Конфликт интересов

Она молчит. И я молчу. Слушаю ее дыхание. Наслаждаюсь тем, что она просто на связи.
— Я бы тоже хотела увидеть тебя, Темный, — наконец произносит она негромко. – Но мне пока страшно. Давай мы пока не будем торопиться.
— Не будем, конечно,— отвечаю я не без некоторого разочарования. Приподнимаю бедра и, вытащив из-под задницы полотенце, вытираю руку и живот, сбрасываю полотенце на пол, а сам забираюсь под одеяло. – Расскажи, как прошел твой день.
 
Глава 10
 
— Ого, кого-то штырит. Дружище, тебе пора потрахаться. У тебя спермотоксикоз, — подкалывает меня Макар, зарабатывая нехитрую комбинацию из пальцев, призванную доходчиво объяснить моему другу, что мне не нравится его комментарий.
— Согласен, он слишком часто хмурится в последнее время, — подтверждает Рома, и вот уже средний палец направлен в его сторону.
— Надо будет в центральный суд съездить, — произношу рассеянно, перекладывая документы из одной стопки в другую. – Мы завтра начинаем бесплатные консультации.
— Черт! – восклицает Рома. – Я совсем забыл. Кого отправим?
— А что, есть кого? Вон великий и могучий Макар Ильич обещал нам пару студентов подогнать в помощники и чтобы гонять их на консультации по судам. Да только что-то пошло не так, да, Макар?
Он возвращает мне тот самый незамысловатый жест и снова утыкается взглядом в стоящий перед ним ноутбук.
— Короче, все это классно, — говорит Роман, — но мы собрались здесь, чтобы обсудить планы на следующую неделю. В противном случае хер бы я потратил воскресенье на болтовню с вами. Мне и так пришлось выгнать сочную нимфу из своей квартиры рано утром. Так давайте хотя бы сделаем так, чтобы я сделал это не зря.
— Так. У меня завтра четыре заседания. Консультация начинается в десять утра, — говорит Макар. – Я после последнего заседания мчу в универ.
— Я улетаю ночью в Питер, вернусь только вечером.
— Ох, черт, точно, — отвечаю на реплику Романа, — я забыл, что ты в командировке.
Открываю свой телефон и рассматриваю график.
— Завтра я могу поехать на эту консультацию, — говорю спокойно. – Гену оставим на встречу с Сазоновой. Думаю, он сможет все сделать правильно. Там в принципе надо всего пару документов подписать и немного подробнее расспросить про ее притязания на дом. Но на следующую неделю надо кого-то найти, парни. Или планировать график так, чтобы кто—то из нас успевал по понедельникам ошиваться в суде на протяжении четыре часов.
— Та нет, у нас не выйдет. Понедельник – самый жирный день на заседания, — говорит Роман. – Так что вряд ли выгорит. Давайте прикинем. У нас четыре помощника.
— И те скоро будут ходить домой раз в неделю при их загрузке, — дополняю его слова, и парни кивают.
— Макар, да найди ты нам уже студентов. Хотя бы на лето, пока перекантуемся.
— На лето – это хорошо. Только летом работы-то как раз немного.
— Да где не много? – возмущается Рома. – Сейчас как начнут все рабы в отпуск проситься, охереем.
Я согласно киваю.
— Да, Макар, покопайся там в своих архивах толковых студентов и пригони к нам. Им же нужна практика.
— Они обычно рвутся в прокуратуру и суды на практику. Ну, или на крупные предприятия.
— Ну вот и заманивай тем, что благодаря практике у нас они побывают и в прокуратуре, и в суде, и на крупном предприятии.
Макар откидывается на спинку стула и делает глоток уже остывшего кофе.
— Имеет смысл.
— Блядь, ну, конечно, имеет! – восклицает Рома громче, чем стоило.
Я прищуриваюсь и смотрю на него.
— Ром, все нормально? – спрашиваю.
Он раздраженно кивает, а потом вскакивает с места, хватает с края стола сигареты и вылетает на балкон. Мы с Макаром следим через стекло, как наш друг нервно чиркает зажигалкой, а, когда та не срабатывает, выбрасывает ее с балкона, крикнув «Сука!»
 
