Иных уж нет, других долечим…
А ведь было у меня предчувствие плохого! Было! Только своё внутреннее нежелание идти на совет и расставаться с Милой я расценил просто как лень и недопустимую для правителя слабость. В конце концов, у меня же есть обязанности перед людьми, которые нужно исполнять. Как всегда учил отец – женщины ночью, работа постоянно.
Но на протяжении всего совещания душа была не на месте, хотелось всех отослать и бежать к ней. У нас ведь только всё наладилось и, кажется, наметился прогресс в отношениях, по крайней мере, она больше не отталкивала меня и даже позволила себя поцеловать. Целых два раза за сегодня! При воспоминаниях о тех поцелуях стало жарко, а мечтательная улыбка сама наползла на лицо, чем привела в замешательство присутствующих советников. Даже мой приятель Чаус заёрзал на месте и насторожился. Хм, неужели есть, что скрывать? Надо к нему присмотреться, возможно, он слишком много проводит времени с принцессой… Мысли о невесте заставили снова стать серьёзным. Как же раздражала эта девица! Глаза б мои её не видели. Вот была бы на её месте Мила, я бы костьми лёг, но ускорил бы свадьбу.
Мила… Она словно наваждение, мечта. Удивительная и сладкая, очаровательная и умная, в чём-то немного наивная, но всё равно невероятная девушка. Никогда никого я так не желал. При том хотелось не только близости, но и просто находиться с ней рядом, дарить подарки, радовать, видеть, как смеётся, невинно краснеет или даже возмущается. Время после нашего первого поцелуя, когда она отстранилась и стала меня избегать, было пыткой. Постоянно о ней думать, видеть каждую ночь во снах и не сметь касаться в реальности – то ещё испытание! Странное состояние, никогда не испытанное ранее и не идущее ни в какое сравнение с моими бывшими увлечениями. Как же меня угораздило? Когда это началось?
Наверное, после нашей первой встречи, в тот день неожиданно для себя я увидел хрупкую, но сильную духом девушку, всю в крови раненых солдат, которая пыталась им помочь, и самое интересное, реально помогала. Её холодный разум и чёткие действия в ситуации, когда любая другая на её месте паниковала и истерила бы, шокировали. И ведь она мной командовала, а я почему-то не возражал, слишком очарованный этим созданием. Но поворотный момент в моих чувствах был немного позже. Тогда, несмотря на усталость от проделанной тяжёлой работы, она отправилась оказывать помощь Бурану и потом смеялась надо мной, и что поразительно, мне хотелось её не прибить за оскорбление, а наоборот, поцеловать. Должно быть, именно в тот момент я понял, что она будет моей, чего бы мне это не стоило.
И она будет, в этом я не сомневался, как и в том, что никуда её не отпущу. Ни сейчас, ни через три года. И к ней никого не подпущу. Даже если придётся всех своих приближенных отправить в ссылку, как Аркуса. Я не оставлю ей выбора. Покорю, очарую, подкуплю, добьюсь! Привяжу, если надо. Хотя нет, так я не поступлю. Не с ней! Мне слишком нравится видеть её смех и радость, чтобы чем-то обидеть.
Наконец совещание закончилось. Что там решали и какие вопросы обсуждали, я, признаться пропустил мимо ушей. Ну ничего, принесут на подпись документы, всё узнаю. Сейчас же мне надо к ней! Немедленно.
Из зала советов сразу отправился в комнату девушки, однако там никого не обнаружил. Всё моё существо наполнила тревога. В груди что-то сжалось и закололо. Через нашу связь призвал змея. Он появился мгновенно, как всегда в последнее время вместе с грушей.
– Рогнедушка… – радостно пропела она.
– Тшшш… – резко зашипел на неё Каас, давая понять, что для её болтовни не время. Она удивлённо осеклась, а он с беспокойством уставился на меня. – Что не такссс?
– Мила, – ответил напряжённо и приказал. – Найди!
– Ой, да что с ней будет? – легкомысленно отмахнулась Клаврапунданарфия двадцать четыре, но я так на неё посмотрел, что она разом передумала продолжать.
Каас исчез, не забыв прихватить подружку. Я пошёл вниз, надеясь отыскать девушку на первом этаже или в саду. Да, где угодно. Лишь бы найти. Почему-то меня не покидало ощущение, что время уходит, и от этого становилось страшно. Никогда не испытывал подобного чувства, но сейчас оно меня наполняло и стремилось подчинить. Приходилось прикладывать немалые усилия для сопротивления и сохранения холодного сознания.
Ощутив зов своего создания, побежал туда. Неужели нашёл? Паника начала отступать, однако, едва увидел огороженный палисадник с целебными сильнодействующими растениями, охватила с новой силой. А когда заметил её, бледную, лежащую без сознания на земле между кустами сон-ягоды, почувствовал такой всепоглощающий ужас, что у меня подогнулись ноги.
– Рогнедушка, Милочка наша еле дышит, – жалобно прошептала груша, хлопая на меня большими глазищами.
Эти слова привели меня в чувства! Дышит! Значит не всё потеряно!
– Её подруга! Здесь! – бросил отрывисто, подхватывая девушку на руки и прижимая к себе. – Зовите! Немедленно! Она лекарь!
– Ой, вряд ли… – начала было Клаврапунданарфия, но её зажал в свой хвост Каас и они тут же исчезли.
Я тоже не стал терять время даром и понёс Милу в замок. Помнится, у неё в комнате был лекарский чудо-чемоданчик. Должно же там быть то, что поможет!
Быстро переставляя ноги и отгоняя от себя скорбные мысли, я впервые в жизни молился… Всем. И тёмными, и светлым Богам. Прося одного – жизнь той, без кого не смогу. Это осознание накрыло и было ясным, как день. Не будет её, не будет и меня. Теперь я это чётко вижу. Есть у владеющих тьмой такая особенность. Мы редко влюбляемся, но, если такое случается, то избранница становится для нас смыслом существования. Похоже, это мой случай. Её слабое дыхание, позволяло дышать мне. И моё сердце билось, пока бьётся её. Не будет её, не станет и меня. Всё, третьего не дано.
С подругой избранницы, в компании Руазы, мы встретились на лестнице.
– Что??? Ах! – запричитала она, заламывая руки, слёзы брызнули из её глаз.
– Соберись! Не время! – строго произнёс, проходя мимо и занося своё сокровище в её комнату.
Уложив свою жизнь на диван, присел рядом и требовательно обернулся к рыжей, кажется, Зине. Вроде так её сегодня представила Мила.
Девушка была рядом и уже взяв себя в руки, притащила тот самый сундук, раскрыла его и схватив странное приспособление, сунула его в уши одним концом, другой прислонила к Милиной груди, что-то слушая и всё больше бледнея.
– Что произошло? – белыми губами, спросила Зина, убирая непонятную штуку из ушей.
– Сон-ягода. Скорее всего, она её ела, – высказал своё предположение, чувствуя, как из нас по капле неумолимо уходит жизнь.
– Ты сможешь помочь? – с беспокойством и любопытством во взгляде поинтересовалась у девушки Руаза, тоже непонятно зачем оказавшаяся здесь.
– Клава! – в панике позвала рыжая, но груша лишь скорбно молчала. Зина сжав зубы и прикрыв глаза стала бубнить что-то непонятное. – Так, снотворное, ага. Передозировка. Первая помощь… Промыть желудок, клизма, адсорбенты, капельница, при остановке сердцебиения адреналин, кардиостимуляторы… Но у меня ничего нет!!! Ладно, соберись… Вызвать рвоту…