Виконт
— Как когда, — хихикнула Фили.
— Ну спасибо, успокоила, — сказал я. — Только старческого дерьма на сиденье мне не хватало.
— Да оно чистое было. Пошутила я.
— Ой, смотри! — я, прищурившись, погрозил ей пальцем.
— А то что, накажете? — промурлыкала она, потершись своим интимным местом о лежавшую на подлокотнике мою руку.
Вот блин! Если бы не простыня, в которую я предусмотрительно завернулся, встречным бы грозила нешуточная опасность получить по голове негабаритным грузом, как стрелой подъемного крана.
— Меру твоей вины и соответствующее наказание определим после того, как я приму ванну, — сказал я, впрочем, не убирая руку.
— Я согласна! — чертовка была довольна до соплей. Ну или до чего другого.
— Ну тогда поехали, чего ждешь? — прикрикнул на нее я.
— Да, мой господин!
Ну а дальше начался аттракцион в стиле американских — сами американцы называют их русскими — горок. Нет, не в смысле крутых виражей и разворотов. Когда-то в детстве, когда еще были популярны луна-парки, я катался на одной такой горке. Один раз. И все. Дело не в острых ощущениях, я даже в воздухе при парашютной акробатике не теряюсь, а там они куда острее. Дело в самой конструкции. Когда вагончик поворачивал почти под девяносто градусов, и я видел, как играет на соплях изношенная годами конструкция и болтаются недовинченные болты, вот тогда я и испытал ужас, что вот-вот эта херня рассыплется и я улечу вниз с высоты пятого этажа. Больше ноги моей не было на подобных аттракционах, да мне и так их по жизни хватало. Ну что поделаешь, профессиональная деформация. Не будешь же в реальной жизни делать то, о чем иногда вспоминаешь с ужасом? Адреналиновых наркоманов, зазря рискующих жизнью, у нас не держат. Мы — товар штучный, даже более чем, и впустую тратить безумные деньги на подготовку государство не будет. Так что подвиги Бонда в реальной жизни — чушь, как и книги про него. В работе такой агент спалился бы за полдня, не то, что все остальное. Это только в книгах шпион бодро убегает по крышам, стреляя из пистолета, и удирает от погони на машине. В реальной работе такое происходит только один раз — когда на тебя вышли и пытаются взять живым. А это все, конец.
Собственно, я отвлекся. Так вот, про русские горки. Кресло, в котором бодро рассекал в свое время старпер, немилосердно скрипело, вихляло, перестукивая на стыках плит замкового пола, и я с тем самым полузабытым ужасом ждал, когда же, наконец, оно треснет у меня под задницей или отвалятся колеса. Но нет, оно, однако, выдержало.
Так что, когда Фили наконец вкатила меня в купальню, я слегка расслабился. Именно купальню — а неплохо тут с удобствами!
Обещанная «ванна», которую я согласился принять, оказалась довольно большим круглым бассейном в полу, выложенным каменными плитами. Конечно, в таком не поплаваешь, не олимпийский и даже не огромный американский в богатых дворах, но все же…
— Ну что, мой господин, вам помочь? — Фили подкатила кресло почти к самому бортику.
— Не надо, я сам, — я аккуратно выбрался из кресла, борясь с желанием сигануть с бортика. Куда там…
Я мужественно переборол непристойное желание сверкнуть ягодицами в прыжке и медленно, как старый дед, спустился по каменной лесенке в бассейн. Как здорово! Обожаю воду. Особенно теплую и не до предела хлорированную, а лучше морскую. И чтобы без боевых пловцов в ней. Помню, как инструктор, служивший когда-то в ПДСС, показывал нам приемы боя в воде. Слава богу, тут бороться было не с кем, разве что с инфузориями в туфельках, резвившихся в воде. Хотя, если тут явно магический разогрев — вон, даже вижу, как к бассейну под плитами пола идет белый силовой жгут толщиной в мою руку, и охватывает более тонкими силовыми линиями купальню — то тут, наверное, и магическая хлорка присутствует.
Фили хихикнула, смотря на меня сверху вниз.
— А ты что там делаешь? — строго спросил я у нее. — Как ты собираешься помочь господину намылить спинку.
— Вот так, — ответила она, и быстро стянула с себя платье, оказавшись вообще без ничего.
Я сглотнул. Да, теперь можно ее лучше разглядеть — это не полумрак спальни, и я не лежу. Эти маленькие круглые грудки, круглый животик, стройные ноги без намека на средневековый рахит, да и все остальное…
— Иди сюда, — хрипло сказал я.
— С превеликим удовольствием, мой господин, — кокетливо сказала она, и начала медленно, очень медленно, дразня меня, спускаться по короткой, в пять ступенек, каменной лестнице. Пока она сошла вниз, дразнясь своим сокровищем, я уже был готов грызть каменный бортик бассейна.
— Ну так потереть тебе спинку? — она положила мне руки на плечи. На автомате мои ладони оказались на ее бедрах.
— Потом. Сначала я тебя накажу…
— Да. И желательно, чтобы наказание длилось подольше, — она томно выгнулась, прильнув ко мне.
— Попробую…
Глава 5— Ну похоже, все в порядке, — Патитис отнял ладони от моего тела.
— Что, могу теперь без ограничений?
— Что ты собрался делать без ограничений? — подмигнул он. — Ты и так, по-моему, себя не ограничиваешь?
— Ну… так получилось…ээээ… — все-таки я немного засмущался. Хотя нечего тут смущаться, все в существующем порядке вещей.
— Ходить точно можешь без ограничений, и даже не под себя, — хохотнул он. — Так что вот от того пыточного устройства можешь избавиться.
Он кивнул в угол, где притаилось дедово инвалидное кресло. Но вот только он ошибался — на нем я выезжал редко, только что еще раз в купальню. Мы с Фили его оставили для других игр, которые и упомянул маг. Некоторые позы на кресле заводили еще больше.
— Не, не буду пока. Мне на нем ездить понравилось… — начал было я, и осекся под заледеневшим взглядом мага.
— Никогда так не говори. Желание, даже высказанное в шутку, может сбыться так, что завоешь. И потом каждую минуту жизни будешь себя проклинать за несдержанность. Мы — маги, запомни, мы меняем ход вещей, а иногда и судеб, причем и своих тоже.
Ну вообще-то да, сглазить или накаркать не хотелось. Не суеверны? А зря. Было в моей практике несколько случаев, когда я оказывался на волосок от смерти или серьезного увечия, и только какая-то неведомая сила помогала мне этого не сделать, или наоборот, сделать. Бог ли, его антагонист ли, или какой-то мировой эгрегор пополам с ноосферой — не знаю, но это работало.
— Не буду, — согласился я с магом.
— А насчет кресла — оно тебе точно не нужно. Все равно в свои покои не возьмешь.
— Покои? Ах, да! — сказал я, вспоминая свою комнату, если ее можно было так назвать, настолько она была большая — не меньше этой.
Лежал-то я в гостевой, отсюда и отсутствие всех необходимых вещей. Вероятно, родственники решили, что будь что будет, выживет или не выживет. Если выживет — обратно к себе переберется, если нет — то и нечего мучиться, отсюда выносить проще.