Связанная с драконом
Остановившись возле изящного, миниатюрного столика из наборного дерева, сперва машинально восхитилась мастерством его отделки (просто экспонат из коллекции Эрмитажа, не меньше!), а потом (не музей же!) вывалила на его роскошную столешницу стопку книг и присела на рядом стоящий, мягкий диванчик. Взяла самый верхний том в руки и углубилась в чтение. Страницы перелистывались быстро, я увлеклась. Поняла, что солнце, похоже, полностью спряталось за горизонтом, уже когда в парадном холле воцарился вечерний полумрак. Чтение убаюкало меня, на мягком диване было так уютно, что я и не заметила, как уснула.
Приснилась мне мировая война за расширение территориальных границ, о которой я как раз перед этим прочла. Длилась она несколько десятков лет и истощила государства, принимавшие в ней участие. В конце концов все вернулось на круги своя, но северные империи Озлена и Афлора, обосновавшиеся на материках, по сей день недовольны исходом прошедшей войны и пытаются раздуть новое противостояние.
…С той стороны сна послышался тихий шорох, а потом я ощутила, как что-то теплое укрыло меня. Обоняние уловило запах меда и дорогого вина. Симбиоз этих приятных ароматов показался очень знакомым, и я медленно открыла глаза.
Я лежала под черным плащом, рядом на столике – раскрытая книга. Возле зажженного камина спиной ко мне стоял мужчина. Хватило мгновения, чтобы узнать в нем мое чудесное чудовище, которое волшебным вихрем ворвалось в жизнь простой питерской художницы, превратив эту самую жизнь в невероятную, непостижимую сказку.
Алая чешуя когтистой лапы поблескивала в свете жаркого пламени очага и медленно исчезала. Потом, прямо на газах, лапа начала медленно превращаться в обычную человеческую руку. Интересно, у этого типа только конечности видоизменяются?
– Привет… – тихо произнесла я, высвободившись до пояса из-под укрывавшего меня плаща.
Загадочный инкогнито (ну, да, я ведь все еще не знаю его имени!) развернулся ко мне лицом. Его густые брови сошлись у переносицы.
– Приве-е-ет? – переспросил он с удивлением в голосе, а в красных глазах сверкнул интерес.
– Да, – кивнула я. – Мы так здороваемся. В смысле, люди.
– Вот оно что… Забавное словечко, – ухмыльнулся мужчина.
Затем подошел к изящному креслу, обтянутому темным бархатом, сел, откинулся на спинку, положил ладони на деревянные подлокотники и тяжело вздохнул. Только сейчас я заметила следы усталости на его лице: темные круги под выразительными глазами; скулы, заросшие щетиной, напряжены. Интересно, кем он работает, коли так вымотался за сегодняшний день?..
– Пташка, я обещал, что мы поговорим за ужином. Его скоро подадут. Так что можешь задавать свои вопросы. Что тебя интересует? – мягко начал хозяин этого поместья и слегка склонил голову набок. Несколько черных, как адская бездна, прядей упали на лицо, придав ему особой таинственности.
Жгучие глаза детально изучали меня, и под неотрывным, тяжелым взглядом я почувствовала себя овечкой, которую притащили на рынок для продажи, и теперь предложенный товар внимательно оценивается покупателем.
– Может, сначала представишься? – предложила я и, откинув в сторону плащ, встала с диванчика.
– Ивелифас Гелриол. Можешь звать меня Ив.
М-да, ну и имечко – язык сломаешь. Подошла к камину, протянула ладони к пляшущему пламени. Рукам стало тепло, но внутренняя дрожь не отпускала.
– Приятно познакомиться. Меня зовут Таисия. Коротко –Тая.
– Красивое имя… – ласково произнес мой собеседник низким, чарующим голосом, от которого у меня все внутри неожиданно сжалось.
Я смотрела на огонь в камине и спиной чувствовала пронизывающий взгляд похитителя. Волны колких, знобких мурашек бегали вверх-вниз по позвоночнику. Тряхнула головой, заставляя себя собрать мысли воедино, и спросила:
– Зачем ты притащил меня в свой мир?
Позади послышался тихий вздох. Наступило молчание. Оно тянулось довольно долго, видимо, полу-ящер обдумывал свой ответ.
Только из кухни доносился звон посуды. И еще голоса. Там беседовали двое – женщина и мужчина. В камине трещали поленья. В голове набатом звучал пульс моего взволнованного сердца. Я боялась услышать ответ. Ведь он мог оказаться каким угодно. Но страх перед неизвестностью пугал больше всего.
– Не пойми меня неправильно, пташка. Я вовсе не похищал тебя, а попросту вернул в твой родной мир.
Что?! Большего бреда в жизни не слышала! Развернулась на сто восемьдесят градусов и вперила в говорящего возмущенный взгляд. Он что, прикалывается надо мной?!
Однако в утомленных глазах, устремленных на меня, не увидела даже намека на шутку.
– Поясни… – выдавила сквозь зубы и сжала кулаки.
Мужчина пожал плечами.
– Ты не человек. Ты меливид. Как и я, как и все в этом мире, – невозмутимо произнес он.
– Свидетельство о моем рождении говорит об обратном!
Чешуйчатый усмехнулся.
– Ох, пташка. Я понимаю, что тебе трудно сейчас в это поверить, так сразу. Но подумай, какой смысл мне врать? Наверняка свидетельство о рождении было создано с помощью магии твоими настоящими родителями, которые и спрятали тебя в мире людей.
Я шумно выдохнула. В его словах не было логики. Мой мозг отказывался воспринимать услышанное. Все звучало нереалистично, неправдоподобно. Словно я действительно попала в сказку, и сказка эта выдумана поистине психоделическим сознанием.
Новый знакомый поднялся с кресла. Неспешно подошел ко мне:
– …Если сказанное мной чересчур необычно, пугает тебя, давай продолжим разговор завтра, – попытался успокоить меня этот Ив, причем на лице его проявилась вполне себе дружелюбная полуулыбка.
Да, конечно, все это очень странно. Но ждать до завтра… Я хочу разобраться во всем! И немедленно!!!
Отрицательно помотала головой и решительно произнесла:
– Нет… Расскажи мне все-все. Сейчас. Пожалуйста!
Мужские пальцы ласково провели по моим волосам:
– Хорошо, пташка.
Глава 6. Волшебный огонь, пряные запахи и… лошадиный храп!– Меня зовут Тая, – повторила я и посмотрела исподлобья на чешуйчатого.
Тот убрал мои волосы с лица и аккуратно заправил за ухо.
– Я помню, красивое имя… Хотелось бы оставить его для особых случаев… А чем тебе «пташка» не нравится? – спросил он и хитро прищурился при этом.
Эх… Ну и диковинный кадр мне попался, однако… Наверно, в детстве его избаловали, вот и вырос заносчивым, дерзким типом, который говорит и делает то, что хочет, не считаясь с чувствами и мнением окружающих. Перевоспитывать такого уже поздно.
Решила не спорить – ведь хотелось узнать ответы на множество куда более интересных вопросов. Поэтому артистически закатила глаза.