Конфликт интересов

Я вытираю скучный бежевый и решительно наношу фиолетовый лак. Он очень темный, практически черный. Но на ногтях смотрится эффектно. По привычке убираю за собой, вытираю влажной салфеткой пол возле кровати в том месте, где подпиливала ногти. Напоминаю себе записаться на полноценный педикюр уже завтра утром и возвращаюсь на кровать. Телефон не мигает. Темный молчит. Ну почему он все время ставит меня в неловкое положение? Я слегка встряхиваюсь и, пока не передумала, пишу ему:
КОШЕЧКА69: Хочу услышать твой голос
ТЕМНЫЙ: Давай номер
Он отвечает практически сразу.
КОШЕЧКА69: Ты давай, я сама тебе позвоню.
ТЕМНЫЙ: Сама, Кошка, будешь играться пальцами под одеялом. Если ты не признаешь доминирования мужчины, то нам не по пути
КОШЕЧКА69: Доминирования? БДСМ-форумов начитался?
Темный молчит минуту, а потом присылает ряд смеющихся смайликов.
ТЕМНЫЙ: Нет, от форумов я далек так же, как и от БДСМ. Я не в Теме, но кое-какие игры люблю. Все еще хочешь услышать меня?
КОШЕЧКА69: Может быть, сейчас хочу еще сильнее.
Я подавляю в себе порыв потереть одной ногой о другую, вовремя вспоминаю о накрашенных ногтях. Но колени все же прижимаю одну к другой, чтобы хоть немного ослабить напряжение внизу живота. Где-то там, в районе пупка зарождается нечто, что омывает жаром область ниже. Ох, Темный, если я так реагирую на твои сообщения, что же будет, когда я услышу – или тем более – увижу тебя?
ТЕМНЫЙ: Тогда держись, Кошечка. И давай номер.
Я кусаю губу, все еще немного сомневаясь. А потом бросаю взгляд на фиолетовые ногти и решительно набиваю цифры. Через несколько секунд мой телефон начинает звонить в трясущейся руке. Ох, что же я делаю? Двигаю зеленую трубочку на экране.
— Алло?
 
Глава 7
 
— Ну привет, Кошка.
Голос… м-м-м… я не могу описать его в двух словах, его надо слышать. Глубокий, низкий, такой рокочущий. Складывается впечатление, что я слышу, как он вибрирует в грудной клетке Темного. Прикрываю глаза и растворяюсь в нем. Таким голосом только заключать сделки на продажу души.
— Эй, ты там? Что притихла?
— Наверное, печатаю я лучше, чем разговариваю, — отвечаю хрипло и как-то не совсем естественно.
— Мне нравится твой голос, — вопреки моим опасениям произносит он.
— Это не мой, — вырывается из меня, и я слышу такой же грудной смех. Искренний, открытый.
— Тогда простите, девушка, я, похоже, ошибся номером, — серьезно отвечает он и… отключается.
Я хмурюсь, глядя на телефон. Какого черта сейчас было? О, господи, ему точно не понравился мой голос, и он не нашел другого повода, чтобы прервать звонок, кроме шутки. И теперь он заблокирует меня в «Фантазии», и я снова буду… Телефон внезапно начинает вибрировать в моей ладони. На экране тот же номер. Я запомнила последние две цифры. Шестьдесят девять. Нервно хихикаю, а потом делаю долгий выдох, чтобы успокоиться и отвечаю на звонок.
— Слушаю, — снова голос подводит. Хриплый и немного дрожит. Плохо, Ида.
— Испугалась?
Я сжимаю челюсти, и внезапно говорю тоном, который обычно использую в суде.
— Похоже, вы ошиблись номером, молодой человек.
И отключаю звонок. Обрушиваюсь на кровать и прижимаю телефон ко лбу, крепко зажмурившись. Ну что за идиотка? Что это был за выпад? С другой стороны, а как еще его научить не играть в дурацкие игры. И я не буду сейчас обращать внимание на внутренний голос, который намекает на хорошее чувство юмора у Темного. Черт. Теперь я должна ему перезвонить, наверное. Нет, не буду. Пускай сам. Он же там про доминирующую роль мужчины разглагольствовал.
И снова звонок. И те же цифры на экране. Я двигаю зеленую трубку и снова закрываю глаза.
— Привет, — говорю намного спокойнее.
— Не заладилось как-то, да? – спрашивает он с улыбкой в голосе.
— Да, как-то не очень. Но твоя шутка мне понравилась, — спешу исправить ситуацию, чтобы он не думал, что это он виноват. Хотя виноват. Или нет?
 
