Поместье «Снигири»
Далее, сам хозяин здешних мест, Вадим Снигирёв. Может, он и давний приятель Андрея, но уж точно не близкий друг. Нет в их разговоре той специфической близости, каких-то общих воспоминаний, словечек, той неуловимой нотки, которая всегда появляется при общении старых друзей. И это значит, что А. что-то от меня скрывает.
С другой стороны, все что-то скрывают, даже от самых близких… Стоит ли лезть в это глубже?
Смешно, нас сочли супружеской парой и, разумеется, разместили в одной комнате. Всякое бывало в нашей жизни, всё-таки больше двадцати лет дружим, помнится, и в одном спальном мешке пришлось спать как-то. Но вот отчего-то никогда и мысли не возникало о каком-то сексуальном подтексте. Может, зря?
Нет, к Тёмному. Не надо нам портить отличные отношения этой путаницей. Вернёмся лучше к делу.
Гости… Гости непростые, и мне бы очень хотелось знать имеют ли они отношение к продаже? Адвокат, например. Или кузен?»
Тут на соседней кровати зашевелился напарник, и Лена быстро захлопнула дневник.
Утро выдалось серое. Дождь закончился, и на Снигири лёг туман, густой, словно разбавленное молоко. Сквозь него с трудом можно было разглядеть тёмные пирамиды елей, отгораживающих огороды и прочие хозяйственные службы. Потянувшись, Елена раздёрнула шторы на окнах и посмотрела вниз.
– Андрей, – сказала она хрипло. – Подойди сюда, скореее.
– Ленка, я сплю ещё… – пробормотал он из-под одеяла.
– Иди сюда!
Она смотрела вниз, не отрываясь. Увы, картинка не менялась: серый подтаявший сугроб и на нём – раскинувшая руки женская фигура лицом вниз. Возле головы женщины темнело нехорошее пятно…
– Кто это? – спросил Андрей за её спиной.
– Как ты догадываешься, я пока не имела возможности посмотреть вблизи. Можно предположить… Спортивная фигура, довольно высокая, в джинсах, значит, или Маркова, или Стелла. Лиана совсем тростиночка, а Софья Яковлевна поменьше и покруглее. Впрочем, в таком ракурсе…
– Понятно. Давай, одеваемся по-быстрому, зубы чистить будем позже. Я иду будить Вадима, а ты вниз, чтобы никто не кинулся хватать руками и оставлять следы.
– Зубы я всё-таки сейчас почищу, – пробормотала Лена. – По-быстрому, ха! Потом точно никто такой возможности не даст.
Спешно натянув джинсы и свитер, она слетела по лестнице в прихожую, впрыгнула в валенки и шубу. Потом огляделась, открыла дверь кладовки и взяла оттуда швабру.
Дом пока только просыпался. Вот кто-то протопал наверху по коридору, судя по тяжёлой походке, Корнелий пошёл умываться. Вот потянуло с кухни свежим хлебом… Лена задумалась: может, сходить и предупредить Наталью Петровну? Потом решительно качнула головой, потянула на себя входную дверь и вышла на обледенелое крыльцо.
– Скажешь ей про труп, она в обморок хлопнется, а пока я буду ею заниматься, кто-нибудь в окно глянет и увидит. Нет уж, варит кашу, вот пусть и не отвлекается…
Она обошла дом и, осторожно ступая, подошла к телу.
Женщина лежала так, что с этой стороны виден был только затылок. Подтаявшие остатки снега, ледяная каша, лужа стылой воды. «Видимых следов, конечно, никаких нет, – подумала она Лена. – Магические… даже если и были, вода смывает всё. Разве что микроследы в ране найдут?».
Медленно, держась на расстоянии, она стала обходить эту жутковатую инсталляцию. Наконец, стало видно лицо; глаза приоткрыты, на виске виднеется гематома. «Стелла… Удар в висок и мгновенная смерть. А кровь на затылке откуда? – привычный взгляд фиксировал детали, пока ни за что не зацепляясь. – Художник с ней вчера ссорился, так что же, дошло до убийства? Я слышала только что, как Корнелий шёл в ванную, только у него такая тяжелая и неровная походка. Вчера убил женщину, почти жену, выкинул тело в окно, а с утра, как ни в чём ни бывало, отправился чистить зубы?». Она подняла взгляд: вон те два окна слева – их комната, следующие два – комната адвоката, а прямо над телом… двойной ширины переплёт и эркер. Кого же там разместили?
Так, стоп. Вчера Стелла и Корнелий заходили в дверь напротив, то есть, их окна вообще выходят на другую сторону, на парадный подъезд!
– Матерь Великая, да что ж это такое? – раздался горестный вскрик за спиной у Елены.
– Это труп, Вадим, – ответила она, поворачиваясь. – Вы вызвали стражников?
– Что? – хозяин дома смотрел растерянно, словно не понимая вопроса.
Андрей за его спиной кивнул.
– Да, вызвали, – сказал он. – Надо, наверное, как-то огородить это?
– Я хотела хотя бы начертить круг, – Лена кивнула на брошенную в сторону швабру. – Но ты сам видишь, по льду много не начертишь. Придётся тут стоять, сейчас ведь все прибегут…
И в самом деле, не прошло и десяти минут, как все гости столпились, удерживаемые Андреем на расстоянии пары метров. Взгляд Елены скользил по фигурам и лицам, отмечая реакцию.
Вот Корнелий упал на колени прямо в ледяную лужу, согнулся, схватившись за голову.
Лиана вскрикнула и спрятала лицо на плече Юрия Тороканова. Они что, знакомы? Или это был первый, кто оказался рядом?
Лицо самого Тороканова, странно сосредоточенное, с закушенной губой.
Марковы – каменные, совершенно одинаковые маски супругов и живая рожица мальчика, на которой написано только любопытство.
Нахмуренные брови адвоката и его рука, обнимающая за плечи жену.
Наталья Петровна не подошла близко, смотрела издалека, с жадным интересом.
Вадим, по-прежнему растерянный, вцепился в плечо Андрея, не отрывая взгляда от тела.
Выждав пару минут, Елена прекратила эту немую сцену, окликнув экономку.
– Было бы хорошо всех покормить до приезда стражи. Наталья Петровна, ау!
– А? – оторвав взгляд от жуткой и притягательной картины, женщина спохватилась. – Ох, да-да, конечно! Завтрак готов, прошу вас, пойдёмте!
– Да как же можно, сесть и жрать сейчас? – голос Лианы подозрительно вибрировал.
«Сейчас свалится в истерику…»
Елена поморщилась и попросила:
– Юрий, уведите её, пожалуйста. Пусть умоется и хотя бы чаю выпьет, сладкого. Лев Борисович, попробуйте чуть отвлечь Корнелия. Ему бы стоило переодеться.
С Васильева и в самом деле текла грязная вода…
Подгоняемые Андреем, то и дело оглядываясь, гости поплелись в дом. Снигирёв всё стоял, держась руками за лацканы своей криво застёгнутой дублёнки, и Лена сказала:
– Вадим, найдите, пожалуйста, какое-нибудь большое полотнище, чтобы прикрыть тело.
– Полотнище? – переспросил он.
– Да. Покрывало, большой кусок брезента, мешковину…
– Да, понял. Сейчас. Минуту!
Он суетливо бросился к дому.