смысл? Лучше узнать, в какую кассету меня собираются запихнуть.
— Ребят, — тихо позвал я, — как называется кассета?
Охранники промолчали. Они походили друг на друга, но у одного нос был картошкой, а у второго — острый, как клюв. Пусть будут Картошка и Дятел.
Через незаметный проход мы вышли в каменный коридор. Я почувствовал волны энергии, исходящие от копий охранников. Это Духи! Самые слабые — первого ранга. Значит, Ервэхша правду говорил, что в той яме сила Духов подавляется. Хм, а слизни и бабочки тоже — Духи? Я не представляю, как душа после падения обретает тело и становится Низшим Демоном. Но сейчас это неважно, нужно для начала выжить.
— Ну же, — я снова попытался разговорить охранников. — Вы видели мои глаза. Я не забываю тех, кто помог мне. Небольшая подсказка не навредит вам, взамен вы получите мою благодарность.
Охранники сомневались, я чувствовал это.
— Название. Я не прошу много.
Хоть я и говорил тихо, но в каменном коридоре всё было прекрасно слышно. Здесь не было освещения, но мои глаза видели пол и стены.
— Песчаные Болота, — наконец, сказал один из них — Картошка. А затем добавил: — Безбинты — корм для кассеты. Выжить там может только Муми.
— Структура кассеты? — сухо уточнил я.
Охранники переглянулись между собой. А затем Дятел неохотно ответил:
— Выживалка, три дня времени. Нет начального или конечного пункта, только бойня на Песчаных Болотах.
— Понял, — мрачно отозвался я.
Похоже, меня действительно хотят убить. Причём делают это прямо, не опасаясь наказания. Ад, что сказать. Слухи о нём, похоже, правдивы.
Охранники завели меня в просторную кассетную комнату. К нам сразу же подпрыгнула толстая женщина с забинтованными руками. Я отчётливо почувствовал, что бинты — Духи первого ранга. Женщина жадно окинула меня взглядом, на несколько секунд остановившись на глазах и пахе, а затем посмотрела на Дятла.
— В пятую кассету его, — равнодушно велел он, а затем дёрнул рукой.
Я не успел увернуться, и острая боль прострелила мой бок. Я с удивлением опустил взгляд и увидел расплывающееся пятно крови. Меня только что пырнули ножом.
— В пятую? — разочарованно протянула женщина. — Отдайте его мне перед этим? У меня давно такого красавца не было.
— Зачем? — я зло посмотрел на Дятла. Перед глазами всё плыло, в голове начали всплывать странные фантасмагорические образы. Нож ещё и отравлен, отлично.
— Плата за информацию, — тот мерзко ухмыльнулся и облизнул неприлично длинным языком окровавленный нож. — Всегда мечтал порезать желтоглазого. М-м-м, какая кровь. Вкусная.
Картошка с безразличным видом повёл головой. Его большой нос пару раз дёрнулся, вдыхая запах моей крови.
— Мальчики? — слегка повысила голос женщина.
— В пятую кассету, я же сказал! — Дятел раздражённо на неё прикрикнул. — Он должен там сдохнуть, это прямой приказ Муми Бенэма. Умрёт тут — тебя саму в пятую кассету отправят, он так и сказал.
Услышав имя начальника, женщина скривилась. Я рассеянно подметил, что её лицо сильно напоминают задницу Белокрылой Макаки, которую я видел в зоопарке Небесного Грота. Такое же красное и пухлое.
— Идём, — женщина, которую я мысленно назвал Задницей, попыталась схватить меня за локоть, но я отпрянул и чуть не упал из-за сильного головокружения.
— Идём я сказала! — Задница впилась пальцами в моё предплечье и потащила внутрь кассетной комнаты.
Помещение было большим, в нём стояли несколько рядов столов с приставками. Я с искренним удивлением отметил, что приставки в Аду отличаются от райских. Нет, по форме такие же — прямоугольные коробки, на задней части которых торчат приёмники, а в центрах, в небольших углублениях вложены дуги картриджей. Только если в Раю приставки были строго белыми, то в Аду — красными. И это небольшое различие дико взбудоражило моё сознание, отравленное Дятлом, мерзкой падалью, который в моём личном списке будущих трупов стоит на третьем месте — аккурат после отца и Высшего Судьи Небесного Грота.
Приставки и картриджи — это Духи первого ранга. Интересно, а в Аду их специально в красный красят, чтобы они отличались от тех, что в Раю? Или рецепт создания Духа разный? А в Аду тоже есть Духотворцы, или они как-то по-другому называются?..
Из-за отравления я не мог нормально думать, в голову лезла какая-то ерунда.
— Быстрее, бастард ты ублюдочный! — гаркнула Задница и дёрнула меня вперёд. — Я твой член вырву, если не поторопишься! И чем это от тебя пахнет?!
Её крик прояснил моё сознание. Я стиснул зубы и постарался ускориться, с трудом сдержав вопль, — проколотый бок ужасно болел.
Задница искала неактивную приставку, это очевидно. На активных картридж мигал тусклым красным цветом, их мы сразу проходили.
— Вот! — Задница рывком притянула меня к одному из столов, на котором стояла приставка с неактивным картриджем.
Я чуть не упал, но Задница не позволила. Она жадно принюхалась, посмотрела на мой окровавленный бок и облизнулась. Её рожа скривилась в гримасе сожаления.
— Я не собираюсь подыхать из-за тебя, збалхл! — Задница грубо ткнула мне пальцем в пораненный бок, из-за чего я застонал от дикой боли, и мазнула кровью по приёмнику приставки. После этого с упоением вылизала палец.
— Пошёл!
— Помоги мне, — попросил я, не спеша прикасаться к картриджу, который наливался тусклым красноватым светом. Перед наступающей неизбежной смертью мне удалось взять себя в руки, и сейчас я лихорадочно искал выход. — Дятел тебе соврал, Муми ничего про тебя не говорил. Я желтоглазый, я выживу. Помоги мне, я отплачу.