— Как и мне – твоя. И голос твой все равно нравится. Даже если ты сейчас снова бросишь трубку.
Я негромко смеюсь, переползаю на подушку и тру большими пальцами ног друг об друга, проверяя, высох ли лак.
— И мне нравится твой голос, Темный. Или мы должны назвать друг другу свои имена?
— Мы никому ничего не должны, Кошечка. Ну разве что немного.
— И что же мы должны?
— Озвучить свои фантазии. Такой был посыл в чате.
— Мы же впервые услышали друг друга. Тебе не кажется, что пока рановато?
— Знаешь, у меня ощущение, что я знаю тебя много лет. Или месяцев. И для меня не рано. Ни фантазии озвучивать, ни трахать тебя.
Я давлюсь воздухом. Смело. И как-то очень неожиданно. Ладно, мы действительно уже многое обсудили в чате. Но настолько ли много, чтобы вот так откровенно разговаривать друг с другом?
— Ты зависла, Кошка.
— Я… эм-м-м…
— Дай угадаю: не готова пока еще вести откровенные разговоры?
Я киваю и только потом понимаю, что он не может меня видеть.
— Да, — произношу наконец вслух.
— Хорошо. Тогда давай пока обсудим фантазии, которые не связаны с сексом, идет?
— Давай, — я слегка царапаю обложку лежащей рядом на кровати книги.
— Давай я расскажу тебе свою фантазию. Она не связана с сексом, но связана с тобой.
Я тяжело сглатываю.
— Расскажи.
— Я так много раз представлял себе тебя, что у меня в голове сложился определенные образ. Давай я буду говорить, что именно я придумал, а ты будешь подтверждать или оспаривать. Как тебе такое?
Я прикрываю глаза и улыбаюсь.
— Мне подходит. Но что, если я совру?
— Тогда я рискую никогда не узнать, какая ты.
— Я постараюсь быть честной.
Я слышу, как Темный усмехается.
— Ты блондинка.
— Да.
— Не сейчас, Кошка, — с мягким смехом произносит он. Мне нравится этот звук. Он обволакивает меня и согревает. Разве может быть маньяком мужчина с таким смехом? Нет, точно не может. – Сначала я все озвучу, а потом ты будешь спорить со мной.
— Хорошо, — выдыхаю с улыбкой и устраиваюсь поудобнее, приготовившись слушать.
— Ты блондинка. Хрупкая, но не тощая. У тебя небольшая грудь. Глаза… Не знаю, почему, но я представляю себе, что они у тебя голубые. Возможно, серые. У тебя полные губы и красивая улыбка. И еще в твоей внешности должна быть какая-то изюминка.
Ага, нос. Не люблю его. Но за столько лет уже с ним сроднилась. Мой бывший муж был пластическим хирургом. Так вот он все порывался сделать мне ринопластику, потому что, по его мнению, нос не гармонировал с моим лицом. Я отказывалась только из вредности, чтобы было наперекор его «авторитетному» мнению. Ну разве любят за нос? Любят ведь просто так. И я сделала логический вывод… Конечно, не только по его отношению к моему носу, тут сработала совокупность факторов не в пользу Александра. Я сделала вывод, что этот человек просто никогда не испытывал ко мне светлого чувства. Не уверена, что он в принципе на это способен. Думаю, на мне он женился из-за статуса. Престижно иметь в женах сначала помощника судьи, а потом и саму судью. Саша гордился, но не мной, а моим положением. Я тяжело вздыхаю и усилием воли снова выбрасываю из своей головы недостойного меня мужчину.
— Я пока не знаю, что это, — продолжает Темный, — но надеюсь выяснить в ближайшем будущем. А еще у тебя должна быть какая—то привязанность. К вещи или человеку. И эта привязанность должна забавлять. Не знаю, почему.
— Нет, с привязанностями ты ошибся, — не выдерживая, произношу, и только потом понимаю, что все остальное подтвердила.