Волот. Чужая Земля

Губы Гринера шевелились, но разобрать, что тот говорил, оказалось невозможно. Он ещё не успел закончить, а все солдаты уже выдвинулись вперёд, направляясь во внутренний периметр Установки. Охотники преодолели поле, оказавшись внутри. Маньяк, Волот и Неделин открыли по ним прицельный огонь. Сгустки энергии осыпали их тела, делая своё дело. Замедляясь, тёмные фигуры даже не успевали применить оружие. И вскоре они уже падали на пол без движения.
Гитроиды проникли за силовое поле, подходя со всех сторон и стреляя по всем целям одновременно. Их становилось всё больше, и перекрёстный огонь играл с ними злую шутку. Подстреливая друг друга и впоследствии стремясь избежать дружественного огня, бойцы старались вести огонь аккуратнее, и их численное преимущество практически сходило на нет. Тогда большинство бросились на диверсантов врукопашную.
– Уходим! – крикнул Михаил, направившись к порталу, понимая, что их сейчас просто задавят числом.
Док уже стоял перед октагоном и собирался с духом, медленно протягивая руку внутрь тёмной материи. Он не почувствовал никакого сопротивления, ни холода, ни тепла. Он вообще ничего не почувствовал.
– Маленький шаг для человека… – сказал Морозов и, набрав в лёгкие воздуха и задержав дыхание, шагнул в неизвестность.
Миха долго не раздумывал. Подбежав к телу Кирилла и сняв с того шлем, быстро передал его Максиму. Надев полученный шлем себе на голову, он прыгнул в портал. Киреев остался дожидаться Серёгу, которого успели ранить, а Лин помогала ему передвигаться. Ведя прицельный огонь по приближающимся к ним противникам, Михаил прикрывал друзей. Как только двоица поравнялись с ним у октагона, он подхватил Серёгу, помогая Лин, так как она уже не справлялась с весом ослабевающего товарища.
– Прощай, дружище! – с грустью сказал Миха, провожая взглядом лежавшее рядом тело Кирилла.
Лин с грустью взглянула на Ваню, шёпотом, неслышно что-то сказав тому на прощание. Понимая, что забрать тела с собой они не успеют, троица скрылась в портале.
Остальные, еле поспевая отстреливаться, направились к октагону. Гитроидов становилось всё больше, мимо летали энергоснаряды, часть из которых всё же достигали и поражали цель. Волот ощутил жгучую боль в левой руке – один из солдат достал его выстрелом. А затем ещё одним – и вот уже вся рука, а затем и плечо, горели пламенем, причиняя невыносимую боль.
Отвлечённый на ранение, Волот не заметил приближения семи солдат. Гитроиды набросились на него, но даже в таком виде исполин не стал лёгкой добычей. Уворачиваясь от выстрелов в упор и орудуя одной лишь правой рукой, он обходил окружающих его врагов. Но уже чувствовал, что это даётся ему всё сложнее.
Киоши, видя тяжесть ситуации, собрал всю волю в кулак и стремительно направился на выручку другу.
– Кио, отставить! – скомандовал Волот, понимая, что для того это билет в один конец. – Направляйся в портал за остальными!
Но Киоши не послушал. Схватив ближайшего солдата, будто атлет олимпийских игр, метающий диски, он отправил несчастного в полёт, в сторону группы бойцов, окруживших Волота. А сам в этот момент направился ему навстречу, прочищая дорогу, точными и единичными ударами выводя из строя всех, кто попадался на пути.
– Тон, прикрой! – попросил Маньяк, так как дальше всех находился от восьмиугольника.
Неделин выскочил на площадку портала и прицельным огнём отстреливал солдат, угрожающих Сане.
– Волот, – обратился Саня. – У меня есть идея! – сказал он, указывая на последнее взрывное устройство, что у него осталось. – Дуйте с Киоши в портал… Тон прикроет!
В этот момент Неделин получил несколько ранений в тело и ноги. Свалившись на пол буквально в сантиметрах от октагона, он уже практически не шевелился. Волот подбежал следом и поднял майора. Кио ему с этим помог. Отправив раненых внутрь портала, исполин переключил внимание на приближающегося Маньяка.
