Пророчество о Златовласой принцессе, или Сказка для больших девочек №1

Так, что на городскую действительность принцесса успела полюбоваться во всех ракурсах. И на жизнь богатых кварталов, и на прозябание окраин.
Ну, какая хитрюга эта Карина! – расстроенно думала девушка. – А я – тупица. Она в первый же день рассказала мне легенду о Золотом Драконе. И даже когда она сообщила, что дружила с моей прабабкой, до меня так и не дошло, что она может превращаться в человека. Хотя, что возьмешь с восторженной девчонки! Но меня и позже не насторожило, что она так хорошо знает город, – Лета обреченно вздохнула. – Да, польстить самолюбию нечем.
Пока принцесса предавалась воспоминаниям и самобичеванию, шагающие рядом эльфы не беспокоили ее, только изредка недоуменно переглядывались. Наконец, Энатэль слегка потряс ее руку.
– Стелла, о чем ты задумалась? – осторожно спросил он.
Лета улыбнулась, поворачиваясь к нему.
– О жизни и собственной глупости.
Принц не успел спросить, что она имеет ввиду, поскольку ушедший вперед Ликтан вернулся и доложил, что за поворотом находится то дерево, о котором предупредил его Сантиль.
Полянка располагалась почти на берегу реки. Воины привычно занялись хозяйством. Милар и Картэн, замыкавшие отряд, днем удачно поохотились, поэтому на ужин ожидалась похлебка из зайчатины.
После уже ставших традицией «водных процедур» эльфы удалились, а Лета, приведя себя в порядок, уселась на большой валун, подтянув колени и обняв их руками. Она смотрела на воду и думала о том, что Ясневый Град приблизился еще на один день.
Сзади послышались тихие шаги. И голос Энатэля спросил:
– Я тебе не помешаю?
– Ну, объясни мне, пожалуйста, почему вам всем так нравится разговаривать с моей спиной? – взмолилась девушка. – Может, в ней есть что-то такое, чего я о ней не знаю? – оглянувшись на принца, поинтересовалась она.
Эльф фыркнул и, обойдя камень, присел рядом с ней.
– В ней… – начал Энатэль, повернув голову, и вдруг лицо его заледенело.
Лета проследила за его взглядом и увидела, что смотрит он на браслеты, полностью видимые из-под задравшихся рукавов.
Черт, забыла растворить их в запястьях! Ну, вот и все! Попалась! – сердце ухнуло вниз. – Сейчас он догадается, что это метеорит, и по приходу в Ясневый Град сдаст меня своим магам.
Девушка поежилась под колючим взглядом принца.
– Кто надел тебе эти браслеты? – в голосе звенели льдинки.
– А в чем дело? – вопросом на вопрос ответила она.
Глаза Энатэля метали молнии.
– Я задал тебе вопрос! Изволь отвечать! – рявкнул эльф.
И тут Лета возмутилась.
– Подданным своим приказывай! – отчеканила она, вскакивая с камня.
В этот момент на берегу появился Трилон, явно привлеченный громкими голосами.
– Что случилось? – обратился он к принцу, тоже вскочившему с валуна.
– Ты посмотри на ее руки! – обвиняющим жестом тот показал на Лету.
Браслеты, все еще видимые из-под рукавов, вопияли.
– Кто надел тебе эти браслеты? – напряженным голосом повторил Трилон вопрос принца.
Лета, уперев руки в бока, хмуро рассматривала стоящих напротив эльфов. Причем лорд был только взволнован, тогда как принц просто взбешен.
– Я отвечу на твой вопрос. Но только после того, как ты объяснишь причину, по которой его задаешь, – глядя исключительно на Трилона, холодно сказала она.
Лорды недоуменно переглянулись.
– Принцесса, по нашим законам замужняя женщина не может стать невестой, а уж тем более, женой другого эльфа. Сначала она должна разорвать предыдущую связь, – строго произнес Трилон.
Теперь удивилась Лета.
– Спасибо за консультацию по вопросам брака и семьи, но какое отношение это имеет к моим…– она слегка замялась, – украшениям?!
– Так, похоже, имеет место недоразумение, – лорд облегченно похлопал принца по плечу. – Видишь ли, принцесса, роль свадебных колец у нас играют брачные браслеты, которые надеваются на обе руки, как твои, например, – объяснил он.
Лета постаралась вздохнуть, как можно незаметнее.
– Ах, вот в чем дело, – нейтральным тоном произнесла она, все так же обращаясь только к Трилону. – Тайны в этом никакой. Браслеты надела я сама, а сделаны они моими братьями. Я удовлетворила твое любопытство? – прохладным тоном осведомилась она, снова усаживаясь на камень.
Лорд церемонно поклонился, прижимая руку к груди, и ушел.
– Стелла, извини, что опять обращаюсь к твоей спине, но, может, хоть она будет ко мне снисходительна, – умоляюще прошептал принц.
Лета, уже слегка успокоившись, фыркнула. Энатэль, явно обрадованный ее реакцией, продолжил:
– Я, правда, не знал, что девушки такие браслеты как украшения носят. И… очень расстроился.
Принцесса, чуть обернувшись, метнула на него обиженный взгляд.
– Ты посмел кричать на меня! – обвинила она. – И еще приказывать взялся!
Эльф облегченно вздохнул, радуясь, что она разговаривает с ним, и уселся рядом.
– Ну, прости меня. Я не знаю, что со мной творится. Но, когда я представил, что кто-то… – он скрипнул зубами. – У меня даже в глазах потемнело.
Лета насмешливо скосила на него глаза.
– Вот это и называется «комплекс собственника», – лекторским тоном просветила она. – Мы еще не обручены и не женаты, а ты меня уже ревнуешь. Будь добр, впредь держи себя в руках, – попросила она и, улыбнувшись, добавила. – Моя спина не всегда бывает так великодушна.
От ее улыбки Энатэль весь засветился, и Лете представилась возможность полюбоваться на счастливого эльфа. Обворожительное зрелище.
– Спасибо, моя принцесса, – пронзая ее горящим взглядом, поблагодарил принц, – но, браслеты придется снять, – тут он наклонился и прошептал ей на ушко. – Те, что подарю тебе я, будут ничем не хуже. Обещаю.
Ага! Снять! Если только с ручками отрубить, – хмыкнула про себя Лета, покосившись на принца, и от того как Энатэль смотрел на нее, сердце вдруг забилось чаще.
Невзирая на всю свою прямолинейность и презрение к условностям, Лета была, тем не менее, девушкой романтичной. Впервые испытывая незнакомые ей чувства, принцесса с удивлением обнаружила, что, оказывается, совершенно не разучилась смущаться и краснеть, как думала раньше.
От неловкости ее спас Трилон, появившийся на берегу и позвавший их ужинать. Принц первым спрыгнул с валуна, протянул ей руку и помог спуститься.
После ужина, пока воины готовили лагерь к ночевке, Лета снова вышла к реке.
– Мрак! Слышишь меня? – позвала она. – Ты где?