Подкидыш для Лютого

— Лады. Звони мне, если что. И спасибо тебе большое, успокоил. Одной головной болью меньше — следователь не будет доставать.
Мне ведь теперь не до него, своих хлопот хватает.
— А что так, какие-то проблемы?
— Это не проблемы, а радостные события. Дочка у меня!
— Поздравляю! Сам счастливый отец. У меня двое. Мальчики.
— Вот и потенциальные женихи для моей Аннушки.
Друзья детства расстались в прекрасном настроении. Встреча с Колесниковым всколыхнула воспоминания детства. Антон с горечью думал о том, что обделен был любовью и заботой.
— Обстоятельства? Да. — думал он. — То, что случилось с матерью — трагические обстоятельства. Но отец. Он ведь так и не объявился. Я пытался отыскать его — безрезультатно. Он просто сгинул. Что произошло с ним? Может, ему нужна была моя помощь…
Мысли переметнулись на женщину, которая пребывала в полной неизвестности о том, кто она, есть ли у нее близкие. Наверняка, они разыскивают ее. А может быть, и нет.
— И как эта несчастная могла оказаться одна на дороге, голодная и обессилевшая? Ведь где-то она жила, кто-то должен знать ее имя и обстоятельства, вследствие которых она утратила память.
— Как это все странно и ужасно. А вдруг и отец мой где-то бродит, одинокий и больной? Я должен помочь ей. Хотя бы в память об отце. Может быть, о нем заботится какая-то добрая душа.
Такие мысли безрадостные одолевали Антона после посещения больницы.
Но горевание длилось недолго. Он утешился тем, что день, начавшийся так неудачно, закончился очень даже неплохо.
— Все прекрасно. Аннушку остается только забрать из Дома малютки…
Дорогие мои читательницы. Поздравляю всех с праздником Весны, тепла и радости. Пусть рядом с каждой женщиной будет достойный мужчина, ограждающий ее от всяких бед, желающий составить ее счастье и счастье ее детей. Здоровья Вам, любви и мирного неба над головой.
    
Глава 18
Раечка, удобно устроившись в мягком огромном кресле, с удовольствием вспоминала события последних дней. Воображение услужливо рисовало радужные картинки легкой жизни в доме Лютаева.
— Я получу все, что хочу. И без особых на то усилий. А что? Лютый, как его называет Каверин, очень даже добрый и доверчивый мужчина. И кто это придумал ему такой устрашающий ник.
С первого взгляда, он, конечно, кажется суровым и требовательным. Не зря же Настя трепещет при одном упоминании о нем. Ну так это же Настя. Она по жизни трусиха. Вся такая уси-пуси. К тому же, она и должна побаиваться своего шефа.
А мне что! Он меня уже и женушкой, и Раечкой называл. А как он закружил меня в суде! Еще чуть-чуть и поцеловал бы.
— Ох, захомутаю я его! Нельзя упускать такой шанс. Одно препятствие: помешан на этой безродной малявке. Но не так уж это и плохо. Надо будет только постараться показать ему, что я тоже ее обожаю. А возиться с ней будет эта Марьванна. Она ведь прислуга, вот пусть и развлекается. Ну, при Лютом и я, конечно, постараюсь…
Ее радужные фантазии были прерваны шумом из прихожей. Оказывается, это привезли оборудование для детской. Раиска подскочила:
— Ой-е… Я совсем забыла, что Антон просил подъехать к нему в офис. Хотел, чтоб вместе выбирали кроватку и всякую дребедень для малой. Ну вот, обидится. Как же я забыла! Ничего, выкручусь.
Пулей метнувшись в ванную комнату, Раиса схватила полотенце и, обмотав им голову, улеглась на диван. Она лихорадочно придумывала причину своего недомогания, когда в комнату вошла Настя. Рая никак не ожидала увидеть сестру, надеясь, что выяснить причину игнорирования просьбы Антона зайдет он сам.
Сестру обманывать намного сложнее.
— Ты чем это тут занимаешься? — сердитым шепотом спросила Настя.
— Не видишь, болею, — нехотя отозвалась Райка, не поворачивая к сестре головы.
— Ну-ка посмотри на меня, — голос не предвещал сочувствия, скорее наоборот.
— Голова у меня раскалывается. Что тут непонятно?
— Знаешь, дорогая сестренка, тебя ведь попросили всего лишь присутствовать при покупке нужных для ребенка вещей. Так нет же, здесь прохлаждаешься, а ведь денежки отрабатывать надо. А проявить элементарное внимание к Лютаеву не так уж сложно. Выгонит он тебя раньше времени. Потом не плачь.
— Да отстань, и без твоих нотаций тошно. У меня что, голова не может разболеться?!
— Знаю я твою больную голову. Раиска, подумай хотя бы обо мне. Я ведь поручилась за тебя.
— А я просила? Не забывай, это ты меня уговорила.
— Не уговорила, а предложила помочь хорошему человеку.
— Ну я и помогла. Чего еще? А нянькаться не очень-то и хочется. Все эти ваши игрушки-погремушки, пеленки-распашонки… Носитесь, словно принцессу ждете.
— Знаешь, дорогая, с таким отношением тебе, может быть, лучше отказаться? Поживешь у Лютаева положенное время и уезжай домой.
— Еще чего?! И не подумаю. Главное, ты меня не выдавай сегодня, — зашептала она, волнуясь. — Ну забыла я, что он просил с ним поехать за этими долбаными люльками-шмульками. Расслабилась после гонок по вертикали. Он же буквально загонял меня то с загсом, то с судом. Устала я, вот и забыла.
— Рая, это последний раз. Постарайся быть внимательнее к его просьбам. А уж когда Анечка будет дома…
Сестра перебила ее:
— Да задолбала ты уже меня своими советами. Сама знаю, что делать. А ты…
В комнату вошел Антон. Глаза были недобрые. Рая примолкла, успев набросить на лицо страдальческую маску.
— Что случилось? — резко спросил Лютаев, — Мы ведь договаривались.
— У меня жутко разболелась голова. От переутомления, наверное. Я ведь волновалась, — очень даже натурально-плаксивым тоном пролепетала притворщица.
О, мужская простота! Как легко обмануть некоторых мужчин. А у Раи, видимо, были врожденные качества актрисы. Неужели Антон при всей его мужественности настолько доверчив? Ведь был уже печальный опыт! Ведь обжегся единожды.
Но, к сожалению, не только женщинам можно наматывать лапшу на уши. Ох и намучается он с Раиской! Но ради Аннушки придется терпеть в доме очередную притворщицу и алчную лгунью.
— Ну что ж, отдыхай. Мы и без тебя справимся. Вот Настя поможет. Да, Настя?
— Конечно, Антон Борисович. Показывайте, где будет детская. — Настя, выходя из комнаты, одарила сестру таким взглядом, что любая другая провалилась бы сквозь землю. Но Рая только отвернулась к окну и спрятала торжествующую улыбку.
— А что, молодая жена не примет участия в обустройстве детской? — ехидно спросил Кирилл.
— Ну, бывает. Да мы и втроем справимся. Вот и Марьванна поможет…советом хотя бы.