Тот со всех сил бежал к октагону, когда несколько снарядов угодили ему в спину. Ноги отнялись, и на большой скорости Саня грубо рухнул на пол. Прокатившись по инерции ещё пару метров на скользком полу и кубарем перевернувшись, его тело остановилось без движений.
Волот, не раздумывая, бросился к Маньяку. Тот, приходя в себя, шевелил руками, стараясь подняться. Но ноги не слушались, и все попытки оказались тщетны. Сквозь жгучую боль, расползающуюся на бóльшую часть тела, исполин поднял Саню и, закинув одну из его рук себе за плечи, потащил в сторону портала.
Гринер наблюдал за обессилевшими диверсантами. Улыбаясь и смакуя имеющееся превосходство, он направился следом за Волотом, который тащил Маньяка. Более того, уверенный в собственном успехе, он остановил наступление. Гитроиды застыли на месте.
Волот ничего из этого уже не замечал. В глазах всё плыло. С каждой секундой испытываемая боль ощущалась более невыносимой, жгучей и вязкой. Ноги тяжелели, становились ватными и неподатливыми. Казалось, любое движение окажется последним – и тогда они оба рухнут на пол, на растерзание окружившему врагу. Не желая этого допустить, Волот заставлял себя делать новый шаг. Всего один. А затем другой. Вновь и вновь.
Маньяк, еле сохраняя себя в сознании, свободной рукой достал гранату. Оперев ту на грудь, ему удалось активировать детонатор взрывного устройства, когда до портала оставалась всего пара шагов. Гринер этого не видел и уверенно направлялся следом. Пусть всё сложилось не так безоблачно, как хотелось, но по-прежнему его план ещё можно реализовать. Он был крайне в этом уверен и доволен текущим исходом.
– Для меня было честью считать тебя другом, – промямлил непослушными губами Маньяк, смотря на тело Бура, остающееся позади.
Саня понимал, что Ваню и Кирилла придётся оставить здесь. Но будь у них возможность, они точно хотели бы помочь. Даже если это был бы всего один, самый последний раз. Маньяк бросил гранату между ними, заставив себя улыбнуться. Вышло криво и в какой-то степени ужасающе. Губы практически не слушались, а по лицу стекала кровь.
– Спасибо, – сказал он за мгновение до того, как портал поглотил их с Волотом.
Гринер увидел гранату, что лежала под восьмиугольником, понимая, чтó неминуемо должно вот-вот произойти. Мимо проносились солдаты, стремящиеся добраться до октагона, в попытках отправиться вдогонку за диверсантами. Некоторым это даже удалось, и они растворялись в тёмной материи портала. Единицы заметили взрывное устройство и играли наперегонки со временем в надежде успеть перехватить гранату. Охотники, обтекаемые толпой гитроидов, застыли в ожидании дальнейших указаний, не предпринимая никаких действий.
– Ну что же, – с улыбкой сказал Гринер, погружаясь в осознание того, что уже ничего не успеет предпринять. – Вот он, твой шанс. Воспользуйся им, – говорил он еле слышно. – Это не конец… Далеко не конец. Лишь самое начало… До скорой встречи, старый друг! – закончил он напутствие Волоту в надежде, что коммуникатор доставит сообщение.
Прогремел взрыв, в момент унёсший жизни дюжины гитроидов и деформировавший основание Установки. Разорвав навесное оборудование на мелкие кусочки, взрывная волна разметала их вокруг, будто шрапнель, нанося всё больше повреждений. В тот же миг массивную раму восьмиугольника смяло и неведомой силой утянуло внутрь тёмной материи. Её границы бесконтрольно то сжимались, то расширялись, увеличиваясь и захватывая всё больше пространства, предметов и окружающих солдат, поглощая их в пучину неизвестности. Законы физики отступали. Осколки оборудования повисли в воздухе. Бойцы, находящиеся ближе всего к Разрыву, отрывались от пола и попадали в невесомость, словно земное притяжение более не действовало на них. При этом магнитуда пульсации материи портала влияла и на их положение в пространстве, постепенно притягивая к себе.