Мир Налы

Пока я сидел в баре, по телевизору над барной стойкой передавали новости. На экране то и дело вспыхивали красные заголовки с обновленными данными по коронавирусу. Темой дня были отмененные рейсы в государства, закрывшие свои границы. Я решил не тешить себя надеждами, пока не сойду по трапу в Будапеште.

От лавины сообщений в «Инстаграме» голова шла кругом. Накануне я сообщил, что возвращаюсь в Лондон, и многие из моих подписчиков не на шутку встревожились. Они нагнетали обстановку и делали скоропалительные выводы, что в Венгрию мне больше не попасть.
Я написал Джулии и получил мгновенный ответ. Она тоже не находила себе места. Телеканалы Венгрии сообщали, что власти обсуждают вопрос, когда закрывать границы. Запретить въезд могли той же ночью.
– А что, если я буду в воздухе? – спросил я. – Нас развернут?
– Не знаю, да и никто, наверное, не знает.
Спустя несколько мгновений пришла фотография Налы, свернувшейся калачиком на диване Джулии. Нала выглядела как обычно – умиротворенно: пускай мир подождет. Джулия наверняка хотела этой фотографией успокоить меня, но эффект произошел обратный. Я почувствовал себя кругом виноватым. Как я осмелился бросить Налу? Зачем я все так глупо поставил на карту? Увидимся ли мы когда-нибудь?
Менее чем за час до вылета мои нервы были уже в плачевном состоянии. Я осознал, что как заведенный бегаю от барной стойки к табло вылетов. Но информация на табло упрямо не хотела обновляться. Я всеми фибрами души желал, чтобы эти ненавистные буквы уже сменились, но в то же время страшно боялся слова «Отменен». А слово это все чаще и чаще появлялось напротив других рейсов.
Где-то за полчаса до вылета информация на табло наконец-то обновилась. Загорелся номер выхода на посадку и одно-единственное слово: «Посадка».
Сломя голову я помчался по пустым коридорам терминала. Людей уже пропускали на посадку. Я спустился на перрон аэродрома, затем поднялся по трапу и обнаружил, что салон самолета почти пуст. Все пассажиры, а их вместе со мной было не больше пятнадцати человек, сидели на приличном расстоянии друг от друга, согласно новым правилам социального дистанцирования.
Полет отдавал каким-то сюрреализмом. Стюардессы обслуживали нас в масках и перчатках. Нам предложили спиртовые салфетки, чтобы протереть откидные столики, а затем раздали еду и питье. Все эти меры предосторожности меня чертовски нервировали, но я успокаивал себя тем, что все-таки лечу к Нале.
Пришла пора решать, как быть дальше.
Если границы все-таки закроют, то я бы хотел залечь на дно где-нибудь под Будапештом, желательно в диких условиях, чтобы поменьше народу. Буду, как персонаж из постапокалиптического фильма, где на планете в живых осталась лишь горстка людей. Только в моем случае будет еще и кошка! Звучало недурно!
Но когда я как следует обмозговал этот вариант, он показался мне слишком рискованным. Времена настали непростые, и какой-нибудь полицейский или солдат может неправильно истолковать мое желание жить в диких условиях, и проблем тогда не оберешься! Лучше найти какую-нибудь берлогу или укромное убежище. Как прилечу в Будапешт, надо будет хорошенько пораскинуть мозгами.
Самолет приземлился в аэропорту Будапешта ближе к полуночи. Я запрыгнул в такси и сразу поехал к Джулии. Сердце, пока я поднимался по лестнице, колотилось как бешеное. Ни по кому в жизни я так не скучал! Я забарабанил в дверь, и только она распахнулась, как Нала стрелой вылетела из рук Джулии.
Нала прильнула к моей щеке так тесно, что я ощутил ее тяжелое и глубокое дыхание: ребра, грудная клетка – все ходило ходуном, работая, как меха. У меня даже промелькнула мысль, будто она почуяла, что мы с ней были на волосок от беды.
Той ночью она не переставая мурчала мне на ухо и прижималась, как никогда прежде. «Как же она тонко все чувствует!» – не переставал я удивляться. Мы уже расставались не раз: я ездил в Албанию к Балу, в Шотландию к бабуле, но так ласкова Нала ко мне еще не была! Что же изменилось? Неужели она почуяла мой страх потерять ее? Но как? В моем дыхании?
Вернувшись под утро к себе в квартиру, я пролистал новостную ленту: конец света за эти часы стал еще ближе. Власти Венгрии закрывали границы страны для всех без исключения.
Чудом проскочил! Наверняка не обошлось без моего вездесущего ангела-хранителя!
 
24 
 Настоящий путешественник
Следующие несколько дней напряжение нарастало: каждый час что-нибудь да случалось. Венгерское правительство один за другим выпускало новые указы. Из дома разрешалось выходить только в магазин или аптеку, а также в экстренных случаях. Если сидеть запертым в четырех стенах в центре города для меня адская мука, то что чувствовала Нала – и представить страшно! В конце концов, она еще котенок, и ей нужен простор, чтобы как следует побегать.
Я присмотрелся к жилью, которое сдавали внаем через Интернет, но мне, к сожалению, ничего не приглянулось. Многие объявления квартир снимались из-за ужесточавшейся с каждой минутой изоляции.
Поначалу я прельстился идей улететь с Налой в Шотландию, но затем от этой идеи отказался. Причин на то было много, но главная – бессмысленность этого поступка.
К счастью, все образовалось само собой, причем наилучшим образом. Впрочем, так бывает всегда, когда перестаешь тревожиться и отпускаешь ситуацию.
Предложение погостить свалилось на меня как снег на голову. Ката, моя подписчица в «Инстаграме», застряла с мужем и детьми в Великобритании и просила об одолжении присмотреть за их домом в полутора часах пути от Будапешта.
На ее предложение я ответил молниеносно – это был идеальный вариант. Ката ввела меня в курс дела и рассказала, что ее родители живут на том же участке земли, но в другой части сада, в доме поменьше.
Вскоре, собрав снаряжение, я уже катил за город.
Никаких заграждений на дорогах пока не наблюдалось, а полиция, судя по всему, всех распоряжений правительства еще отработать не успела. До нужного дома я добрался за пару часов. Он располагался в маленьком и тихом селении на холме. Три этажа со всеми современными удобствами, какие только душа пожелать может! Был даже балкон с видом на восхитительный сельский пейзаж.
«Лучше места не найдешь!» – воскликнул я.
Потом выяснилось, что соседи мою радость не разделяли. Обитатели соседнего дома, только завидев меня, сразу же обратились к родителям Каты. Как я понял, они боялись посторонних – вирус мерещился им уже повсюду. Я, конечно, понимал их беспокойство, но мне все же казалось, что они слегка перегибают палку.
Я с радостью был готов помочь их общине: например, принести продукты тем, кому непросто передвигаться, или тем, у кого нет возможности выйти из дома.
Сообразив, что людям нужно дать немного времени привыкнуть ко мне, я эту идею отложил до лучших времен.