Жребий некроманта 2

— Нет, вам далеко до этого прелестного создания, — с усмешкой выдала она и с долей похвалы в голосе добавила: — Мне казалось, что вы хотя бы вздрогнете от перспективы битвы с нежитью.
— Вздрогну? Как боевой конь в ожидании яростной битвы?
— Не совсем, — улыбнулась Анастасия. — А что мы всё о Повелителе, да о Повелители. Вот вы где вчера были? Я вас на лекции не видела. Даже заскучала немного. Прочие же мужчины не выдерживают моих невинных шуток.
— Я был у родственников, поэтому пришлось пропустить занятия, — не стал я вдаваться в подробности.
Глаза девушки сразу же загорелись сдержанным любопытством. Но она не стала ничего выспрашивать у меня. Да и лектор в этот миг нарочито громко покашлял в кулак и произнёс, прервав своё повествование о первых изобретённых людьми рунах:
— Судари и сударыни, напоминаю о том, что все желающие могут стать участниками грядущего Турнира первокурсников. Он состоится после зимних каникул и обещает быть знаменательным событием. Многие уважаемые люди непременно посетят его. А победители получат ценные магические награды из рук самого ректора. А теперь продолжим лекцию. Руну «аур» первым вывел…
В эту секунду Корсакова, не прекращая писать, с ехидцей спросила у меня:
— А вы, Иван, будете участвовать? Это же замечательный шанс показать себя с хорошей стороны… ну или опозориться.
— Возможно и поучаствую. А что из себя представляет этот турнир?
Девушка азартно придвинулась ко мне, коснувшись плечом моего плеча, и стала рассказывать:
— Всего будет четыре дисциплины: бои на саблях, стрельба из револьвера по мишеням, умение обращаться с лошадью и самое главное — магические поединки. Но, к сожалению, дамы будут допущены лишь к магическим поединкам. И то наше патриархальное общество скрипит зубами. Дескать, нечего слабому полу биться магией. Но мне кажется, что мужчины просто бояться проиграть «слабому полу».
— А я вот всей душой за равноправие полов, — тотчас вставил я и сделал честное лицо.
Девушка удивлено воззрела на меня, словно я признался ей в том, что являюсь внебрачным сыном короля Англии. Но вскоре она справилась с собой и недоверчиво проронила:
— Вы серьёзно?
— Абсолютно.
— Ого, — изумлённо выдохнул Шурик, хлопая глазами.
Оказывается, он прислушивался к нашему диалогу. И теперь смотрел на меня точно на предателя. Мне пришлось украдкой заговорщицки подмигнуть ему. И только тогда он успокоился.
А вот княжна воодушевлённо выдала, тряхнув гривой волос:
— Иван, вы меня удивляете. Да ещё и в турнире будете участвовать. Надо как-то поощрить вас. Всё, я решила. Если вы победите хотя бы в одной дисциплине, то я соблаговолю сходить с вами в ресторацию.
— Вы мне угрожаете? — насмешливо сказал я, заметив как возмущённо округлились глазки Анастасии. — Шучу, конечно, шучу. Мне нравится ваша идея.
— Ещё бы, — усмехнулась она и следом уточнила: — А в каких дисциплинах вы будете участвовать?
— Я, пожалуй, попробую свои силы в магических поединках. Тут у моих противников есть хоть какие-то шансы. Ведь в прочих дисциплинах я настолько хорош, что мне даже не интересно в них участвовать.
— Иван, ответственно заявляю, что вы порой ведёте себя как отъявленный хвастунишка, — проговорила девушка, весело хмыкнув.
— Да, всех моих достоинств не перечислить, — подмигнул я ей и смахнул с плеча невидимую пылинку.
И тут на нас обратил внимание лектор. Он грозно нахмурил брови и пронзил нашу парочку недовольным взглядом. Мы тотчас замолчали и стали усердно писать. И две последующие лекции наш дуэт тоже был занята только учёбой. Тем более речь на этих занятиях шла о первых участиях боевых магов в сражениях. Мне такой материал нравился. Я прям заслушался.
А уже после всех лекций я вместе с Шуриком отправился в общагу, но до своей комнаты не дошёл. Меня в вестибюле перехватила комендантша. Она хмуро посмотрела на меня и сообщила, что недавно звонил господин Обломов. И он просил передать, что срочно ждёт сударя Ивана Корбутова.
Я поблагодарил женщину и почувствовал идущий от неё холодок. Похоже, слухи и ей промыли мозги. Вот ведь гадство.
После этого я покинул территорию академии, поймал извозчика и добрался на нём до серого пятиэтажного здания, нагоняющего тоску. Узкие окна напоминали бойницы, а каменные изваяния атлантов грустно поддерживали балконы первого этажа. Здоровенные резные двери с блестящими от частых прикосновений ручками вели внутрь здания, но я лишь бросил в их сторону скептический взгляд и подошёл к торцу строения, использовав узкий проулок. Тут обнаружился чёрный ход — неприметная дверь под карнизом и три ступени, ведущие к ней.
Я решительно подошёл к двери, распахнул её и очутился в коридоре с высоким арочным потолком, мозаичным полом и приглушённым светом. Здесь на меня мигом обратили внимание двое мужчин в штатском. До этого они мирно сидели на стульчиках и беседовали. Пришлось сообщить им, что я к господину Обломову и тот меня ждёт. Один из них тотчас повёл меня на третий этаж.
Мы миновали широкую лестницу, где на площадках стояли кадки с декоративными деревцами, а потом потопали по пустому этажу. Звук наших шагов заглушала ковровая дорожка, а настроение портила гнетущая тишина. Она буквально придавливала меня к полу, намекая, что тут большие дяди в чинах решают вопросы вселенского масштаба, а ты смерд изволишь слишком шумно дышать. Даже полуденный свет, проникающий в окна, как-то робко скользил по выкрашенным белой краской стенам.
Между тем мужчина с военной выправкой привёл меня к двери и тактично постучал.
— Войдите, — донёсся до нас красивый баритон барона Верлиона.
Мы вошли в его просторный, богато обставленный кабинет. И он тут же движением руки отпустил мужика, а мне взглядом указал на стул. Тот стоял напротив п-образного стола, заваленного бумагами, между которыми оставалось совсем мало свободного пространства. Но всё-таки места хватило для позолоченного телефона, украшенного накладками из слоновой кости.
Я поздоровался с Верлионом, присел на стул и скользнул взглядом по книжному шкафу из красного дерева, зеркалу в резной оправе, низенькой софе с загнутыми ножками и хрустальной люстре. А затем глянул на самого хозяина кабинета, восседающего на кожаном кресле с высокой спинкой.
Барон был немного грузным, седеющем шатеном с породистым лицом, орлиным взором, упрямой складкой между бровей, крутым волевым подбородком и мутными, зелёными глазами. Он напоминал мне дряхлеющего льва, облачённого в дорогой чёрный костюм с золотыми запонками и пуговицами из того же металла.
Между тем молчаливая пауза затягивалась. И я решил её нарушить:
— Барон, вы изъявили желание меня видеть. И вот я здесь.
— Как ваши успехи, Иван? Полиция уже потеряла к вам интерес? — живо спросил мужчина, достал курительную трубку и кисет.