Я, мои мужья и их любовницы

Ладно, это все-таки сестра мужчины, которого я люблю. И если уж я хочу быть с ним, то должна хотя бы попытаться принять его семью. К тому же, я не стодолларовая купюра, чтобы всем нравиться!
— Иди, — кивнула понимающе я.
— Я не хочу сегодня оставлять тебя одну, — тихо прошептал Чарльз и прислонился своим лбом к моему лбу. — Давай я заеду к Джону и попрошу его побыть с тобой, пока меня нет?
— Успокойся, все будет хорошо. Ты же помнишь, что на третий этаж не все могут попасть? — с намеком протянула я, напоминая мужчине, что от мужей я в безопасности.
— От этого мне не легче. Ладно, я постараюсь вернуться сегодня.
— Думаешь, получится?
— Не уверен… — хрипло протянул Чарльз, несдержанно целуя меня.
Растворившись в поцелуе, стараясь не думать о том, что некий Шорен сейчас стоит рядом и все прекрасно видит, я даже на несколько забылась. А если кому-то что-то не нравится, то этот кто-то может и отвернуться! Я же просто не в силах отказать себе в этом поцелуе. Он нужен мне сейчас, как воздух, как подтверждение того, что Чарльз рядом, со мной.
Кажется, я становлюсь зависимой от этого мужчины. Понять бы еще, хорошо это или плохо…
Дождавшись пока Чарльз уедет, я посмотрела на звездное небо, протяжно выдохнув. Два полумесяца, казалось, улыбались мне, и сдержать ответную улыбку не было ни сил, ни желания. Думаю, если бы кто-то увидел меня со стороны, решил бы, что я сошла с ума. Впрочем, какая разница?
Все еще улыбаясь своим мыслям, я зашла в дом и сразу же скривилась, словно съела дольку кислого лимона. Ну, кто бы сомневался. Объявились муженьки. Еще и смотрят так многообещающе, как будто придумали какую-то редкостную западню. И бесят. Реально, бесят так, что удавить их хочется.
— Аделаида… — довольно крякнул Карл. — Ты одна?
— Неужели бросил тебя твой законник? — противно хихикая, поиграл бровями Вильям. — Вот видишь, что бывает, если отдаешься не тому мужчине.
— Вижу, — устало хмыкнула я. — Целых два живых примера перед глазами.
— Ты, как обычно, язвишь, — фыркнул Карл и побарабанил пальцами по подбородку, рассматривая меня, как какую-то кобылу на рынке. Вот же, животное.
— Пусть язвит, мне нравится ее острый язычок, — похабно хмыкнул Вильям. — Я даже знаю ему одно весьма занимательное применение. Хочешь, расскажу, жена?
— Не стоит, — мило улыбнулась я в ответ. Да так, что аж скулы свело от приторности. — Но спасибо, будет, что обсудить с Чарльзом долгими, томными ночами.
Заметив, как лица мужей в раз посерели, я, все так же мило улыбаясь, поспешила к лестнице. Улыбка сползла сразу же, как только я отошла. Видеть их больше не могу! Только бы этот… лорд Александр помог. Вот же, еще больше разозлилась, вспомнив этого… лорда. Интересно, ему хоть весело было? Вдоволь развлекся?
Так, вдох-выдох. Мне нужна расслабляющая ванная и кровать. Посплю, и все пройдет.
Остановившись на секунду, я нахмурилась, стараясь отмахнуться от плохого предчувствия. Может же быть, что «мужья» блефуют, чтобы я совершила какую-то ошибку? Показывают, что у них все прекрасно и тем самым вынуждают меня сомневаться, нервничать. Но, что тогда мешало им улыбаться и вести себя надменно до этого. Почему именно сейчас они решили действовать мне на нервы именно таким способом? Или они просто уверены в себе и в своем плане.
Сглотнув и мотнув головой, я постаралась выкинуть эти мысли из головы. Пока ничего не случилось, и накручивать себя было бы весьма глупо с моей стороны. Впрочем, расслабляться, тоже не стоит.
А улыбаться эти подобия мужчин могут еще и потому, что рядом со мной не было Чарльза. Только при моем несносном законнике они и начали сдерживать свое гов… свой яд внутри. Как еще не отравились?
Кивнув себе и поднявшись в комнату, я с чистой душой приняла расслабляющую ванную, вот только уснуть, как и хотела, не смогла. Иррациональное, какое-то совершенно необъяснимое чувство тревоги никак не отпускало. Объяснить я его могла только тем, что отвыкла засыпать одна.
Вот только, сколько не ври себе, а от себя ничего не спрячешь. Я боялась. Просто боялась, пусть и старалась не поддаваться панике. Сегодня мою тайну узнали трое мужчин, и пусть я была уверена в том, что они никому ничего не расскажут, уверенности в том, что «мужья» ничего не узнают, у меня не было.
Проснувшись утром, я с сожалением покосилась на соседнюю подушку, проведя по ней рукой. Как я и думала, Чарльз не смог прийти ночью. Надеюсь, ему хоть не сильно от родителей досталось. Впрочем, он не маленький мальчик и что-то мне подсказывает, что помыкать собой не даст.
Приободрившись, я поспешила в ванную комнату, решая, что сегодня буду делать. Обязательно нужно будет пойти в офис, посмотреть, не ли новой работы. И еще нужно будет посмотреть документы, определить, что все-таки входит в мои новые владения. Наследство никто не отменял, и я реально думаю со временем все отдать Мэтью. Он единственный законный наследник всего, что было в роду Арийских, и только он имеет право распоряжаться этим имуществом. Моя же обязанность сохранить все в лучшем виде.
Выйдя из ванной комнаты, я поспешила в гардеробную, краем глаза замечая, что Каталана принесла мне завтрак. Подобрав вполне удобное, строгое платье, я удовлетворенно кивнула и села за столик, придвигая к себе завтрак. Вчера я не ужинала, бокал вина не считается, и сейчас зверски хотела есть.
Позавтракав и наконец-то приведя себя в порядок, я закусила нижнюю губу, все равно переживая о том, как там Чарльз. И хоть головой я прекрасно понимала, что все мои переживания яйца выеденного не стоят, мне было не по себе. Гадкое чувство какой-то неправильности, какого-то совершенно не объяснимого волнения заставляли меня едва ли не выть в голос.
Вот оно, пресловутое предчувствие беды. Понять бы еще, к кому именно оно относится.
Уже намереваясь выйти из комнаты, я на секунду застыла, увидев записывающий артефакт. Диктофон! И как я вообще могла о нем забыть? Он же определенно облегчит мне жизнь, когда я буду общаться с клиентами. Не нужно будет все быстро записывать, выискивая главную мысль. Да и после, послушав разговор, можно будет лучше понять, что именно хотят видеть клиенты в рекламе.
Победно усмехнувшись, я взяла в руки записывающий артефакт и неловко покачнулась, почувствовав прилив дурноты. Перед глазами все резко поплыло, и появились темные пятна. Согнувшись пополам и резко тряхнув головой, я тщетно пыталась прийти в себя. Вот только, сколько бы ни старалась, становило только хуже.
От какого-то въедливого понимания, что я облажалась даже слезы на глазах выступили. Ведь решила, что буду более внимательной и сразу же сглупила. Но как? Как они смогли меня достать? На третий этаж кроме меня, Чарльза, Мэтью и Каталаны больше никто не может зайти. Или это из-за вчерашнего бокала вина на банкете? Правда, в одном сомневаться точно не придется, то, что со мной сейчас происходит — происки муженьков.