Инсомния 3

— Ладно, шут с ним, с кораблем. Но нас вроде как в гости позвали и ты сам сказал, что их лучше не злить. Если я хоть что-то понимаю, то гостей убивать тут не принято. Особенно, если они ведут себя соответствующе. Но ты уж не обессудь, Вальку сказал, что ты мой слуга, а я что-то не захотел с ним спорить.
— Да хоть собачкой называй, только вытащи нас отсюда.
— Ну, тогда вот тебе мой меч, почисти, отмой, отполируй и подай, когда скажу.
— Это еще зачем?
— Ну, ты мой слуга, а я нас вытащу. Вроде как сам предложил только что.
— Издеваешься?
— Умный слуга, — кивнул я довольно. — Пошли пожрем, заодно узнаем, чего им от нас надо. И да, где седьмой-то?
— Да мне откуда знать? — сорвался Талер. — Только умоляю, не вздумай спрашивать, ладно? Зовут себя Семерыми, значит так надо. Лаэр, серьезно, не зли их. Я не хочу умирать, я еще слишком молод для этого.
— Да никто умирать не собирается. На крайний случай… — я хотел сказать «взорвем корабль и свалим», но вовремя прикусил язык. — Просто уйдем.
На самом деле это Врум вмешался, заставив меня замолчать. Мой спутник словно почувствовал, что я собираюсь ляпнуть что-то не то и решил меня предупредить. И тут же по спине пробежал холодок, а я вспомнил о присутствии некоей потусторонней силы, что может прихлопнуть нас обоих за мгновение. Просто проходя мимо.
Нет, с этим кораблем явно не все в порядке, так что надо действительно пойти пожрать. В том смысле, что я приму статус гостя таким образом, а значит и убивать меня не станут, а то это как-то бесчестно. Ну и да, пожрать я тоже хочу. Надеюсь, у них есть пудинг.
Мы спустились вниз, в трюм, кажется. Хотя это больше походило на зал в каком-нибудь крутом особняке. Диваны, ковры, все такое мягкое и пушистое, а главное — цветастое. Обувь сняли у лестницы, а дальше шли босиком, реально, как дома.
Повсюду горели мягкие светильники, явно магические. С потолка свисало множество стекляшек на ниточках, которые переливались и отражали свет под разными углами, бросая на стены причудливых зайчиков.
Ноги утопали в мягком ворсе, а в воздухе пахло пряностями. А посреди всего этого яркого уюта стоял большой стол, заваленный всевозможными блюдами, фруктами, пирогами и уставленный кувшинами. И в центре этого праздника жизни шесть почти одинаковых обветренных лиц, которые соревнуются наперегонки в эмоциональной палитре с кирпичом. Причем, кирпич явно выигрывает.
Как-то не вяжется в голове это буйство красок и света с суровыми лицами людей. Сразу хочется пошутить про компенсацию, но не хочется. У них из цветного только алые повязки на руках и те скрыты рукавами, будто стесняются. Слишком ярко смотрятся? Тогда зачем носят? И где я уже видел подобное? Просто алая повязка, сплошной цвет, по длине ничего не могу сказать, не знаю, сколько там слоев. Почему она кажется мне такой знакомой?
— Присаживайтесь, — раздался голос Вальку, сидящего во главе стола.
Мы молча кивнули и сели на свободные места напротив. Кроме этих шестерых я больше никого на корабле не видел, а значит он что, сам по себе летит? Впрочем, один из лысых братьев обмолвился, что Клауд взял курс. Может какая-то версия магического автопилота? Или он просто летит по прямой, а им того и надо?
Не решаясь притронуться к еде, боролся с урчащим от голоса желудком. Два накинутых сна и одна битва, а я уже голоден, как Скай. Тело слишком быстро расходует энергию. А еще я заметил, что во время боя чувствовал, да и вел себя странно.
Очень много эмоций и состояние некоей беспечности по отношению к происходящему. Не мой типичный флегматизм, а именно беспечность. Будто бы вообще не мог воспринимать происходящее всерьез.
Этот новый сон очень странно на меня влияет и с этим надо разобраться. Придется вымотаться сегодня по полной, чтобы побольше времени провести в калейдоскопе и пообщаться с Неуязвимым. Надо вообще понять, что за фигня происходит и откуда у меня взялся второй сон.
Я, конечно, не доучился до конца в академии, но даже моих скромных познаний хватает, чтобы понимать, что два сна иметь, если не невозможно, то что-то очень близкое к невозможному.
А ведь еще и Талеру придется что-то объяснять, он все видел. Его и в обычное время не так-то легко заткнуть, а без помощи Семерых, у меня вряд ли получится его серьезно запугать. А жаль, в таком состоянии он весьма немногословен. И складывается в компактную коробочку возле бортика. Может его за борт. Ну, типа Фердинанда кормил, да перестарался.
Ладно, в другой раз. Что-то мне подсказывает, что мастер снов под рукой. Пусть и узкоспециализированный, может мне пригодится.
Тем временем Вальку взял со стола каравай, отломил кусок и отдал другому мужчине, а тот передал дальше и так кусок дошел до меня, я передал его Талеру, а тот замялся, не зная, что делать. Но, так как Вальку продолжал отламывать куски и передавать их по часовой стрелке, то логично было предположить, что это еще не наша порция.
Талер передал первый кусок дальше и вроде бы все сделал правильно. Вскоре каравай был разделен на восемь частей, у каждого по одной. Вальку молча начал есть свой, остальные последовали его примеру. Кажись, можно жрать.
Ели молча, причем стол был просто завален разнообразными блюдами, так что можно было накормить втрое больше людей. При этом ребята почти ничего не ели. Я вроде как и хотел умять вон того зажаренного целиком фиг знает кого в медовой корочке, но в одну харю как-то не красиво. Поэтому отщипнул как все кусочек мяса и наслаждался.
Хотел было наснить Вруму что-то вкусное, как тут же на столе появился огромный торт. Просто появился из ничего. И скат тут же не пожалел эфира, чтобы материализоваться и начать поедать угощение.
Я давно заметил, что Врум предпочитает лакомиться угощениями в проявленном состоянии. Не знаю, может так вкуснее. На удивленный взгляд Талера не стал отвечать. Все молчат и я молчу, а то решат еще, что я плохой гость. Знаем мы этих лысых.
Сначала гость им не понравится, потом еды на всех не хватает, а в итоге и Фердинанд решит, что устал быть веганом. И все как-то одно к другому сложится, а я сегодня уже летал без парашюта.
Ужин подошел к концу и пятеро из шести, которые Семеро, встали из-за стола и молча ушли. Они вообще ели в гробовой тишине, хвала Вруму, который никого не стеснялся и чавкал за нас всех. Вот откуда тут взялся эфирный торт — тоже вопрос.
Но искать внутренним взором источник я не рискнул, а то мало ли сочтут еще за неуважение. А ведь Фердинанд мог и озвереть на своей диете из водорослей и кораллов за это время.
— Лаэр, — произнес Вальку, когда мы остались втроем. — Я обещал тебе ответы после битвы. Но только тебе.
Гипнос Вечноспящий, что это было? Он так выразительно посмотрел на Талера, что паренька как ветром сдуло обратно на палубу. Да Вальку даже бровью не повел, даже рожа не изменилась. Как он это сделал? Мне самому захотелось за борт прыгнуть.