У кошки девять свиданий

Но потом, рассудив, решил, что это обоюдовыгодный союз. Владельцы паба без помощи охраны избавлялись от ненадежных клиентов, которые, выпимши, не умели держать себя в руках. А утка получала возможность легально реализовывать свою тягу к справедливости. Если уж городу нужен новый герой, то, возможно, это как раз птица, не дающая в Питере пить, напиваясь при этом, как свинья.
Кто ж знал, что сегодня Костик так быстро переберет?
А утка так быстро подбежит, что я не успею его предупредить об опасности?
Но зато какой кадр, какой кадр…
— Видишь, Артем, — мой второй друг Миха предусмотрительно передвинулся в угол, чтобы между ним и залом оказался стол, и задумчиво откусил от колбаски. Та чудом не свалилась с вилки, пока он размахивал ею, в панике пытаясь спасти Костю от нападения. — Вот тут становится понятно, почему у тебя до сих пор нет девушки.
Я закатил глаза и завыл. Тихонечко. Чтобы не привлекать внимание утки. Но Миха сделал вид, что не расшифровал мое звуковое послание “достали, блин!”, и продолжал вещать:
— В любой дурацкой ситуации, вместо того, чтобы ее ликвидировать, ты бросаешься фотографировать. Или ляпаешь “отличная сцена для трейлера!” Вот если бы на месте Кости была прекрасная принцесса?
— Прекрасные принцессы не напиваются так, что начинают стучать стаканами по столу и вопить: “Человеееек! Человеееек! Что за трактир, ни одного холопа рядом!”
— Окей. А если бы она просто разбила стакан и осколки легли… — он продирижировал уже пустой вилкой над тарелкой. — Легли очень красиво?
— Ладно, в чем-то ты прав. Я бы сначала подумал, не стоит ли это сфоткать, а потом позвал официанта…
— Воооот! И в этом месте нормальная девушка подумает: “Ой, странный какой-то, ну его нафиг!” и больше не захочет встречаться.
— Вы же со мной встречаетесь.
— Потому что мы твои друзья.
— А почему девушка не может быть другом?
— Потому что у нее просто не будет шанса узнать сначала, какой ты офигенный, если ты сразу ее отпугнешь! Социальные танцы, то да се. Тебе что, сложно сделать вид на пару-тройку свиданий, как будто ты нормальный?
— То есть стандартный?
— То есть обычный. Без этих твоих загонов по поводу тупого фото…
— Это мое хобби вообще-то, не оскорбляй, — тут я подумал, что надо было повыть все же громче. Возможно, утка отвлекла бы друзей от игры “как печально, что Артемка без девушки, давай это исправим”. И ведь они не старые тетушки-сплетницы, желающие выдать замуж любимую племянницу — старую деву. А туда же.
— ...По поводу тупого фото и нелюбви к дресс-коду. Какой другой владелец компании едет на официальные переговоры на метро? В оранжево-фиолетовой лыжной куртке “вырви глаз” и дурацкой шапке из шерсти ламы?
— Разумный владелец компании. Погода — редкий отстой, куртка офигенно спасает от ветра, шапка из ламы греет уши, город весь стоит, поэтому на метро быстрее, чем по пробкам.
— Нет, он непрошибаем, — вздохнул Миха.
— Ничо-ничо… — вмешался Костик. Видимо, отошел от шока. — Вот влюбится, тогда попляшет. Сразу и костюм-тройку наденет, и прибежит к нам за советом, как себя правильно вести.
Я рассмеялся:
— Чтобы влюбиться, Костя, надо сначала с кем-то познакомиться. А у меня нет времени на эти глупости. Тиндер-шминдер, в баре подсаживаться к прекрасным незнакомкам, ходить на сальсу, не умея при этом танцевать… Что там еще интровертам советуют для появления личной жизни? Так вот, меня все это не интересует.
— Тебе реально хорошо в одиночку?
