Снесу крышу. Дорого (СИ)

Даша молчала. Мужчины любят, когда женщины молчат.
— Как нога? — спросил Поляков, тронув авто с места.
Или не любят…
— Пока не двигаюсь, почти не болит, — поделилась Даша.
— Вот и хорошо, — Кощей переключил скорость и поддавил газ, выруливая со стоянки.
И замолчал.
Словно хотел что-то сказать, но передумал.
Даша тоже так умела. Но почему-то, когда это делал кто-то другой, это раздражало.
Она вынула телефон и полезла в телефон.
— Любите соцсети? — таки разродился босс, хотя изначально хотел сказать что-то другое.
— Кто их любит? — удивилась Несветаева. — Темпоральные лангольеры.
— Дарья Владиславовна, вам не говорили, что выражаться в присутствии старших неприлично, — с менторскими нотками пристыдил ее Кощей, но Даша уже не велась на его провокации и просто промолчала в ответ.
Так же вот.
Кто к нам с мечом, тому мы по оралу.
— Почему же вы в них сидите, если они пожирают ваше время? — продолжил Поляков, осознав, что его пустили по бороде.
— Информация, — пожала плечами Даша. — Кто владеет информацией, тот правит миром.
— Кто владеет деньгами, тот правит миром, — возразил босс, темпераментно пикнув шоферу тойоты, который в последний момент включил левый поворотник и завис на светофоре, пропуская поток встречных машин. — …бонат, — буркнул он себе под нос.
— Что?
— Экспонат, говорю. С выставки Ван Гога, — не поморщившись, переобулся в воздухе Кощей. — Знаете, такой… где глаз в ухе, а ухо в жо… лтом от подсолнухов поле. Урод, короче.
Автомобиль впереди наконец проехал, и Поляков проскочил перекресток под занавес желтого.
— А вы знаете толк в живописи, — не удержалась Даша.
— Я-то? Я-то вообще толковый мужик, — поддержал разговор Паша «Сам себя не похвалишь», не отрывая взгляд от дороги.
— Толковый мужик, — с нейтральной интонацией поддержала Даша.
— На голову немножко контуженный. У меня и эпикриз имеется, — повелся собеседник. — А в остальном — толковый.
— Эпикриз… — понимающе повторила Даша.
— Ранений у меня, конечно, больше было. Могу и шрамы показать, — бросил он быстрый взгляд в сторону Несветаевой.
— Я верю, — кивнула она. — Много их у вас?
— Не знаю. Никто не считал, — Поляков снова стрельнул глазами в сторону Дарьи.
— Недоработка, — согласилась она.
— Нужно исправить, — поддержал босс, пока Даша тихо офигевала от его прямолинейности. — Вы приехали, — спародировал он голос яндекс-навигатора, заворачивая во двор ее дома.
— Спасибо, что подвезли, — поблагодарила Несветаева, отстегивая ремень безопасности и отжимая рычажок замка, чтобы выйти, когда автомобиль остановился у ее подъезда.
— Что, даже пообедать не пригласите? — хмыкнул Кощей.
— У-у меня нечем, — неловко напомнила Даша.
— Если это единственное, что вас останавливает, то еду я взял, — довольно сообщил Павел Константинович, открывая свою дверь. За спиной хлопнула задняя дверца, после чего он подошел к Дарье.
В его руках был тот самый пакет из супермаркета.
— А давайте поиграем в Чебурашку и Крокодила Гену, — предложил шеф, протягивая Даше руку, чтобы помочь выйти.
— Стесняюсь спросить: это как? — ее мысли поскакали по колдобинам извилин, пытаясь представить, на какое извращение он намекает.
— Вы понесете чемоданы, — Поляков сунул пакет в руки Дарьи. — А я понесу вас, — и снова подхватил ее на руки.
Даша обреченно вцепилась пакет, который пришлось уложить на живот — чтобы не бил по рыцарским конечностям. Там же покоилась сумка с ноутом и дамская сумочка. Поэтому Дарья ощущала себя самкой кенгуру, которой категорически не хватало рук. Те две, которые у нее имелись, требовались на то, чтобы удержать сумки. А держаться было нечем.
— Кх-кх, — откашлялась Несветаева. — А можно меня опустить на землю?
Директор донес ее до подъездной двери и послушался. Или просто адекватно оценил свои силы. Или просто позволил спокойно найти ключ от домофона.
— Что, соседские старушки тоже не дремлют? Боитесь, что они подвергнут вас остракизму? — скривился он.
 
