Сумасшедший вампир

– А ты не собираешься пить мою? – я всё же не удержалась, вопрос сорвался с языка раньше, чем я успела прикусить его.
Губы вампира скривились в горькой улыбке:
– Почему, встретив кого-нибудь из нас, вы, смертные, первым делом думаете только об этом?! – в глазах вампира читалась искренняя боль, он даже руками развёл, демонстрируя пустые безопасные ладони. – Неужели вы держите нас за низших и ограниченных тварей, с которыми нельзя больше ничего делать, кроме как сражаться, защищая свою плоть? Мы не только пьём кровь, мы также занимаемся наукой, растём, создаём произведения искусства, ненавидим и любим, злимся и радуемся! – Эстэриол говорил так искренне и так вдохновенно, что я уже была готова идти на демонстрацию, посвящённую отстаиванию прав вампирского населения государства. – Почему тебя в первую очередь стал волновать именно этот вопрос? Почему ты не подумала о том, отчего я здесь один уже столько лет? Что со мной случилось, если я ушёл ото всех? Почему ты не подумала о том, как нелепо и неуместно я выгляжу в своём богатом костюме здесь, среди болота? Почему ты даже не допустила мысли, что могла мне понравиться просто так? Как девушка?
Я долго смотрела в его печальные глаза и уже хотела попросить прощения за то, что так преждевременно сделала, очевидно, ошибочные выводы, но он не дал сказать:
– Ты боялась, что я буду пить твою кровь, потому, что я вампир? Ты решила, что это я усыпил твоих друзей, чтобы спокойно насладиться трапезой? И боишься меня, боишься, что я укушу тебя??!
Я попыталась было открыть рот для возражений, но тут вампир растянулся в своей неподражаемой улыбке и радостно заявил:
– Ты изумительно проницательна, моя милая! Именно! Всё именно так!!
Вампир зашёлся безумным смехом, а в следующую секунду растворился в воздухе, и тут же на меня навалилась неимоверная тяжесть, а в шею вонзились острые вампирские клыки. Я громко пискнула, но на большее меня не хватило. Всё поплыло перед глазами, а тело будто парализовало. Сознание начало медленно погружаться в вязкую пелену тумана, а мысли как-то сами разбежались, и осталось только ощущение полной покорности. Это было настолько сильно, что даже немного приятно. Из-за этого чувства, я не поняла, сколько времени прошло, казалось, это длится уже вечность и никогда не кончится!
Но это прекратилось так же резко, как и началось. В глазах медленно прояснилось, и я увидела лицо Эстэриола над своим. Он очень внимательно смотрел прямо в мои глаза. Светлые волосы касались моих щёк, на его лице ни намёка на щетину, только над верхней губой чуть золотились тонкие волоски. И ни капли крови на бледной коже губ. Лишь на передних зубах немного, когда он открыл рот, чтобы сказать:
– Вот и всё. Ты этого боялась, смертная? Теперь ты можешь быть спокойна, потому что знаешь, что мне было нужно.
Я попыталась что-то произнести, но тело отозвалось томительной слабостью, которая ещё осталась после укуса Эстэриола. Он смотрел пронзительными синими глазами, будто пытаясь разглядеть что-то у меня в душе.
– Я выпил совсем немного, ты не почувствуешь каких либо изменений, даже слабость пройдёт к утру. Ты не станешь вампиром. Это глупости всё, народичи сами выдумывают. Я всего лишь отпил немного твоей крови, чтобы показать тебе, ЧЕГО ты боялась, – он немного помолчал. – А ещё я просто очень хотел это сделать. Вот и всё.
Эстэриол поднялся и вернулся на своё место возле костра ворошить угли палкой. Правда, теперь резко, не задумчиво, а будто вымещая на них обиду. На меня накатило чувство вины. И самой стало обидно за него. Из-за глупых стереотипов я заранее предвзято к нему отнеслась и заочно обвинила в том, чего он и не собирался делать. Может, он просто очень-очень давно ни с кем не общался, растерялся, обрадовался, а я… А сейчас он показал мне, какой я была дурой…
Приподнялась на локте и хотела сказать, что жалею, что так отнеслась к нему, но вампир уже, видимо, прочитав мои мысли, сказал:
– Я не виню тебя, Даша, я хорошо понимаю, почему ты так повела себя. И это правильно. Просто ты мне действительно понравилась, и я хотел показать тебе, что меня не нужно боятся. Пусть я и псих…
– Я… я больше не буду тебя бояться… – выдавила я.
– Будешь. И очень сильно, – он по-доброму смерил меня взглядом и светло улыбнулся. – От этого никуда не деться. Пока ты жива, ты будешь бояться меня. Ведь я мёртв, очень давно мёртв. А живые всегда боятся мёртвых, это естественно. А теперь спи.
И мозг моментально отключился, повинуясь телепатическому приказу.
 
19. Болото
Проснулась я до рассвета. Было ещё темно, но на востоке уже светлело, и уже были видны силуэты деревьев вокруг. Острые грани ущелья, через которое мы вчера вошли, остались позади. Долина с лесом расширилась, окружающие горы были достаточно далеко, давая шанс увидеть восход, когда солнышко ещё красное, а не ослепительно-жёлтое.
Я почувствовала осторожное прикосновение, будто кто-то едва ткнул меня пальцем в щёку, и открыла глаза. Эстэриол сидел рядом на коленях и неотрывно на меня смотрел, будто проверяя, настоящая я или ему привиделась. В свете нарастающего утра стало заметна его мертвенная бледность, фиолетовые круги под глазами и почти сиреневые губы покойника. Жутко. Особенно учитывая, что оно было немёртвое и шевелилось, вглядываясь слишком живыми глазами в моё лицо.
Едва заметная улыбка, тронула его губы, и он приветливо сощурился. И вновь, ни грамма безумия во взгляде. Только лёгкая грусть и сонная усталость.
– Привет… – тихо прошептал он, криво улыбнувшись.
– Привет, – осторожно ответила я и приподнялась на локтях. Огляделась.
Друзья спали рядом, со стороны болота полз туман, но на нашу полянку не затекал – клубился в паре метров. Это волшебство? Скорее всего, ведь я даже не замёрзла под утро.
Эстэриол ещё раз аккуратно потрогал пальцем моё лицо, будто говоря взглядом: «прости, пожалуйста, но я должен убедиться!», и, положив непоседливые руки на колени, сказал:
– Прости, что разбудил. Я из последних сил держусь сейчас, уже рассвет скоро, меня в торпор срубит. Хотел поговорить с тобой.
– О чём? – так же тихо спросила я.
– Я это… Ты прости… – он сонно повёл глазами по округе и растёр в пальцах невидимый песок, – я твоих друзей заколдунил немного вчера… Не знаю, что на меня нашло… Не сердись, пожалуйста, ладно?
– Что? – не поняла спросонья я.
– Они просто уйти хотели, а я… – он начал нервно тереть нос, потом взлохматил волосы и продолжил: – я сам не знаю… В общем, они не вспомнят обо мне. Ты подожди-подожди! – он взял меня за запястье, будто я собиралась куда-то идти, хотя всё ещё лежала под одеялом. – Я о другом хотел сказать. Эти кошки… я, конечно, понимаю, но, наверное, ваша подруга просто… не подумала. Я специально живу здесь, потому что здесь болото. Сюда не суются. Вообще! Болото, это такая вещь… Коварная…
– Но Асфири сказала…