— Пфф. Мне и так отлично, правда. А если уж суждено влюбиться когда-нибудь...Пусть оно как-нибудь само.
Когда мы через час уходили из паба, я почувствовал на себе чей-то взгляд. Обернулся и обнаружил утку, которая внимательно смотрела на меня, склонив голову. Как будто задумала захватить весь мир, а я был лучшей кандидатурой в помощники. Ну, или первой жертвой.
    
3. Пролог: Сигизмунд
Его высокопревосходительство Сигизмунд, сын Беллерофонта, сына Марка Аврелия, наследный принц третьей правящей ветви Желтоглазых Мурлык в Северной столице, Действительный тайный советник Благого двора, Говорящий с духами, Почетный воин седьмого круга эльфов Серых Холмов, Ночной управитель Выборгского района, Рыцарь ордена острых когтей, Двенадцатый из Невских старейшин, Крысиная погибель, да славится его имя присно и во веки веков.
Ладно.
Для близких друзей и домашних коротко и просто: Его великолепное котейшество Сигизмунд. И ни буквой меньше.
Однако к делу.
У людей есть огромное заблуждение: будто это человек выбирает и заводит себе кота. Ничего подобного. Конечно, это котенок выбирает себе достойного человека, в доме которого будет уютно и хорошо. Люди, правда, рассказывают всякие байки, вроде: “Как выбрать питомца? Придите к заводчику и понаблюдайте за тем, как малыши играют…” Да-да, конечно. Перед визитом человека мы обязательно знакомимся с его биографией, собираем информацию, взвешиваем все за и против. Потом приглядываемся и принюхиваемся. А затем милостиво позволяем якобы сделать выбор. Достаточно произвести на морде умильное выражение, поиграть с бантиком и потереться о колени. Никаких эмоций и спонтанных маханий лапами в воздухе. Just business.
Но когда я впервые увидел Инну, то понял: не случайно августейшие отец и мать подстроили так, чтобы она пришла ко мне на смотрины. У нее была кошачья душа. Душа, которая когда-то принадлежала нашему племени, а потом, прожив девять жизней, возродилась в человеке. В этой смешной, улыбчивой, рыжей девчонке. Человек с кошачьей душой умеет приносить счастье, чувствовать погоду и видеть волшебные сны. Под боком у него сладко спится, в доме у него всегда тепло и уютно, да и место для жизни он всегда выбирает на перекрестке тайных городских маршрутов.
Человек ничего не помнит о прошлых жизнях, но очень любит кошек, обожает нас и балует. А что может быть более котоугодным? Ни-че-го.
У Инны оказались теплые ласковые ладони, и смех, как россыпь колокольчиков. Она божественно чесала меня за ухом, гладила пузико и делилась секретами. Никогда не забывала кормить и никогда не обманывала. И я… никому не признался бы в этом, а то засмеяли бы — неужто невозмутимый Сигизмунд разнюнился? размяк? пригрелся? — но я ее действительно полюбил. Нельзя было не полюбить эту рыжую шкодную котейку.
Я проследил, чтобы она легко закончила институт, устроилась на отличную работу — пришлось задействовать родственные связи, ну да ладно — помог выбрать отличную квартирку на севере города с видом на Шуваловский парк. Чтобы я, по ночам сидя на балконе, мог одним глазом приглядывать за тамошними фэйри.
Жизнь наша текла счастливо и плавно, и лишь одно не давало мне покоя. Кошки обычно гуляют сами по себе, но где-то на белом свете (там, где всегда мороз, пум-пурум-пум-пурум пум-пурум-пурум! ну да, Сигизмунд меломан, и что тут такого?)... Так вот, где-то на белом свете у каждой кошки есть истинная любовь. И важно не ошибиться. А то люди любят иногда делать глупости. Компромиссы, тикающие часики, “мы просто встречаемся”, и тут оп-трах-бабах, белое платье, фата, бармен рыдает, поварята выглядывают из кухни, а Сигизмунд делает фейспалм. Нет-с. Нельзя никак такого было допустить.