Игры двойников

Мощный удар тряхнул станцию. Меня подбросило над креслом и с силой пятикратной перегрузки швырнуло вниз. В обзорном окне замелькали прозрачные полосы всех цветов радуги, перекрывая одна другую широкими полотнищами, каждую секунду меняя сочетания цветов. Гравидеструктор! По станции бьют из деструкторов, впрочем, мощность пока дают небольшую. А радужное представление – это работа нашего гравищита, хорошо, что я его усилил. Теперь усилить щит до ста процентов, чтобы не пробили его на точках генерации, и еще раз сигнал бедствия!
Катер ударил снова, щит отразил удар. В радужных отсветах я увидел, как вцепился в фиксатор средними ластами Сигемон и выставил перед собой лучевик и символический топорик Дигеан. Балиани натянул экзоскелет, натянул пленку шлема и уселся в кресле невозмутимо, как памятник самому себе.
Еще удар! Только бы не попали по точкам генерации! Меня прижало к креслу, сердце заколотилось, пытаясь справиться с перегрузкой. Долонаны подпрыгнули на своих местах и со стонами обрушились обратно – как они только еще терпят, с их-то гравитационной чувствительностью! Хорошо еще магнитных колебаний нет, а то что бы я с ними бесчувственными тут делал? Я вцепился в фиксатор.
На сигнал бедствия никто не отвечал. А если нападающие глушат наш грависигнал, и он ни до кого не дошел? Что же делать? У них два деструктора и как минимум четыре перехватчика, а у меня – беспилотник с мелким деструктором да две бесполезные в засвете лучевые пушки. Вот уже и гравитация усиливается – похоже, «Арджуна» притягивает станцию, чтобы захватить ее. Пока щит работает, это у него не выйдет, но надолго ли хватит нашего заряда аккумулятора при полной мощности щита?
Посланник Дигеан замахал ластами и забился в фиксаторах кресла – кажется, его силы на исходе. Сигемон отстегнулся, схватил своего начальника за ласты рукавах скафандра и прижал к креслу. Я заглянул в прозрачную верхушку скафандра – все рожки посланника были свернуты, как от боли, рот на макушке беспомощно открыт, шерсть торчит в разные стороны. Новая радуга гравищита осыпала его разноцветными бликами.
– Командир Хальс, что происходит? – возмущенно взлетел над креслом Балиани. – Нейтрализуйте долонанов, наконец! И готовьте спасательную капсулу!
Он что, хочет сбежать в капсуле и отдать энергостанцию неизвестно кому? Ну нет! За спиной что-то громыхнуло, взвизгнуло, и страшный свист уходящего из станции воздуха, рванулся в уши. Пробоина! Я застегнул гибкий пленочный шлем. Как там роботы? Ага, вот уже два мчатся по коридору к пробоине, в новом мираже локатора все хорошо видно. А вот один робот уже начал ставить временную перегородку в коридоре – хоть давление воздуха в пультовой удастся восстановить.
Когда-то на Земле инструктор по рукопашному бою говорил мне: «Используй то, что у тебя есть, другого все равно не вырастет». Как в рукопашной драке при моей тяжеловесной силе трудно двигаться быстро, так и тихоходной станции не уйти от военного катера за счет скорости. Но если я мог победить, подпустив противника ближе и сбив его с ног неожиданным ударом, то что сможет станция? А вот что – подпустить военный катер ближе и ударить переброской. Энергии в аккумуляторах сейчас немного, но на один хороший удар двумя стволами из шести хватит. Стволы основной переброски в порядке, а каждый ствол – это, в сущности, мощный гравидеструктор, удара которого не выдержит ни один щит. И наводка у них точнее, чем у военных деструкторов!
А где же «Арджуна»? Куда он исчез с локатора? А, вот он, уже в коридоре восемь световых, обходит станцию, чтобы зайти сзади! Вот он снова в нашем коридоре, заходит со стороны воронки энерголовушек, и удар стволов переброски теперь не может его достать! Развернуться? Но на разворот в засвете способны только высококлассные пилоты, а я всего лишь «первый пассажирский». Значит, надо выходить из засвета и разворачиваться там. И скорее – «Арджуна» уже выпускает захваты!
Я переключил двигатели на торможение. В голове застучало, сердце готово было выпрыгнуть наружу через горло, руки задрожали на подлокотниках. «Двигатели второй и третий – поворот на плюс двадцать два градуса». Чип передал команду. «Арджуна» исчез из миража, за обзорным окном разлилась чернота. Скорость две световых, полторы световых… Станция задрожала и закружилась вокруг пульта. Тошнота подступила к горлу, я ухватился за фиксатор кресла. Рядом висели, беспомощно раскинув ласты, долонаны и стонал Балиани.
Чернота засвета сменилась яркими звездами. «Арджуна» светлой искрой помчался следом за нами по черному небу. Так, сначала – ложный удар. «Беспилотный перехватчик, наводка в автоматическом режиме, деструктор сто процентов.» Искра перехватчика помчалась к катеру и ярко вспыхнула на полпути – катер сбил его в полете. А теперь – пора! «Ствол один, ствол три. Угол переброски – одна сотая градуса. Наводка по минимальной гравитации.» Я собрал всю мощность, которую могли дать аккумуляторы, и стволы ударили одновременно в самое слабое место гравищита «Арджуны». Энергостанция вздрогнула, меня швырнуло на фиксатор, долонаны вылетели из кресел и повисли под потолком, как аэростаты. Ну что же выстрел? «Арджуна», мчащийся вдогонку за беззащитной жертвой, вдруг сверкнул радугой щита, завертелся и подпрыгнул. Энергостанцию снова вздрогнула, Балиани закричал, изображение в мираже расплылось. Что там?
Есть! Преследующий станцию катер осветился изнутри желтым горячим светом, задрожал, и рыжая вспышка взрыва поглотила сияние звезд. Блестящие обломки и пыль закрыли от меня черное небо в окне, а через секунду от «Арджуны» осталось только желтоватое облако, да мчащаяся среди звезд маленькая яркая искра – должно быть, кто-то из экипажа летел в спасательной капсуле.
Я оторвался от миража. Аккумуляторы станции были на нуле, корпус пробит, но все-таки это была победа. Толстый Гудок, бывший всеобщим посмешищем, победил в космическом бою и разбил военный катер, не имея деструктора. Все-таки я не зря работал все эти десять лет!


 
2
Я поднял все миражи с данными двигателя, стволов переброски и аккумуляторов. Все оказалось в норме. Судя по миражу, роботы-ремонтники уже заделали пробоину за защитной перегородкой, давление в пультовой восстановилось, температура тоже, а долонаны уже двинулись проверять коридор. Я тоже хотел посмотреть сам прежде, чем писать докладную о налете. Сигемон хоть и пилот, но не инженер, а о посланнике и говорить нечего, его цель – расследование, а в технике он полный профан. Я выбрался из кресла и поплыл к двери.
– Подождите, командир Хальс! – остановил меня Балиани спокойно, будто на Земле после совещания. – Отчитайтесь, как вы собираетесь нейтрализовать ситуацию с катером космического флота Каутильи, создающую проблемы как фирме «Энергосектор», так и вам лично.
– Во-первых, это скорее всего не космофлот Каутильи, а рейдеры, которые воспользовались каутильскими маяками, во-вторых, надо проверить состояние обшивки, в-третьих, отправить докладную о нападении руководству базы Вита-Дубль… – начал отчитываться я. Балиани посмотрел на меня так, как будто я принародно почесал в затылке или плюнул на пол.