Я, мои мужья и их любовницы

— Ты права, — кивает Джон и, не скрывая нежности плещущей во взгляде, смотрит на меня.
— А ты? Всегда хотел быть великим начальником?
— Нет, — качает головой мужчина. — Банк требует много времени и сил, а так же ответственности. В детстве я вообще мечтал быть музыкантом.
— Кем? — ошарашенно переспрашиваю я, не веря собственным ушам. Может, у меня слуховые галлюцинации?
— Музыкантом. Я, без ложной скромности, прекрасно играю на фортепиано. Теперь это мое тайное увлечение. Не хочу портить свою блестящую репутацию грозного и безжалостного банкира.
— Так почему ты все-таки решил быть банкиром? — прищурившись, решила уточнить я.
Вряд ли Джон из тех, кто просто так решает поменять свои жизненные ориентиры. Хотя, возможно, он просто повзрослел и решил, что профессия музыканта не для него?
— Банк был делом жизни моего отца. Он скончался, когда я только закончил Академию. Конечно, я мог бы нанять кого-то, но к тому времени мечта быть музыкантом уже не казалась мне такой идеальной. В Академии вообще быстро понимаешь, что к чему. Там нет времени думать о мечтах, учеба занимает почти все время.
— А на кого ты учился?
— В Академии учат управлять магией. Я был на боевом факультете. Изучал боевую магию. Впрочем, там обучают основам всех направленностей, чтобы после легче можно было выбрать.
— И если я захочу развивать свой дар, мне тоже придется учиться в Академии?
— Да. Если, конечно, ты с позволения Короны, не будешь заниматься индивидуально с учителем. То, что ты тогда услышала наш с Молнией ментальный разговор, уже без слов доказывает, что твоя направленность — ментальная магия. Хотя, возможно, в тебе есть еще какие-то скрытые таланты.
— Хм, ясно, — протянула я, хотя, если не врать себе, поняла я все только в общих чертах.
— Не волнуйся, если тебя заинтересует магия, мы с Чарльзом поможем тебе во всем и объясним все более детально.
— Обязательно, — быстро выпалил ворвавшийся в комнату Чарльз. — Как ты себя чувствуешь?
— Все хорошо, — улыбнувшись, кивнула я. — Как суд? Уже все?
— О, просто прекрасно, — весело оскалился мужчина и его глаза удовлетворенно блеснули.
М-да, что-то мне подсказывает, что любовницы получили свое с процентами…
— Может, уже расскажешь, что было на суде и перестанешь глупо улыбаться? — спокойно поинтересовался Джон, когда пауза действительно слегка затянулась.
Прикусив губу, чтобы не расхохотаться, я лукаво смотрела на мужчин, даже не представляя, как так вышло, что они стали друзьями? Ведь Чарльз и Джон совершенно разные по темпераменту мужчины. Один, словно взрывной искрящийся фейерверк, а второй, словно нерушимая могучая стена.
— Я просто не могу успокоиться, — фыркнул весело Чарльз. — Мстительная часть меня удовлетворена на все сто процентов.
— Даже так? — вскинул одну бровь Джон.
— Кроме того, что любовницы больше не имеют статуса благородных леди, — протянул интригующе Чарльз, — теперь они должны выплатить компенсацию за нанесенный ущерб Аделаиде и отработать на благо Королевства свою повинность. Два года исправительных работ.
— Хм… недурно, — кивнул Джон и презрительно скривил губы. — Теперь эти необремененные моралью дамы спустились на самое дно.
Задумчиво пожевав нижнюю губу, слушая о наказании для любовниц, я немного нахмурилась. Или я что-то не понимаю, или наказание за украденные драгоценности слегка преувеличенно? Впрочем, в назидание другим вполне возможно, что в суде решили дать самое тяжелое наказание за кражу.
— И это наказание за украденные драгоценности? — прищурившись, все же решила уточнить я.
— За все, что они сделали, — повел плечом Чарльз. — Репутация леди, благодаря бесчисленным аморальным и преступным поступкам была не просто запятнана, а стерта в пепел. Поверь, их даже немного пожалели. Ну, совсем немного.
— Намекаешь, что ты смиловался и не добивал их? — искривил губы в кривой усмешке Джон.
— Ну… я просто решил, что им стоит поработать на благо Королевства, а не расслабленно ждать дня окончания заключения.
— Разумно.
— Если честно, я в восторге, — ничуть не кривя душой, призналась я.
Пусть мужчины думают, что я безжалостная, но мне такое наказание нравится. То, что нужно, чтобы преподать урок не только любовницам, но и другим, как сказал Джон — не обрамлённым моралью, леди. Так они хоть будут знать, что последует за желанием легкой наживы и причиненную кому-то боль.
Да и, если уж совсем честно, то любовницы пять лет портили жизнь Аделаиде и не задумывались ни о чем. Они осознанно шли на все, жили в чужом доме и наслаждались всеми благами, к которым не имели никакого отношения, еще и принижая законную хозяйку. Так что два года исправительных работ еще и мало будет, если скрупулёзно во всем покопаться.
— А как начет мага Росси? — заинтересованно протянула я. — Успокоительная магия сможет помочь?
— Я встретился утром с Александром, он был в предвкушении и передавал тебе искреннюю благодарность за идею. Сейчас, скорее всего, Росси уже допрашивают.
— Надеюсь, у них получится узнать у него все, — облизнув губы, быстро выпалила я.
— Обязательно получится, можешь не беспокоиться, — кивнул мне с непоколебимой уверенностью Джон.
— Отлично. Я уже хочу спокойно выдохнуть и не думать, что где-то рядом могут быть преступники.
— Все будет хорошо, — заключив меня в крепкие объятия, ласково прошептал Чарльз.
— Спасибо, вы возитесь со мной все время… — протянула я, смотря то на Чарльза, то на Джона.
— Поверь, проводить с тобой время для нас в радость, — без ложной скромности, смотря мне в глаза, проговорил Чарльз.
Чувствуя себя немного неловко, я отвела взгляд. Обниматься с одним мужчиной, когда на тебя смотрит другой мужчина, при этом зная о чувствах каждого из них, как оказалось, не так-то просто. Хотя, возможно все из-за того, что отношения с каждым из них совершенно не похожи между собой.
— А что будет, когда Александр сможет прочитать память Росси? — немного хрипло пробормотала я, пытаясь разрядить обстановку. — Учредителей благотворительного фонда арестуют?
— Конечно, — спокойно кивнул Джон. — Всех причастных арестуют.
Глубоко вздохнув, я задумчиво уставилась в одну точку. М-да, как все оказалось запутано. А ведь я только и хотела, что расторгнуть ненавистный мне брак. Итог же просто повергает в шок.
— Через три дня будет осенний бал во дворце, — протянул задумчиво Чарльз. — Если к тому моменту мы не сможем арестовать учредителей благотворительного фонда, я бы хотел, чтобы ты не ходила на бал.
— Разве дворец не самое защищенное место? — нахмурилась я.