По следам Алисы

Плечо тут же отпустили, и мужчина первым шагнул вслед, но теперь уже я остановила его за руку.
– Капитан, благородство нынче оплачивается по высокому курсу неприятностей. Я польщена таким вниманием, но лучше сделайте вид, что не заметили меня и свалите, – прошипела я, следя за чёрной фигурой дройда, пока он ещё был к нам спиной, без возможности следить за разговором.
Это я сглупила. Нашла что сказать бывшему боевому офицеру. Но он ведь даже не понимает, что влезает в разборку двух старых знакомых. А вот нарвётся на неприятности, кто станет крайней? Правильно, виновата Ева.
– При чём здесь вы? – слегка удивлённо вскинул он бровь. – Может, я давно мечтал встретиться с этой личностью.
С теневым королём Альдебарана хотел он познакомиться, как же. Сомневаюсь, что вообще имеет понятие, к кому мы идём. Да, только теперь его не переубедить. Чувствую я, ни во что хорошее это не выльется.
– Проходите, – открыл для нас дверь сопровождающий дройд, в тёмную неизвестность.
– Алиса, готовность, – тихо произнесла и смело шагнула вслед за капитаном в полную темноту.
Дверь за нами гулко закрылась, отрезая от цветных вспышек танцпола и грохота музыки и погружая в беззвучную темноту. Похоже, всё идёт не по плану. Кто бы мог подумать, правда?
Несколько мгновений ничего не происходило. Потом резко закружилась голова и заложило уши, словно при взлёте, но всё быстро прошло. И сразу после этого включили свет, заставляя зажмуриться от цветных пятен в глазах. Стоило проморгаться и оглядеться, как захотелось выругаться. Громко, грязно и очень подробно указав путь, по которому может проследовать чёртов Кот. Но образ не позволяет. Пока остаётся надежда, что меня не узнали, нужно держаться выбранной линии поведения. Изобразив испуганный писк, я дёрнулась в сторону Кэпа. Крепко вцепившись в его руку, с нотками страха в голосе спросила:
– Где мы? Что случилось? – и завертела головой во все стороны, рассматривая небольшую улочку, посреди которой мы оказались.
Аккуратные двух-трехэтажные каменные строения с яркой черепицей и цветочными горшками, украшающими окна. Булыжная мостовая, небольшие лесенки с кованными перильцами. Такая вот идеально сказочная картинка. Ярко-голубое небо над головой с солнцем. Одним, чего на Альдебаране увидеть никак нельзя. Я продолжила изображать панику и недоумение от происходящего. Не знаю, как Джекхрем, но вот капитан на мои ужимки не купился и смотрел как на больную. Даже попытался отцепить от своего плеча, за которое я крепко ухватилась. А я что дура, чтобы отпускать. Тем более плечо такое хорошее, крепкое, внушительное, тёплое и обтянуто на этот раз всего лишь простой чёрной футболкой, а не форменной курткой. За такое и подержаться приятно, и поплакать на нём, да и спрятаться тоже неплохо. Позиций я упускать не собиралась и продолжала изображать недалёкую паникёршу.
Капитан настороженно осматривался и, только закончив осмотр окружающего пространства, обратил пристальный хмурый взгляд на меня. Кто бы сомневался, сейчас последуют очередные претензии. Я его предупреждала. Но вместо допроса о том, что происходит и в какие неприятности я его втянула, прозвучало совсем другое.
– Либо у меня проблемы со зрением, либо я что-то упустил, и вы успели переодеться, Ева Владимировна, – с некоторой задумчивостью в голосе и явным неодобрением во взгляде произнёс Кэп. – Какой же вариант правильный?
– Чего? – настала моя очередь недоумевать. Тут я соизволила бросить взгляд вниз на себя.
Ого, а капитан-то прав. Длинный приталенный пиджак из мягкого клетчатого твида и светлые бриджи по колено. Сапоги почему-то остались мои, которые шли в комплекте к комбинезону, длинные, по колено, чёрные лаковые на шпильке. На руках кипельно белые перчатки. И эта деталь меня насторожила первой. Из маленького кармана пиджака торчит цепочка, за которую я вытянула круглые большие часы, под старину. Во втором обнаружился сложенный веер. Тут я поняла, что Штирлиц ещё никогда не был так близко к провалу. Глянув на Кэпа, невозмутимо наблюдавшего за моим осмотром, заметила подозрительный взгляд, нацеленный мне на макушку. Руки метнулись наверх. Парик остался на мне, но к нему добавилось ещё кое-что. Нащупав на голове шляпу-цилиндр с длинными мягкими заячьими ушами, окончательно осознала, что миссия быть неузнанной провалена.
Консоль мне в глаз, баг в печень! На чём спалилась?
Над пустой улочкой эхом раздался звук бьющих часов. Повернувшись в ту сторону, увидела башенку с большим циферблатом, который показывал ровно полдень. Отбив в пугающей тишине окружающего пространства положенные двенадцать раз, часы замолкли, а над башней медленно проступила крупная фиолетовая надпись.
Ах, мои усики! Ах, мои ушки!
Я судорожно схватилась за лицо. Не хватало, чтоб он мне ещё усы присобачил. К счастью, это была лишь аллегория.
Ах, боже мой, что скажет Герцогиня!
Блохастый мерзавец меня узнал, а теперь издевается.
– Не смешно, Чешир, – громко проговорила, прекрасно понимая, что он нас слушает. – И даже не улыбательно, – стащила с головы цилиндр и стала осматривать. – И в плане Герцогини, мы с тобой в равном положении. Твоё даже похуже будет.
Помимо прикреплённых ушей, на шляпе обнаружилась изумрудная лента, за ободком которой торчала картонная карточка с цифрами.
– Тьфу на тебя. Ещё и юродствовать вздумал? Не боишься, что владелец шляпы заинтересуется тобой? – скривилась, пристально оглядывая округу в поисках заветного. Он появится, не может не появиться. Рейберт, на удивление, пока молчал, но с каким-то странным выражением лица наблюдал за моим монологом.
– В отличие от тебя, я на встречу с Шляпником нарываться не хочу, – проговорила в пустоту и замахнулась, чтобы выбросить дурацкий цилиндр.
– Я бы этого делать не стал, – прозвучал мурлыкающий голос где-то над головой.
Обернулась и быстро оглядела дом позади. Вот и встретились. Над клумбой на одном из нижних окон среди цветов затерялась довольно крупная клыкастая улыбка с пятнами крови. Показушник. Улыбка без кота – как оригинально.
– Почему? – поинтересовалась, ещё раз задумчиво покрутив цилиндр в руках. А уши ничего так, мягонькие.
– А ты внутрь посмотри, – посоветовал оскал.
В общем, совет оказался кстати. Из недр цилиндра неожиданно удалось выудить пачку сигарет. Моих любимых. Не забыл вкусов и привычек, паршивец.
– Что дальше, Блохастый? – поинтересовалась, поджигая одну из них найденной там же зажигалкой и затягиваясь. Давно не курила, думала, что бросила.
– Правила едины для всех, ты их сама писала, – произнёс оскал и исчез. Вместо него, прямо перед лицом появилась очередная надпись.
– Тварь лохматая, мало я тебя в детстве лупила, – пробормотала себе под нос.
Повернулась обратно к Кэпу, с лёгким раздражением взиравшему на меня. Понимаю, если бы меня по чужой вине втянуло в такой сюр, я бы тоже была зла. Но я его предупреждала и даже пыталась его остановить от ошибки!