Хозяйка Кервельского замка, или Сказка для больших девочек №3

– Со мной все хорошо, – вздохнула я. – Просто завтра мне предстоит нелегкий разговор с отцом. Он, конечно, примет сторону маман, он всегда так делает. Верит ей больше, чем мне.
Люк обнял меня в ответ и поцеловал в макушку.
– Но ты же знала, чем все закончится?!
Я пожала плечами.
– Конечно, знала. Просто пришло время.
Он отстранился и посмотрел мне в глаза.
– Время для чего?
– Заявить о себе, – подумав, сформулировала я. – Показать, что я уже не ребенок. И потом, мне надоело это лицемерие. Как в лапы орков меня посылать, так я взрослая, стравлюсь, а как решения какие принимать, моего мнения и не спросят, я еще дитя неразумное.
И тут меня прорвало. Захлебываясь словами, а иногда и слезами, я стала рассказывать ему свою жизнь. Люк сел в кресло и усадил меня к себе на колени. Он ни разу не перебил меня, и по его глазам я видела, что он искренне сочувствует мне. И, о чудо! Чем больше я открывалась ему, тем легче мне становилось. Я будто избавлялась от тесных, мешающих одежд, сковывающих движение, не дающих дышать. Через пару часов я выдохлась и так и уснула у него на коленях. А он все это время ласково гладил меня по голове.
 
Глава 21. Двадцать четвертое июня.
Проснулась я на кровати, одна, но в воздухе еще витал умопомрачительный аромат моего волка. Значит, только что ушел. Сладко потянувшись, я представила себе будущий разговор с отцом, и с отстраненным удивлением обнаружила, что не волнуюсь ни капли. Приведя себя в порядок, я вышла в галерею и обнаружила на подоконнике «группу поддержки». Миркус и Люк о чем-то заговорчески шептались.
– Какая прелесть! Количество моих поклонников неуклонно растет, – улыбнулась я.
Парни бросились ко мне.
– Мел, ты как?! – затеребили они меня.
Я удивленно отбивалась.
– Эй, полегче. Или вы решили разорвать меня пополам?!
Миркус тут же включился в игру, задумчиво рассматривая меня.
– Беру верхнюю половину, – решительно заявил он. – Во-первых, она разговаривает, а во-вторых, на ней расположен очень соблазнительный бюст.
Я показала ему кулак, а этот наглец расхохотался и спрятался за моего великана.
– Мел, не обращай на него внимания, – махнул рукой Люк, обнимая меня за талию. – Хотя насчет бюста он чертовски прав, – еле слышно шепнул он мне в ухо.
Я мстительно представила: как медленно спускаю шелковый халат сначала с одного плеча, потом со второго.
– Стоп, – взмолился Люк. – Только не сейчас.
В его глазах таял лед, и я польщено улыбнулась.
– Это вы о чем?! – влез между нами любопытный братец. – Кстати, Мел, тебя «вызвали на ковер». Но ты не трусь, все вместе пойдем.
Я отрицательно покачала головой.
– Нет. Я сама. И не спорьте! – остановила я их возмущенные возражения.
Я невозмутимо слушала их ворчание во время завтрака и всю дорогу до отцовского кабинета.
– Может, все-таки вместе?! – тихо спросил Люк.
Я улыбнулась.
– Все будет хорошо, – успокоила я его.
В кабинете отца меня уже ждали. Папочка сидел за рабочим столом. Позади него, облокотившись на высокую спинку стула, возвышался Канус. Маман занимала любимое кресло у окна. При виде меня она на миг сузила глаза.
– Доброе утро, – поприветствовала я всех разом.
Король насмешливо хмыкнул.
– Доброе. А вот и наша возмутительница спокойствия. Ну, и скажи на милость, что за демарш ты устроила ночью?
Я недоуменно пожала плечами, проходя, и без приглашения усаживаясь на диван.
– Не понимаю, о чем Вы, Ваше величество?!
Папочка стрельнул глазами на жену.
– Королева рассказала мне, что приходила проведать тебя перед сном, но дверь твоей спальни оказалась закрыта. Это так?
Я с подчеркнутым вниманием рассматривала сидящую напротив маменьку, но та демонстративно отвернулась к раскрытому окну.
– Совершенно верно. Только, видимо, маман забыла упомянуть, что визит свой нанесла тайно, около полуночи, воспользовавшись запасным комплектом ключей. Может, у меня что-то со слухом, но я не слышала, чтобы она стучала, – безмятежно закончила я.
Все взгляды обратились к королеве.
– А с какой стати я должна стучать?! – возмущенно нахмурилась маменька, поворачиваясь. – Мне, что, нужно особое разрешение, чтобы зайти в покои дочери?!
Я пожала плечами.
– Но я же не врываюсь посреди ночи в вашу спальню.
Отец весело фыркнул.
– Этого еще не хватало!
Я понимающе кивнула.
– Вот и я считаю, что имею право на личное пространство, поэтому прибила на дверь задвижку, – невинно улыбнулась я. – В гостиную, пожалуйста, входите. А проснуться среди ночи и обнаружить, что кто-то склоняется над тобой, увольте. Я ведь могу спросонья и неадекватно среагировать, в лоб засветить, например, – развела я руками.
Канус чуть отклонился от отцовского стула и незаметно показал мне большой палец. Папочка сдавленно закашлялся, скрывая смех.
– Дилиссия, вот видишь, девочка все объяснила, – мягко сказал он.
Королева гневно прищурилась.
– Запираются, когда хотят что-то скрыть! – стояла она на своем.
Я демонстративно потянула из-за ворота кожаный шнурок. Прозрачная колбочка закачалась у меня перед лицом.
– Все о девственности моей печетесь, маменька?! – участливо осведомилась я. – Так я Вам уже рассказывала: мой жених дал слово грандмаман. Так что Ваши опасения и ночные проверки совершенно излишни.
Отец обернулся к другу, и Канус утвердительно кивнул.
– Ты мне ничего не говорила об этом разговоре, Дилиссия, – строго произнес отец, глядя на жену.
Королева нетерпеливо отмахнулась.
– Я не придала этому значения. И потом, Мелисса ведет себя вызывающе. Перечит, дерзит. Что это значит?!
Я пристально смотрела ей в глаза. Она держалась с полминуты, потом отвела взгляд.
– А это значит, что я выросла, – твердо произнесла я. – Уже после первого визита в Кервельский замок, я поняла, что меня ждет в будущем. Принять Дар, вернуться в Окмену и остаться старой девой при старшем братце-шалопае. Он будет жить в свое удовольствие, а я вечно исправлять последствия его необдуманных поступков. Вы постоянно твердили мне, что седая сумасшедшая принцесса никому не нужна. И я поверила Вам, – щеки маменьки наливались краской сквозь белила. – Поверила и поставила на себе крест. Я не видела другого выхода. Поэтому терпела и молчала. А потом все изменилось. В моей жизни появился Люк, и я поняла, что не прокаженная, и могу нравиться. Дар на многое открыл мне глаза. Я стала такой, какой должна была стать, какой всегда была в глубине души. Я стала свободной. И хочу, чтобы Вы знали: даже если бы у меня не было Кервеля, я все равно не осталась бы в Окмене, – твердо закончила я.