У каждого свои недостатки
– Сэм готовит бутерброды, – сообщил Глеб. – Мы приглашены к столу.
– Сэм, а тебе не сложно? – забеспокоилась Ольга. – Нас тут целая орава. Зато мы привезли свежий хлеб. Я все пекарни на Лотусе обошла, искала именно тот, что любит Кир.
– Нет, мне не сложно, – сквозь зубы процедила я, нарезая темноватый хрустящий багет. – Русские любят чай, долгие разговоры за чаем и хлеб, я уже понял.
Все рассмеялись.
– Сэм, ты чудо! – воскликнула Ольга. – Правда Сэм – чудо, Кир?
Я почувствовала, как деревенеет у меня спина.
– Правда, – после недолгой паузы ответил голос Кира.
– Как ты его нашел?
– По велению сердца, наверное, – снова странный тон, странные слова.
– А помнишь, как ты играл Виолу и Себастьяна в отрывке из «Двенадцатой ночи» на дне рождения бабушки? Сэм, Кирюша тоже умеет носить платье, только смеется ненатурально. В этом году я опять придумаю что-нибудь эдакое. Прилетайте на Пальмиру вдвоем, очень вас прошу. Сэм покажет свою пожилую леди с циклоном.
– Я не собираюсь появляться на бабушкином дне рождения, – сказал Демидов.
– Ну Кир! – с возмущением воскликнула его кузина.
– У меня неотложные дела.
Я поставила на стол блюдо с бутербродами.
– Вечные отмазки, – обиженно проговорила Ольга, – ты не можешь пропустить и этот год! Бабушка и так очень обижается. В конце концов, у нее юбилей! И еще эти слухи…
Все присутствующие покосились на меня. Я застыла над блюдом.
– … их надо опровергнуть, – упрямо продолжила кузина Кира. – Дядя Петя и тетя Света переживают. Я знаю, что это все Сиб, но…
– Я подумаю, – резковато перебил сестру Демидов. – Давайте завтракать.
… Вечером того же дня по судовому времени мы прибыли на Манифест. Знаменитая планета, оно и из названия понятно. На ней, одной из первых освоенных в Кластере, двести с лишним лет назад тремя земными Мега-Консолидациями, Европейско-Американской, Азиатско-Тихоокеанской и Российско-Индийской, был заключен Союз «Глобулар» и подписан важный документ о разграничении интересов в космосе. Суть документа сводилась к следующему: кто раньше встал, того и тапки. А точнее, кто может позволить себе такие тапки, тот в них и щеголяет.
Многочисленные прогнозы о том, как жестоко и кроваво человечество будет сражаться за право освоения ново-открытых планет, не сбылись. Некоторый ажиотаж первое время, конечно же, присутствовал – Консолидации спешили застолбить новые территории, преимущественно ради природных ресурсов. Три планетолета, «Камелот», «Гагарин» и «Ява», построенные по технологии Чужих и пафосно названные в прессе тех лет «Новыми Кораблями Колумба», стартовали с Земли в один и тот же день с отважными первопроходцами на борту.
Однако результаты первой волны заселения других миров ожиданий не оправдали – как выяснилось, ни одна из открытых в звездном скоплении планет не годилась на роль Золотой Страны Эльдорадо, вмиг-решающей-все-проблемы человечества. Торс-поля не стали, как казалось вначале, бесконечным и бесплатным источником энергии: изготовление торс-двигателей и маяков влетало в копеечку, выяснилось, что «паруса-зеркала» еще дороже и что человечеству все так же требуются полезные ископаемые, добыча которых в Кластере зачастую выходит немногим дешевле, чем в прошлом на Земле (когда там еще было, что добывать). Одним словом, на деле колонизация оказалась дорогим, трудоемким и муторным процессом.
А тут еще стал нарастать заметный политический пофигизм расселенцев, которые руководствовались принципом: чем дальше от Земли, тем благодушнее и толще шерифы. Первые шестьдесят лет Консолидации как-то контролировали подведомственные им планеты, а потом просто стали делать вид, что все идет по плану и усиливающаяся независимость членов Кластера в этот план входит.
Пятьдесят восемь планет класса «икс» по шкале Циммермана, приспособленные для проживания человека на восемьдесят-сто процентов, потихоньку формировали свои правительства, диалекты и традиции. Если в начале они заселялись согласно принадлежности к одному из членов «Глобулара» (с учетом условной национальной идентификации), сейчас процесс колонизации идет как бог на душу положит. (К примеру, у нас на Нью-Лукке каких только диаспор не встретишь).
Шестнадцать планет класса «игрек», с удобствами «на троечку», для заселения требующие специального технического оборудования или глобального терраформирования, более зависимы от централизованного управления и до сих пор входят в первоначальный Список Территориального Деления. Одиннадцать «зет»-планет с условиями, опасными для проживания, но по какой-то причине (наличие полезных ископаемых, важность для науки) представляющие интерес для Союза, находятся во владении крупных корпораций, а еще семь – в частном владении. С Периферийными мирами все сложно, они протекторат Союза вообще не признают.
Но вернемся к Манифесту. Планета очень милая. Я была на ней с отцом и братьями семь лет назад. Это был единственный случай, когда мы куда-либо вылетали с Нью-Лукки… в образовательных целях. Дело в том, что на Манифесте находится огромный музей Освоения Космоса. Билеты в него очень дешевые, потому что туда никто не ходит – все туристы начинают и заканчивают осмотр достопримечательностей в местных барах.
В день прилета мы с братьями были в музее единственными посетителями. Дерек сломал лапу сушеному бревицефалусу с планеты Окто, а Эрик вознамерился украсть Манифест, тот самый, первый. Но оказалось, что вместо оригинала под стеклом хранится копия. Дело в том, что Манифест уже воровали, местные алкоголики. По легенде, стащив его (полагаю, тоже исключительно в образовательных целях), они обмывали кражу в ближайшем баре, где их и застукала полиция. На документе, по слухам, так и осталось пятно от кружки с сидром. Как говорится, легендарное к легендарному.
Почему к легендарному? На планете растет очень важная сельскохозяйственная культура – груша «Аурео». Грушей этот фрукт можно назвать весьма условно, он скорее похож на сладкую тыкву. Из него гонят сидр-перри и бренди-кальвадос. В день визита на Манифест я поняла две вещи: во-первых, я ничего не знаю о своем отце, во-вторых, генетика – неумолимая штука. Не успела я отойти от шока, узнав, что мой брат хотел украсть реликвию галактического масштаба, как обнаружилось, что наш папуля (почтенный отец семейства, поборник традиционного уклада и защитник семейных ценностей) притащил нас на Манифест вовсе не в просветительских целях, а для того чтобы украсть семена груши и секретный рецепт кальвадоса. Мой мир рухнул. Впрочем, в нем и до этого уже имелись… трещины.
На Нью-Лукке «Аурео» не прижилась. Дело было в каких-то особенных микроорганизмах, которые обитают в корнях грушевых деревьев лишь на родной планете и участвуют затем в процессе сбраживания. Отец очень расстроился. А я с тех пор гадаю, случайно ли представители Консолидаций выбрали Манифест для подписания столь важных документов?
Все три кузена собирались в алко-тур. Ольга поправила Киру ворот на пуловере, а Олег в который раз умоляюще протянул: