Туранская княжна, или Сказка для больших девочек №2

Я снисходительно кивнула.
– Не мучайся, я поняла.
Он открыто глядел мне в глаза.
– И поверь, ничего дурного у меня и в мыслях нет, – заверил он.
Я лукаво посмотрела на него.
– Да и не получилось бы у тебя, – уверенно заявила я. – Меня не поймать.
И тут из-за спины послышался голос.
– А вдвоем?
Я повернулась и просветила подошедшего Гориуса.
– И втроем тоже.
Парни хитро переглянулись.
– А-а, попробовать хотите, – угадала я.
Заклинанием увеличив себе скорость, я от души погоняла этих самоуверенных павлинов. Когда они рухнули на песок, я с улыбкой поинтересовалась:
– Больше сомнений нет? – и удовлетворившись их кислыми минами, сообщила. – Весело с вами, да только мне домой пора.
Валерьян тут же вскочил.
– Завтра придешь? – заглядывая мне в глаза, взволнованно спросил он.
– Если ждать будешь, – усмехнулась я.
– Обязательно, – его глаза так сверкали, что в груди у меня что-то сладко замерло.
На этом мы и расстались. Правда-правда, я даже подслушивать не стала. Хотела все, как есть в памяти оставить.
 
Глава 6.
В эту ночь спала я прекрасно. Потому, что все мои сны были о нем. Проснулась на заре, с улыбкой и замечательным настроением. Ну, и пусть, что общего будущего у нас нет, зато есть общее настоящее. Нет, я вовсе не собиралась, забыв обо всем на свете, окунуться в этот омут. Чувства чувствами, но и голову на плечах надо иметь. Чтобы не плакать потом ночами в подушку. И даже если ведомство, как заверила сударыня Ганевская, утраченное восстановит, то кто мне память сотрет?! Можно, конечно, к наставнице обратиться, да только не захочу я его забывать. И никто не даст гарантию, что, встретив его в следующий раз, я снова не влюблюсь, тогда последствия вообще предсказать невозможно. Нет! Пусть все останется, как есть. Не буду загадывать.
Мои «соратницы по борьбе» меж тем делали поразительные успехи. Нагрянувшая патронесса с явным недоверием выслушала их доклады, устроила перекрестный допрос и сдержано похвалила. Не меня, конечно. Девчонок.
Эти курицы так и забросали ее вопросами о своих нарядах, не зря же неделю назад с них мерки снимали. Сударыня Ганевская понимающе усмехнулась.
– Не беспокойтесь, все будет готово вовремя, – заверила она. – А вот это надо начинать носить прямо сейчас.
Она показала на принесенный резной деревянный ларец. Девчонки жадно заглядывали через ее плечо, пока она поднимала крышку. В шкатулке, как я и ожидала, оказались артефакты.
– Драгоценности-драгоценности! – восхищенно заахали графинюшки.
Кому – что, а вшивому везде баня мерещится!
Ну да, это, действительно, ювелирные украшения: диадемы, колье, серьги, браслеты. Но ценность их не в этом. Поскольку, в первую очередь, это магические приспособления, обладающие уникальными свойствами. Они подстраиваются под ауру своих хозяек и начинают работать приемниками или передатчиками, в зависимости от настройки. Чем сильнее Дар «носительницы», тем проще и быстрее налаживается связь. Как между артефактом и временной хозяйкой, так и между их тандемом и магическим шаром, который служит для наблюдения и записи событий. Именно за таким мне и предстоит сидеть, пока эти вертихвостки нарядами да цацками на балу фигурять будут.
– Боже мой, какая прелесть! – восхищенно простонала Ринка, рассматривая сверкающие сокровища. – И что из этого мое?
Более осведомленная Ветка не торопилась предъявить свои права.
– Мои извинения, сударыня Ганевская, – начала она, – но бриллианты девицам носить не полагается, это камень замужних дам.
Патронесса покровительственно кивнула.
– Я рада, что Вы затронули этот вопрос, девица Венская, а вернее, Линарская. Вам, как выпускницам факультета Пророчеств, курс по магическим артефактам читался факультативно. А вот девица Далинская, как маг-практик, должна неплохо разбираться в этом вопросе, не так ли?! Может, просветите подруг?! – она с ехидной насмешкой посмотрела на меня.
Я даже ухом не моргнула.
– Если Вы настаиваете, – делая приглашающий жест в сторону стола, спокойно кивнула я. – Дело в том, что это не совсем, а вернее, совсем не обычные камни. Помимо того, что они являются очень мощными приемо-передатчиками, они еще и изменяются, подстраиваясь под цвет глаз своих обладательниц. В случае девицы Линарской они станут дымчатыми топазами, а для девицы Малевской – тоже топазами, но голубыми.
– Стало быть, на тебе они бы в изумруды превратились, – понимающе закончила Ветка.
Патронесса театрально подняла одну бровь.
– Мы не будем рассматривать этот гипотетический случай, – холодно отчеканила она. – Итак, артефакты надо начинать носить уже сегодня. На ночь не снимать. Камни должны привыкнуть к вам, пропитаться вашими эмоциями.
По лицам девчонок было видно, что они готовы носить эту красоту, не снимая, всю жизнь. Но тут в глазах Ринки мелькнула, вы не поверите, мысль.
– А если камни не подойдут к моему бальному туалету? – всполошилась она.
Наряды – это единственная тема, в которой Чинская разбиралась досконально. Ветка тоже с сомнением поглядывала на патронессу.
– Вдруг у меня будет зеленое платье, тогда топазы к нему надевать нельзя, – продолжала тем временем расстроенная Ринка.
Начальница обреченно вздохнула и вопрошающе посмотрела на меня.
– Согласно «Уложению о чести, достоинстве и правилах поведения отпрысков благородных семей», узаконенного еще дедом царствующего монарха королем Прохором Силантьевичем, «на свой первый бал высокородная девица должна являться в платье светлых тонов, но не белом, поскольку не невеста, и не ярком, поскольку не дама замужняя», – как по книге процитировала я.
Что характерно, эта мегера и не удивилась, что я снова в курсе.
– Поэтому Вам, девица Малевская, шьют голубой наряд, а Вам, девица Линарская, палевый, – успокоила моих коллег патронесса. – И завтра уже первая примерка.
Девчонки радостно переглянулись и принялись разбирать артефакты. Помогая друг другу застегивать и поправлять украшения, они толкались у зеркала. Все это переливающееся богатство на фоне серых форменных платьев смотрелось слегка дико.
Сударыня Ганевская со злорадным блеском в глазах посматривала на меня. Но я не доставила ей удовольствия, совершенно невозмутимо глядя на вертящихся подруг.
– Что, девица Далинская, не отказались бы примерить такое великолепие? – ехидно ухмыльнулась она.