Сомнений нет (СИ)

Будто в подтверждение этого Валиев наклонил мою голову вбок и оставил на шее теплый поцелуй. Одновременно его ладонь переместилась с моего живота ниже, вдавливая юбку в промежность, вызывая странную, неподдающуюся объяснению реакцию. Вместо ожидаемого омерзения и гнева, да хотя бы чего-то уместного – тело прошибло жаром. И этот предательский жар стремительно утягивал сознание в порочный туман…
Я зажмурилась и то ли всхлипнула, то ли издала стон прямо в мужскую ладонь. Тут же напряглась от макушки до пяток, жадно втянула носом воздух и постаралась не реагировать на манипуляции этого дьявола, всем сердцем ненавидеть его!
Где этот чертов администратор?!
– Хочешь, чтобы я это прекратил? – неожиданно услышала я лукавое предложение. – Скоро тебе станет особенно мучительно, и поверь, ты не сможешь сдерживаться. И я тоже не смогу, Тая… Лучше тебе не медлить и взять свои слова обратно.
Борьба с собой резко прекратилась – я недоуменно распахнула глаза, в которых читалось: «ни за что»! Коснувшись меня своим искрящимся серебром, Валиев усмехнулся, будто явно уловил этот ответ.
– Как скажешь.
С этими словами он жадно обхватил губами верхушку моего уха, уже без стеснения забрался мне под юбку и протиснулся рукой между бедер. Добравшись до нежной плоти, мужчина начал неприлично растирать ее прямо через белье. В этот момент и произошло что-то странное… Низ живота будто пламя лизнуло, мышцы свело короткой судорогой, и воздух застрял где-то в легких.
Я впилась ногтями в стальное предплечье, но Валиев будто вовсе не чувствовал боли. Или мои пальцы ослабели от этой грубой ласки…
Продолжая волновать нежное место и дразняще сдвигать полоску ткани, он постепенно перестал зажимать мой рот – переместил ладонь на шею и мягко обнял ее пальцами. Мне бы в тот же миг закричать, позвать на помощь, но я только и делала, что судорожно глотала воздух. Лишь бы предательские стоны не вырвались... Я будто впала в сладкое оцепенение, попала в невидимые сети и не могла из них выпутаться.
Нет... нет-нет! Почему это происходит со мной?..
– Да, малышка, – протянул мужчина, впиваясь взглядом в отражение моего раскрасневшегося лица. – Еще немного, и я трахну тебя прямо здесь в наказание за ложь! Если ты сама не признаешь ее раньше…
Эти слова как пощечина наотмашь ударили меня по самолюбию и паникой хорошенько отрезвили разум.
– Нет!.. – слетело с моих губ на его страшное предупреждение.
Однако Валиев, видимо, решил, что я снова отказываюсь признавать свое влечение, поэтому спустил руку с моей шеи прямо в вырез рубашки и бесцеремонно смял грудь. Резко втянув воздух сквозь зубы, я вытянулась струной, испытав болезненный разряд в животе. Мои руки, царапающие мужское предплечье, ослабели, колени подогнулись, жалобный стон вырвался из горла, и снова мучительно-сладкое забвение…
Такое чувство, словно этот мужчина пробуждал во мне какую-то черную энергию! Провоцировал животные импульсы, обитающие в глубине моего сознания, и все понятия переворачивались с ног на голову! И казалось, Атлант прекрасно знал это. Читал по выражению моего лица, улавливал в дрожи тела и по взгляду понимал, какую власть прямо сейчас имеет надо мной.
Ядовитое чувство поражения пронеслось жаром по венам, и наконец я сдалась:
– Хорошо… Хорошо!..
Да только мужчина будто не услышал этого. Окончательно сдвинул ткань моих трусов в сторону и бесстыдно вторгся пальцами в нежные складочки.
 
Я вздрогнула и не сдержала прерывистый стон.
– Что хорошо? – услышала жесткий голос сквозь свое оглушающее дыхание.
Больно закусив губу, я попыталась выпутаться из топи накатывающего возбуждения. Уже потеряла нить этого оборванного разговора, поэтому сдавленно попросила:
– Остановитесь… Прошу!
Я испугалась, что он действительно сейчас меня… прямо здесь… И я позволю! Валиев как будто не мог взять себя в руки. Стискивал мое тело все требовательнее, не давал лишний вдох сделать, и забирал последние ниточки контроля.
– Скажи «я беру свои слова назад»! – вдруг подсказал он рычащим голосом, будто говорил сквозь зубы.
– Я-я… я беру назад свои слова! – торопливо выпалила я, жмурясь от дикого стыда и порабощающего грязного наслаждения. – Пожалуйста…
Наконец Атлант нехотя ослабил тиски, и, едва удерживаясь на слабых ногах, я поспешила отстраниться от него.
Опасливо обернувшись, я вжалась спиной в зеркало, со страхом, возмущением и обидой глядя на мужчину. Его широкая грудная клетка расходилась от тяжелого дыхания, на лице играли желваки, а взгляд исподлобья прожигал меня насквозь ледяным металлом.
– Больше не дразни меня, Тая, – негромко, но серьезно сказал Валиев. – Можешь обманывать себя, но меня – даже не пытайся.
  
Глава 6
 
Злость накрыла разум пеленой, и руки сжались в кулаки. Как гадски он манипулировал мной!
– Что вам от меня нужно?! – истерично вскрикнула я, часто дыша и захлебываясь негодующими эмоциями. Чувство унижения так и душило – не хотелось признавать, что он прогнул меня! – Оставьте меня в покое!..
Взгляд Атланта стал каким-то странным. Выдержав напрягающую паузу, он отрицательно качнул головой, и я содрогнулась.
– От тебя? Мне не нужно ничего, глупышка, – спокойно ответил мужчина. – Мне нужна – ты.
Я растерянно раскрыла рот, ощущая, как вытянулось мое лицо.
– Что? З-зачем?..
– А зачем, по-твоему, мужчине нужна девушка? – спросил он наводящим тоном, приподняв бровь.
У меня аж дар речи пропал. Глаза расширились, а голова сама мотнулась из стороны в сторону.
– Я… н-не собираюсь быть вашей девушкой! – решительно заявила, таращась на этого сумасшедшего. – И вы ошибаетесь, если думаете, что после всего… я смогу даже просто находиться с вами рядом!..
Валиев как-то задумчиво прищурил взгляд.
– Расслабься – я тебя не замуж позвал. Однако, находиться рядом нам все же придется – и довольно часто, – сказал он с налетом стали в голосе. – Твое отрицание вполне предсказуемо, но как известно – вода камень точит, Тая. К тому же я могу быть очень настойчивым.
– То есть... будете принуждать меня? – огрызнулась я.
– Скажу честно, – с готовностью отозвался Валиев, делая шаг ко мне, – я не особо отличаюсь терпением. А ты вряд ли в ближайшее время согласишься с нынешними обстоятельствами.
Я сглотнула, чувствуя, как колотится сердце в груди.
– Но поверь, – проникновенно добавил он, возвышаясь скалой совсем рядом. – Наступит день, когда ты сама захочешь быть покорной.