Чужой

– Кто тебе это рассказал? – спросила Ирина зятя.
– Даже не помню, кажется, папа. Но в Греции, возможно, к этому списку следует добавить ещё апрель и сентябрь, а может быть, и октябрь.
– Не везде. В Салониках лучше придерживаться правила без «Р», а вот на юге можно, как ты сказал. По крайней мере, лично мне так кажется. Дочери я ни за что не разрешу сидеть в Салониках на камне в октябре. А в Питере, на мой взгляд, лучше никогда не садиться на камни, даже в летнюю жару, потому что там сырость ужасная.
Между тем вид на жительство для Ирины и российское гражданство для Мэгги были оформлены. Мэгги в новом российском паспорте была названа Маргаритой Парфёновой.
– Интересная у тебя, а теперь и у меня, фамилия, – сказала новоиспечённая гражданка России мужу. – Что она означает?
– Никогда не интересовался.
И тут им помогла Ирина:
– Ваша общая фамилия тоже греческого происхождения. Есть слово «παρθενιος», оно означает «pure, virtuous». Как это по-русски?
– «Чистый, непорочный». Очень интересно! Вот уж не думал!
– Отличная теперь у меня фамилия. Даже, пожалуй, лучше Закинтину (Ζακυνθινου), – Мэгги написала на вынутом из почтового ящика рекламном листке свою девичью фамилию по-гречески, пояснив, что покойный отец, этнический грек, носил фамилию Ζακυνθινος.
– А по-русски новую фамилию по памяти написать сможешь? – спросила её мать.
– Я постараюсь. – Мэгги высунула слегка язык, напряглась, покраснела, засопела и вытерла рукой нос, а потом крупно написала: «ПАНФЕРОВА». Потом расслабилась, снова вытерла нос и вопросительно посмотрела на мужа.
– Две буквы переставила и «е» вместо «ё» написала. Но мне где-то попадалась именно фамилия Панфёров. Новые правила рекомендуют писать букву «ё», но большинство её не пишет. Мы привыкли не пользоваться этой буквой. Напиши снова и правильно!
– Ну и вредный же ты! Беременную жену мучаешь! Но я напишу, только подумаю.
Она закрыла глаза и что-то шептала, сопела и вытирала нос, после чего быстро написала: «ПАРФЁНОВА».
– Молодец! – Саша поцеловал Мэгги. – Теперь запомни. Почему когда ты напрягаешься, у тебя из носа течёт?
– Не могу объяснить, но так со школы началось, первые два класса учёбы я постоянно платочек наготове держала. Я потом весь чистый бумажный лист испишу словами «Маргарита Парфёнова», чтобы уметь чётко называть себя. Обещаю. Пожалуйста, объясни нам с мамой, почему русские не пользуются буквой «Ё».
– Она появилась в нашем алфавите только в XIX веке, а раньше в литературном языке этот звук обозначался буквами iо.
– Потрясающе! Оказывается, ваш алфавит сравнительно недавно обновился. Греческий и латинский ни разу не обновлялись!
– Это не так. У вас тоже были изменения: буква «β» стала читаться по-другому. В латинский добавили буквы «w» и «u». А русский алфавит в 1918 году сократился на пять букв.
Евгений и Милена сообщили, что проблема их совместного отпуска улажена, и они через три дня улетят в Крым на целых четыре недели. Саша передал им комплект ключей. Потом они часто звонили и каждый раз выражали восторг по поводу своего роскошного отдыха. Евпатория им очень понравилась, они съездили в Севастополь дважды, а в Ялту ни разу. Когда они вернулись в Москву, Мэгги уже со дня на день ожидала схваток и начала родов. Она очень переживала и тревожилась по поводу каждой мелочи, рассматривала себя в зеркале и часто спрашивала мужа:
– Сашка, не превращаюсь ли я в уродину? Ужас что с моей мордой делается! Я от этого с ума могу сойти. Такую целовать противно! Никогда не думала, что женщины так дурнеют от беременности. Я стану жутко страшной, ты меня бросишь. Вот чего я боюсь!
Саша успокаивал её как мог:
– Это временные явления! Твой организм работает в усиленном режиме.
– Почему мужчины не беременеют и не рожают? Почему всё на бедных женщин свалили? Какие же вы все эгоисты! Вон ты какой гладенький! За что нам такое? Сашка, только скажи честно, не противна ли я тебе? Я чувствую, что во мне уже живёт другой человечек! Он уже хулиганит и делает маме больно. Скоро он захочет выйти на свет божий!
 
17. Алексей Александрович
Под утро в дождливый день Мэгги сильно толкнула мужа, и Саша всё мгновенно понял. Вдвоём с Ириной они одели Мэгги и повезли в родильный дом. Некоторое время ждали в коридоре, потом вышла молодая врач с усталым и потным лицом и сказала:
– Радуйтесь, крупный мальчишка, уж очень громко закричал, это хорошо. Теперь уезжайте домой. У Риточки телефон, она сама вам позвонит.
– Спасибо! – хором прокричали отец и бабушка крикуна. Саша позвонил Евгению, тот уже был на работе и кратко сказал:
– Ура! Остальное вечером.
Мэгги позвонила поздно и сказала, что немного пришла в себя, малыш сопит и сосёт из матери молоко как пылесос, все системы жизнеобеспечения у него нормально заработали, еле успевают менять пелёнки, а на кого он похож, пока непонятно.
Саша и Ирина занялись выбором имени. Оба сразу согласились, что имя должно быть нормальным для России и для Греции, поэтому желательно выбрать нечто совместимое для обоих народов и понятное на слух. В конце концов остановились на Алексее, он же Αλεξις. Приятели и родные зовут Алексеев Лёшами, Лёшками, Лёхами, Алексами, пояснил Саша тёще. Позвонили молодой маме и спросили её мнение. Мэгги ответила, что у неё «в голове такой вариант изучался, поэтому давайте запишем Алексеем. В России он будет Лёшей, в Греции Алексисом».
– Алексей Александрович – звучит даже торжественно, – сказала пасынку Милена.
Вчетвером встретили Мэгги с младенцем, которого Саша сразу понёс к машине. Тот открыл глаза, потом молча смотрел на незнакомого и негромко закряхтел. Начались суровые будни бесконечных хлопот вокруг младенца. Саша с тёщей съездили и зарегистрировали младенца как договорились. Ирина и Мэгги в разговорах долго не могли определиться, называть ли его Алекс, Алексис или Лёша, но потом выбрали русский вариант. В целом ребёнок рос здоровым, преодолевая трудности первого года.
Когда Лёше было уже почти 11 месяцев, Мэгги и Ирина решили поехать с ним в Евпаторию. Взяли отдельное купе в вагоне СВ с туалетом рядом, Саша и Милена их усадили. Поезд прибыл в Евпаторию с опозданием. В последующем звонке и многочисленных СМС на английском и русском Мэгги рассказывала, как они живут, что происходит с малышом. Собственно говоря, ничего особенного с ним не происходило. Он набирал вес и пробовал ходить, потом стал произносить простые слова. Ирина полностью освоилась в Евпатории и нашла понимание с гречанками, торгующими на местном рынке, которые привозили им продукты прямо к дому. Она рассказала зятю, что удивилась тому, как они сумели сохранить язык предков, хотя в изрядно искажённом виде, но тем не менее никто из местных евпаторийских греков не знал и не горел желанием выучить греческие буквы. Они помнили своё греческое происхождение, но в душе считали себя русскими точно так же, как до весны 2014 года считали себя украинцами. Тем не менее свою историческую родину они уважали. Их двойственный конформизм удивил Мэгги и её мать.