— Снова Ленку встретил, — тихо говорит Макар, и я киваю.
— Сто пудово.
— Ладно, пошли. Зажигалка была новая, — бормочет он, вставая из—за стола.
Мы выходим на балкон и, не сговариваясь, устраиваемся за столиком, и закуриваем. Сидим молча, ждем, пока прорвет, и Рома не заставляет себя ждать.
— Вот нахуя она мне позвонила? – рявкает он, нервно сбивая пепел в пепельницу. – Нормально же все было. Каждый зажил своей жизнью. Нет, блядь, надо было позвонить посреди ночи и сказать, что ее муж – мудак. И что я трахаюсь лучше него.
— О, Ром, ты же не… — начинает Макар.
Рома покаянно опускает голову, и мы все синхронно тяжело вздыхаем, а потом затягиваемся своими сигаретами. Почему—то вспомнился паб из мультфильма «Остров сокровищ», когда пираты одновременно выпили по глотку пива, а потом выпустили дым в воздух. Вот так и мы сейчас сидим и выпускаем дым. Потому что все на одной волне. У Ромки правда непростая ситуация. Лена водит его на поводке вот уже шестнадцать – подумать только, какой срок – лет, и все никак не отпустит. Он держится, не срывается до ее следующего звонка или появления. А потом проклинает себя, как сейчас, потому что Лена то и дело возвращается к мужу. На таких качелях наш друг прожил уже много лет, каждый раз пытаясь не сорваться, но все равно проигрывает в этой схватке.
— Я не знаю, как каждый раз вот так попадаю в эту ловушку. Но, сука, она так умело мной манипулирует! Ночью позвонила и рыдает в трубку. Думал, поеду и лично вырву ноги ее придурку. Но она попросилась приехать. Как оказалось – уже, правда, утром, — он уехал в командировку и забыл ей пополнить счет на карте и не брал трубку. А она какую—то дорогую хуйню для дома заказала, а, когда приехал курьер, не смогла расплатиться. Это пиздец, мужики.
Рома качает головой, и Макар ему вторит. Мы не пытаемся сказать Роме, чтобы завязывал с этой больной любовью, потому что бесполезно. Как бы он себя сейчас не проклинал, как только Лена позвонит, он снова помчится к ней. Это закон. Как то, что завтра снова будет рассвет, и то, что вечером на небе появятся звезды. Это ужасно, но Роман взрослый мужик, который должен сам разорвать этот порочный круг.
— Может, тебе жениться, Ром? – предлагает Макар.
Я думал, что Роман рассмеется и пошлет Макара куда подальше, но он удивляет. Резко вскидывает голову и смотрит на Макара, а потом на меня. Ох, не нравится мне этот лихорадочный блеск в глазах.
— Точно! Мне надо жениться. Найти нормальную девчонку. Ну, или женщину. И жениться. Настрогать с ней детей и жить нормальной жизнью. И, когда Ленка снова позвонит, сказать ей, что я не могу ее утешать, потому что жена против. Пусть, сука, мается. – он потирает затылок. – Слушайте, чего ж так погано?
Мы не отвечаем. Потому что сами не знаем. Ни один из нас никогда не любил по—настоящему. Кроме Романа. Этот через долгие годы пронес свое крепкое, но ненормальное чувство.
— Ладно, — Рома тушит окурок и хлопает себя по бедрам. – Я не спал почти всю ночь, а следующей в командировку. Надо еще дело перечитать. Давайте тут закончим, и я помчал. Сможете перемыть мне кости после моего отъезда, девочки.
Он решительно встает и возвращается в комнату.
— Придурок, — качая головой, с улыбкой произносит Макар.
— Посмотрим, какими мы станем, когда у каждого из нас появится своя Леночка.
— Хер я дамся какой-то бабе, — говорит Макар. – Мне хватит любования тем, как кочевряжит моего друга, — он кивает на вход в квартиру.
— Война план покажет, — смеюсь я, и подталкиваю его к стеклянной двери, хлопая по плечу, а сам почему-то думаю о Кошке.