У кошки девять свиданий

— Погодите. Но ведь это классическое “романтическое столкновение”, Именно после него происходят случайные знакомства и влюбленности с первого взгляда. Почему Инна мне ни слова ни сказала об Артеме?
— Очень подозрительно! — крякнул Курт.
— Она… — домовой замялся. — Она убежала.
— Куда? Зачем?
— В бар. За молоком.
Тут я затосковал, что рядом нет зеркала. А ведь я сейчас наверняка очень мило смотрелся. С вот такими глазами! О_О
— То есть погодите. Она побежала за молоком в бар, а не подозвала официанта?
— Очень подозрительно!
— Д-д-дааа… — бедный домовой аж заикаться начал от нашего с Куртом напора.
— Но почему?
— Потому что… — съежился домовой. — Потому что она съела… то, что нельзя называть.
Мы с селезнем переглянулись. Что это? Какой-то тайный кулинарный специалитет? Или кто-то подсыпал в еду волшебный порошок? Это бы, кстати, объясняло природу неудачи. Если против тебя играет существо такое же волшебное и могущественное, как и ты сам, ставки в игре растут… И выиграть становится сложнее. Возможно, наш противник настолько темен и опасен, что домовые боятся называть его вслух…
— Та-а-ак, — осторожно протянул я. — То есть Инна съела то, что нельзя называть. И побежала в бар за молоком? А по дороге ей попался Артем?
— Именно! — радостно закивал домовой.
— А как так получилось, что она налетела именно на его… задницу?
— Он фотографировал!
— Что именно он фотографировал?
Воспрянувший было домовой съежился и задрожал.
— Он фотографировал… то, что нельзя называть.
Так-так-так. Если и рядом с Артемом была эта тайная субстанция, значит, шансы на то, что это не случайность, а у нас появился противник, растут.
— Хорошооооо…. — то есть, конечно, плохо. Но что уж тут поделать. — Потом он упал. Следом за Инной. И почему-то не помог ей подняться. Не последовал за ней к бару. Не…
— Мо… ему попало в глаза то, что нельзя называть!
— И?!
— Он убежал в туалет! Очень-очень быстро!
Тут мы с Куртом переглянулись во второй раз. Да что же там такое было? Яд? Или зелье, заставляющее людей бегать?
— Но ведь потом он вернулся?
— Да. Но Инна к тому моменту уже ушла. Ничего даже не попробовала из заказанной еды, только вот… то, что нельзя называть.
— З-зззараза, — протянул я.
— К-ккурва! — прошипел Курт. Покосился на меня и зачем-то пояснил:
— У меня родственники в Польше. Муж сестры двоюродного брата.
— Угу, — кивнул я. — А вот это… то, что нельзя называть. Его кто приготовил?
— Кондитер местный, — прошептал домовой. — Очень любит его делать. Считает своей несомненной удачей. Раздает всем… как комплимент от ресторана. Есть даже некоторые сумасшедшие, которые решаются попробовать его второй раз.
Тут меня осенило.
— Слушайте, а если я открою меню ресторана, то вы сможете его показать?
— Конечно! — закивал домовой.
Я осторожно прокрался в комнату, вытянул у Инны из-под подушки телефон, разблокировал экран — нет, не спрашивайте как, это моя тайна — и принес его на балкон. Курт быстро нашел сайт ресторана, мы открыли меню, и я протянул смартфон домовому:
— Ну же!
Домовой нашел искомое всего за двенадцать секунд:
— Готово!
Мы с Куртом нетерпеливо припали к экрану, а потом хором сказали:
— Тьфу!
Ох уж этот трусливый домовой. Ох уж эта моя убедительность во гневе.
С экрана на нас смотрело снова оно.
Проклятое мороженое.
    
10. Третье свидание: Инна и анекдот
“Привет! Я тут еще немного подумал над нашим свиданием и оценил то, что ты заказала не самый дорогой напиток в меню. Это характеризует тебя как одновременно не слишком бережливую и не слишком расточительную девушку. Баланс между этими двумя состояниями — залог счастливой финансовой жизни. Так что думаю, у нас еще может всё сложиться. Уверен, ты и сама это осознаешь. Пиши! Целую, Павел”.
Вот ведь какой настойчивый Павел. Я сладко зевнула, потянулась и отправила его второй номер в бан.
“Иннуленька! Всю ночь вспоминал наши романтичные деньки в прошлом и решил, что двадцать два этажа — это не так уж высоко, если сердце Ромео горит горячо. Так что пиши свой новый адрес, примчусь на крыльях любви!”
Ох, Рафик-Рафик. Весь такой галантный и милый.
Я просто не стала ему отвечать.
Еще раз зевнула, слезла с кровати и направилась в душ, мечтая о чашке горячего ароматного кофе. Без этой мысли как-то не вставалось и на ногах ровно не держалось.
Потом вернулась к кофеварке, выбрала двойную порцию двойного американо и на секунду зависла. Что я хочу на завтрак? Рассеянно открыла дверцу холодильника. Заглянула в морозилку. Там скучал одинокий брикет с пломбиром. Ага, вот тебя-то мне и надо! Вчера я в одночасье успела соскучиться по незатейливому мороженому. Просто сладкому, холодному, предсказуемо вкусному и без всяких добавок. Именно такое подходило для кофе-гляссе.
Я отковыряла кусок столовой ложкой и засунула ее в кружку с кофе. Зажмурилась от предвкушения. М-м-м-м, что за напиток богов меня ждет!
— Мяу! — сказал откуда-то снизу Сигизмунд и потерся о мои коленки.
— Ми-ми-ми, — ответила я и почесала его за ушком. — Хочешь вкусняшку? Смотри, мороженое…
И протянула ему заиндевевший брикет.
В ответ Сигизмунд отпрыгнул на метр в сторону и зашипел, как будто я предложила ему что-то среднее между дохлой крысой и маринованным имбирем.
— Эй, ты чего? — удивилась я. Понюхала мороженку. Осмотрела со всех сторон. Вроде, ничего необычного… Чего он так напрягся? — Обычное. Сливочное. Ты же, вроде, такое любишь…
Но Сигизмунд уже уходил куда-то в сторону, бочком-бочком, подозрительно косясь на мороженое и икая. Ну вот. Напугала кота незнамо чем.
По дороге на работу я думала о том, что стратегия подробного разговора перед свиданием провалилась. Конечно, снаряд в одну воронку не падает, и вряд ли за каждым симпатичным и умным собеседником в тиндере скрывается Рафик. Но я чувствовала, что мне надо отойти от вчерашнего. А то за каждым словом подвох будет мерещиться. Что ж. Пойдем от противного. Что, если просто выбрать самого симпатичного, а потом будь что будет? Немного спонтанности не помешает…
И я погрузилась в перелистывание анкет. Оказалось, что это затягивает. Даже чуть станцию свою не проехала!
Распахнув дверь офиса, я не стала ждать вопросов, а сразу возопила: