На абордаж!

— Влезаем, замираем и не дышим, — шепотом предупреждаю я. — Если клиент откроет глаза, сразу же оглушайте. С женщиной обходитесь аккуратно. Рот затыкаем, отправляем в легкий сон, если начнет орать.
— Ясно, командир, — Гусь виртуозно работает ножом и тихо распахивает деревянные ставни. Кивает Вито, чтобы тот подсобил ему. С помощью рук товарища взлетает на подоконник, секунду выдерживает и исчезает в темном зеве комнаты. Через мгновение там же оказывается мой второй помощник. Еще несколько ударов сердца — и я тоже внутри.
Удачно мы отработали. С низовых улиц не донеслось ни единого шума. Даже соседские собаки не залаяли. Оглядываюсь по сторонам. Громоздкий шкаф в углу, зеркальное трюмо, в котором поблескивает отражение краешка луны, снова пытающегося прорваться через облака; глубокое дыхание двух человек, лежащих вместе на широкой кровати. Осторожно подхожу к тому, что справа, убираю от его руки кортик. Сам же вынимаю свой клинок из ножен, подхожу ближе. Наклоняюсь…
Грохот падающего стула сродни внезапному выстрелу в закрытом пространстве. Яростное шипение недотепы Вито, запнувшегося о возникшую на его пути преграду. Спящий человек подлетает вверх, одновременно с этим шаря возле себя в поисках оружия, но тут же обмякает, заметив направленный на него кортик. Женщина тоже замерла, зачарованно глядя на тусклую сталь палаша перед ее лицом. Руки медленно поднялись и прикрыли голые плечи и тугие груди.
Никто их не стал оглушать. Диспозиция все равно вырисовывалась ясная.
— Какого черта? — рычит мужчина, отбрасывая одеяло в сторону. — Кто вы такие?
— Все в порядке, командор, — отвечаю я громко. — Остров захвачен моими штурмовиками. «Ласка» взята на абордаж. Я же говорил, что мои парни смогут это сделать, а ты сомневался.
* * *
— Морского ежа тебе в глотку, Игнат! — ревел Эскобето в своей каюте, куда вызвал меня вместе с благородными донами Ардио и Ансело. Здесь же находился комендант лагеря штурмовиков майор Мостан, на котором лица не было. Он побледнел от страха, ожидая, что гнев командора обрушится на него, и подозревал, чем может это закончиться. — Ты бы мог меня предупредить, что собираешься проделывать свои штучки? А если бы я кому-нибудь кишки проткнул? Впрочем, поделом, даже горевать не стал бы. Но вы мою женщину до смерти напугали. С ума сошли?
— Никак нет, командор, — я не прячу глаза и твердо смотрю на Эскобето. — Иначе бы произошла утечка, после которой эффект внезапности просто исчез бы. Я стремился создать обстановку, схожую с боевой. Поэтому и высадился на Инсильваду с западной стороны, не дожидаясь утренней вахты.
— И кто бы знал о твоих учениях? — рыкнул Эскобето. — Свейни? Или Трикстер? Или другие шкиперы?
Он раздраженно кивнул на сидящих в сторонке своих помощников, каждый из которых кровожадно сверлил нас взглядами, как будто хотели растерзать наглецов на мелкие кусочки. За бурную ночь и реальный испуг. Они ведь посчитали, что на Инсильваду высадился королевский или императорский десант. Вдобавок к этому две казармы были захвачены нападающими столь внезапно, что ни о каком сопротивлении и речи не шло. Несколько особо ретивых пиратов получили легкие повреждения, пытаясь вырваться на улицу, после чего остались лежать связанными на полу.
— Понимаю, что перебор, но это было необходимо, — пытаюсь смягчить ситуацию. — В первую очередь группой штурмовиков захвачен флагманский корабль. Остальные высадились на острове. Заранее зная расположение казарм и где живут шкиперы флотилии, мы решили одним ударом «обезглавить» командный состав. Как видите, нам удалось с блеском выполнить задание.
