Случайная жена повелителя

Я попыталась снова ударить по нависающему надо мной пластику, но именно в этот момент крышка резко открылась — и я увидела радскара в форме. То есть, форм было даже две: через тонкий медицинский халат явно просвечивал военный мундир.
—Добро пожаловать назад, — улыбнулся доктор, поймав мой испуганный взгляд. — Не беспокойтесь, всё хорошо. Судя по показателям, ваше тело почти полностью пришло в норму.
—А что… что со мной случилось? — прокаркала я хриплым, незнакомым голосом.
— Ух, и напугали вы вас, девушка, — мотнул головой радскар, отсоединяя от меня несколько датчиков. Я обратила внимание, что на мне не было привычной формы; вместо этого моё тело прикрывала длинная рубашка с небольшими разрезами в тех местах, где были подключены датчики.
— Хорошо, что наше начальство оказалось рядом с вами, а то бы мы вас не вытянули, — посетовал тем временем доктор.
Меня осторожно вытащили из того места, где я лежала, и переложили на обыкновенную кровать.
— Вы так и не сказали, почему я… — Я запнулась. — Что со мной было?
— Вас отравили, — просто сказал радскар. — Точнее, пытались.
—Кто?
Мужчина тихо засмеялся.
— Это сейчас как раз выясняют.
Я молча кивнула. А потом, немного справившись с первыми новостями, осторожно спросила.
—А вы кто?
—А как вы думаете? — подмигнул мне радскар.
— Понятия не имею.
Мужчина напрягся.
— Вы помните своё имя? Свой возраст?
Я слабо улыбнулась, поняв, что он не о том подумал.
—Меня зовут Александра Северцова. А вот с возрастом будет проблема, потому что я как бы родом из двадцать первого века, но я отказываюсь считать, что мне больше тысячи лет.
В глазах доктора стоял ужас.
— Вы, наверное, ещё с моей историей болезни не успели ознакомиться? — участливо спросила я.
Радскар кивнул. Затем помотал головой.
— Нет… мы работали по факту.
— Тогда проверьте. Я вас не обманываю, — я кивнула в сторону коммутатора на руке доктора. — Просто не знаю, какая ваша из ваших специальностей первая: халат или погоны.
Доктор с облегчением вздохнул.
— Так вы шутите…
Я улыбнулась, решив не обламывать доктору всю малину — пускай позднее сам узнает, что в каждой шутке есть доля шутки.
— Меня зовут доктор Шрра, госпожа Северцова, — представился доктор в погонах. — Я — врач… и не только. К сожалению, на момент получения экстренного вызова, у нас не было никакой возможности переместить вас в гражданский госпиталь. Только мы находились неподалеку от вас.
— Неподалеку от нас?
— Неподалеку от вашей станции, — кивнул доктор Шрра, явно пытаясь свернуть заговор в другую сторону. — Вам очень повезло… и не повезло одновременно. Тот яд, который вы употребили, обычно действует мягко — жертва засыпает после вкусного ужина и …. не просыпается. Обыкновенно, к моменту, когда тело обнаруживают, следов яда уже не остается, и охранители обычно просто констатируют смерть от сердечного приступа. С кем не бывает.
— А почему у меня было всё по-другому? — спросила я. — Это потому, что я другой расы?
—Увы, раса тут не причем, — развёл руками доктор. — Насколько удалось узнать моему начальству, вчера вы проснулись очень рано, целый день ничего не ели — поэтому яд, попавший в ваш организм вместе с ужином, стал действовать слишком быстро.
— Вчера? — переспросила я. — Значит, я здесь сутки?
Доктор Шраа пожал плечами.
— Всего несколько часов. На вашей станции ещё стоит ночь.
«На вашей станции»… Я посмотрела в разные стороны, но не увидела ни одного окна. Конечно, это ничего не значило — в медицинских отсеках солнечный свет, возможно, и не нужен, но… «на вашей станции».
— Мы в космосе? — спросила я, озвучив самое очевидное предположение.
Доктор Шраа довольно засмеялся.
— Точно пришли в себя. Хорошо. — А затем кивнул. — Вы находитесь на «Атакующем» — флагмане космического флота правителя Арна.
—А… — я было открыла рот, что задать ещё вопросы, но доктор мягко покачал головой.
— Всё потом, госпожа Северцова. Сейчас вам надо отдохнуть.
Отдыхала я долго.
Сначала меня покормили чем-то неприятно склизким (доктор сказал, что обычной еды мне пока нельзя), затем дали выпить какой-то травяной настой ( любят радскары это дело). А потом, после очередного укола, я провалилась в сон… и вновь проснулась только в тот момент, когда почувствовала тяжелую мужскую руку на своём запястье.
Открыв глаза, я увидела Рэндррэна. Огромный, страшный по своей мощи, радскар, смотрел куда-то в сторону и задумчиво водил костяшками своих пальцев по тонкой коже моего запястья — именно в том месте, где сильно пульсировали синие жилки вен.
Видимо, почувствовав на себе мой взгляд, мужчина поднял голову.
— Если ты сейчас чистосердечно мне расскажешь, во что ты вляпалась, я прощу любые твои преступления, — высокомерно протянул Рэндррэн. Точнее, Рэнд Дэйррэн, правитель Арна — пора уже было называть вещи свои именами.
Я вздохнула.
Заманчивое предложение.
Особенно после попытки отравления, которая едва не увенчалась успехом.
«А что если и правда — выложить правителю всё как есть — и пусть дальше сам разбирается со своими подданными и своей же женой».
—Вы простите любые преступления и отпустите меня с миром? — спросила я перед тем, как начать каяться. Не то, чтобы я не доверяла правителю… я не доверяла всем радскарам.
Дэйррэн усмехнулся. Почти по-доброму.
Но затем равнодушно протянул.
—Разумеется, нет. Ты остаешься на Арне в качестве моей наложницы.
Откинувшись на подушки, я тяжело вздохнула.
«Вот и не верь после этого в гены... Сначала моя мать бодалась с матерью Аськи за внимание нашего общего отца, теперь вот и я, кажется, напоролась на подобное. Буду бодаться с Найви за внимание нашего общего мужчины — красота и срамота».
— Я не сделала ничего плохого, — вслух произнесла я.
«Только провела ночь в постели с чужим женихом — и все».
—Саша, тебе не стоит так играть со мной, — раздраженно фыркнул Дэйррэн. — Ты слишком переоцениваешь свою значимость.
—А что, если я просто не приемлю измен в браке? — зло ответила я. — Что, если этот тот моральный барьер, через который я не смогу переступить никогда.
Дэйррэн сжал челюсти.
—В этом случае, вы разведетесь со своей женой?
—Моя супруга — неприкосновенна, — рявкнул Дэйррэн, нависнув надо мной. Его лицо оказалось слишком близко… Так близко, что мои легкие наполнил едва уловимый, тонкий запах этого мужчины — мужчины, с которым я провела ночь.