Чужая воля

– Нечего опекать меня, Уильям. Я давно уже не маленькая.
– Он никуда не уходит. Гибсон, скажи ей.
– Я никуда не собираюсь.
Я произнес это совершенно искренне, но она оторвалась от отца, а ее глаза расширились и потемнели от беспокойства.
– Ты встречался с той девушкой? Говорят, что ты переспал с ней.
Я не был бы более удивлен, чем если б сейчас она вытащила нож и воткнула в меня.
– Мартинес и Смит, – объяснил мой отец. – Они уже дважды здесь были, пытались тебя найти. Делали кое-какие завуалированные утверждения, задавали неприятные вопросы. Мы сейчас об этом поговорим. Ну а ты? – Он повернулся к моей матери, по-прежнему пытающейся освободиться из кольца его рук. – Не позволяй им выбить тебя из колеи! Ты ведь жена копа. Ты знаешь, как все это устроено.
– Мне все это просто противно! То, что они сказали, то, на что намекали…
Мать стрельнула взглядом в мою сторону, но отец перехватил ее подбородок пальцем.
– Он дома и в безопасности. Я не позволю ему уйти. – Он поцеловал ее в лоб, и она расслабленно прислонилась к нему. – Так как насчет ванны?
Они оставили меня наедине с моими мыслями, которые в основном сводились к одному: «Какого черта?» Вернувшись, отец поставил чайник и одарил меня напряженной виноватой улыбкой.
– Ты не злишься? – спросил я.
– Злюсь, но в основном на Мартинеса. Он забегает вперед паровоза и знает это, бессердечный гаденыш. – Отец вытащил из холодильника две бутылки пива и передал одну мне, первому. – Что же до переживаний матери, то это явно не улучшило ситуацию, когда ты прогулял школу, пропустил ужин и сказал Ченсу, что едешь прямиком домой. Чего она только себе уже не навоображала…
– А что такого сказал Мартинес, что она так расстроилась?
– О, особо ничего. – Отец уселся за стол напротив меня. – Только что ты связался с женщиной старше себя, известной своим сомнительным моральным обликом, и что он застал тебя полуодетым в ее доме. А еще, что с некоторых пор эта женщина считается пропавшей, причем не исключено, что и похищенной. Что ты знаешь про Тиру гораздо больше, чем рассказываешь, да и про Джейсона тоже, что братья есть братья, и что гены, мол, пальцем не размажешь. Мартинес очень меня не любит.
Я понятия не имел, что на это сказать. Даже не пытался.
– Давай-ка поговорим про Сару. – Отец бросил на меня пристальный взгляд, который мне очень не понравился.
– Барклоу сказал тебе, что произошло?
– Что ты незаконно проник в дом Сары? Что как раз ты и обнаружил, что она пропала? Тебе надо было прийти ко мне, сынок. Ты действительно так на меня злишься?
Я опять промолчал. Не хотел ничего отвечать.
– Послушай, может, Мартинес со Смитом и бегут впереди паровоза, но это вовсе не говорит о том, что они на неправильном пути. Прямо сейчас любой коп будет поглядывать на тебя искоса. А значит, тебе нужно поговорить со мной. Так я буду оставаться хотя бы на шаг впереди. Ты понимаешь, что стоит на кону?
– Я никому ничего плохого не сделал.
– Это детские разговоры. Мартинес может разрушить твою жизнь, и не отдавая тебя под суд – даже не выдвигая тебе никаких обвинений. Он будет постоянно цепляться к тебе, таскать на допросы, уничтожать тебя в прессе… – Отец повертел пивную бутылку в своих тяжелых пальцах. – Ченс сказал, что ты забросил его домой в два часа дня. Это было семь часов назад. Я хочу знать, куда ты поехал после этого, с кем был и что делал.
Время, проведенное с Бекки, совершенно исключало ответ на этот вопрос.
– Спроси о чем-нибудь другом.
– Давай тогда начнем с Сары. У тебя были с ней интимные отношения?
– А это твое дело?
– Мартинес обязательно спросит, так что мне тоже нужно знать.
– Нет, – холодно ответил я. – Никакого секса с Сарой у меня не было.
– Но ты был в ее кондоминиуме.
– Да.
– В ее спальне?
Я отвернулся.
– Сынок, мне нужно знать, что ты там трогал, когда именно ты там был и кто тебя там видел. Так что давай попробуем еще разок. Ты был в спальне Сары?
– Да.
– Зачем?
– Я волновался. Поднялся наверх, чтобы ее проверить.
– К чему ты прикасался? Что видел?
Я рассказал ему то же самое, что и его напарнику.
– А как насчет Тиры Норрис? – спросил он. – Ты был в ее спальне?
Все продолжалось в том же духе еще минут десять. Натуральный полицейский допрос. Круг за кругом. С возвращениями назад. С поисками нестыковок.
– Когда ты встречался с Сарой, где вы с ней бывали вдвоем?
– В ее квартире. У меня в машине. Мы не провели особо много времени вместе.
– Ты когда-нибудь оставался наедине с Тирой?
– Нет.
– В ее комнате?
– Я уже тебе сказал.
– А как насчет ее машины?
– Нет.
– Ченс упомянул про какую-то девушку по имени Бекки Коллинз. Это ты с ней сегодня встречался?
– А что, если и так?
– Она знает, что ты общался с Сарой?
– Нет.
– А может она предполагать?
Я пожал плечами.
– Зачем ты поехал в кондоминиум Сары?
– Мне была нужна информация про Тиру. Я думал, Сара сможет помочь.
– Минуту назад ты сказал, что поехал, потому что волновался.
– Думаю, что было понемногу и того, и другого.
– Так что это насчет Джейсона?
Я опять пожал плечами. Отцу это не понравилось.
– Ты сказал, что оставил попытки помочь своему брату. Этим утром в своей собственной комнате – помнишь?
– Не помню, чтобы я что-то такое говорил.
– Так ты покончил с этой глупостью или нет? Потому что давно нужно с ней покончить. И еще нужно смотреть на меня. Смотри на меня и выкладывай, что ты успел сделать, изображая детектива. Я хочу услышать это. И больше никакой чуши про своего брата. Рассказывай все с начала и до конца.
Я стиснул челюсти, охваченный таким упрямством, как никогда.
– Я ездил к нему в Лейнсворт.
Его глаза сузились, прежде чем он успел обуздать свой гнев.
– Когда?
– Этим утром.
– Сынок, это был невероятно глупый поступок! Ты не думаешь, что Мартинес может воспользоваться этим твоим визитом? Он уже думает: «Сговор». Нам нужно волноваться за тебя, за твое будущее.
– И что насчет Джейсона? – спросил я.