— «Знали расположение казарм», — ехидно повторил Свейни. — Тяжело, наверное, было узнать, где они находятся.
— Дело в том, что я учил своих людей запоминать объекты, сколько человек выделяют на их охрану и высматривать наилучшие пути подхода. Это ведь обычная шпионская работа, и нам она всегда может пригодиться.
— Да за такие штучки шкуру надо спускать, — проворчал шкипер «Иглы» длинноносый Орио, сминая в руках треуголку. — Надо же такое придумать! Ночью в дом командора ворваться и связать его!
— Он меня не связывал, Орио, — поморщился Эскобето. — Поменьше языком мели, а то уже слухи ползут нехорошие. Игнат! Ты понимаешь, как разозлил парней? Теперь твоим головорезам лучше пореже появляться в поселке. Я не ручаюсь за их здоровье, а то и жизнь. Господин Мостан! Вы были вовлечены в планы Игната?
— Никак нет, — привстал бывший комендант каторги, услышав жесткие нотки в голосе Эскобето. — Меня не ставили в известность. Точнее, господин Игнат предупреждал, что проведет ночные учения на острове Змеиный. Два дня назад весь лагерь снялся и на шлюпках переправился туда. О произошедшем я узнал только утром, когда вся Инсильвада гудела.
Я кивнул, подтверждая слова нашего непосредственного начальника. Впрочем, подчиняться ему офицеры штурмового отряда не обязаны. Мехмет Мостан занимается только организационными вопросами сухопутной охраны, а в обучение каторжников он свой нос не сует. Поэтому только я, Леон и Михель разрабатывали план учебной атаки на остров.
Эскобето уже давно справился со своими эмоциями. Ночное происшествие доставило ему недовольство лишь в одном: что мы нагло проникли в его дом и напугали жену. Командор лукавил. Когда Вито приставил к пышной груди Саиль палаш, она вполне могла выстрелить из пистолета, который держала возле себя, как и сам Ригольди. Парочка еще та, с сюрпризом. Таких женщин на испуг не возьмешь.
— Я убедился в умении Игната за короткое время создать боеспособный отряд из раздолбаев и каторжников, которые хороши только в одном: грабить и резать прохожих в ночное время, — Эскобето, расплескивая из штофа ром, наполнил стакан и осушил его в два глотка. Выставил палец в направлении капитанов. — Поговорите со своими экипажами, кто в эту ночь находился на острове, что учения проводились по моему распоряжению. Если хоть кто-то вздумает сводить счеты за свои синяки, самолично отдам Игнату в команду. На перевоспитание. Вам все понятно, братья?
Капитаны проворчали что-то невразумительное, но большинство ответили согласием. Эскобето жестом показал, чтобы все выметались из кают-компании, но меня задержал.
Дождавшись, когда мы остались наедине, командор налил ром в другой стакан до самого верха и пододвинул на край стола.
— Угощайся!
— Спасибо, командор, — я не стал ломаться и взял стакан.
Эскобето отхлебнул прямо из горлышка и со стуком поставил бутылку на стол.
— Никогда так больше не делай! — рявкнул он, и уже потише добавил: — Хотя бы со своими братьями. Если бы ты знал, как мне хреново стало, когда увидел в комнате каких-то уродов! В голове сразу мысли о перевороте забегали. Маркон, Рамос, Агосто — все они за моей спиной не один год шепчутся. Свейни постоянно предупреждает, что рано или поздно может возникнуть бунт. Вот я и моя Саиль держим оружие под подушкой. Но ты хорошо показал мою уязвимость.
— Почем же ставни были закрыты на слабенький крючок? — пожурил я. — Мы легко скинули его ножом и проникли в дом. Будь вместо нас люди Агосто или Рамоса, вы бы и не проснулись. Два удара ножом — и все кончено. Укрепляй оборону дома, подыскивай себе верных телохранителей или заведи трех-четырех волкодавов. Серьезно говорю.