— У вас ус отклеился, — сообщила ему Даша.
— Какой ус?
— Из роли вышли, говорю, со своим остракизмом, — проинформировала его Несветаева, прижала «таблетку», и домофон приветственно пиликнул.
— А что такое «остракизм», кстати? — изобразил из себя Иванушку-дурочка Кощей и потянул к ней свои грабли, в которые Даша тут же сунула пакет. Судя по весу, там лежал тот самый слон, которым вчера планировали зафаршировать стейк.
— Павел Константинович, давайте мы лучше по старинке, — предложила она. — Поиграем лучше в медсестричку, которая спасает раненного бойца. Точнее, бойца, который выводит с поля подбитую медсестричку под шквальным огнем противника. Я вас обниму…
— Согласен!
— Одной рукой, и вы станете моим костылем до второго этажа, — договорила Несветаева.
— Дарья Владиславовна, разве так можно с мужчинами? — трагически воскликнул шеф, наклоняясь и подставляя шею. — Правильные девушки умеют вовремя остановиться. «Вы станете моим». И всё. А вы «костылем»! И «до второго этажа»… — болтал он, подхватив Дарью за талию и почти подняв ее над землей. — Так и уверенность в себе потерять недолго.
— Долго, — скакала по ступенькам Даша.
— Что «долго»? — переспросил Поляков, подхватывая ее покрепче, и практически донес подмышкой последний пролет до двери.
— Вашу уверенность в себе долго терять. А чтобы всю — так и вовсе сомневаюсь, что возможно.
— Это был комплимент? — расплылся довольный босс, когда Несветаева уже твердо стояла на придверном коврике.
— Да какой комплимент, — мрачно ответила она и пока копалась в сумочке, успела заметить, как подтаяла самодовольная улыбка на мужском лице. — Сухая констатация факта, — закончила она, проворачивая ключ в замке. — Приглашаю вас отобедать, Павел Константинович! — Даша распахнула дверь, наслаждаясь выражением прострации на начальственном фейсе.
В покер ему не играть, не играть.
Разве что с девушками и на раздевание. Чтобы показать товар лицом и другими важными для девушек частями.
— Вас в ванную отнести? — предложил Поляков, разувшись и повесив свое пальто и куртку Дарьи на вешалку. — Руки помыть?
— Спасибо, я тут сама допрыгаю, — уверила она.
— Вы переоденьтесь в домашнее, я перевязку фиксирующую сделаю, — прилетело Несветаевой в спину.
Как-то всё неправильно развивается. Это Даша должна была соблазнять Кощея и заманивать его в свое логово, чтобы наброситься на него… и загрызть. А не наоборот. Кто-то против всяких правил в сказке буквы переставил. И вот прямо сейчас Несветаева чувствовала себя в весьма беззащитной позиции. Она по-быстрому подхватила вчерашние джинсы. Но потом сообразила, что узкие штанины — не лучший выбор для ноги. Критически оглядела свой гардероб и решила остановиться на халате. Он был вполне приличный, плотный, на молнии от горла до самого низа. И длиной до колена, прямо как у девочки-пионерки, с асимметричным подолом, удлиненным сзади, благодаря чему в нем можно было спокойно наклоняться. И цвет ей шел, под джинсу. И капюшон делал линию плеч более привлекательной.
— Вы тут не стес… — заглянула Даша на кухню, и обнаружила, что сковорода уже журчит, а микроволновка гудит. — Впрочем, о чем это я? — заткнула она себе рот.
Когда Дарья вышла из ванной, едой и специями пахло уже по всей квартире. Всё же в отношении еды директор ее баловал. Хорошо бы подольше у него задержаться… Несветаева любила вкусную еду. Она любую еду любила, но вкусную — больше.
Дарья присела на табурет у кухонного стола.
— Ну нет, так не пойдет, — возразил Павел Константинович. — В спичечном коробке вашей кухни просто нет места для разворачивания полевого госпиталя, — сообщил он и опять подхватил Дашу на руки. Чтобы отнести в ее комнату.
  
Глава 19. Павел
 
Дарья в домашнем халатике выглядела просто чудо какой милой. Она казалась еще моложе. Хрупкие ключицы выглядывали из-за ворота халата, ровные коленки гладких ног — из-под подола. Было заметно, что Даше было неловко, и она не знала, куда деть руки. Пашу аж подбрасывало от мысли, что ему всё же удалось вывести девчонку из равновесия. А то прямо Снежная Королева.