Навия. Возвращение
– За меня не волнуйся, – слабо оживился Егор. – Отсюда скоро уйду, мне уже лучше. Еще пара часов, и буду на ногах. Есть у меня пара часов? – спохватился он, привставая на локтях.
– В смысле не объявится ли тут Орлик? Нет, лежи спокойно сколько угодно, бабушка тебя уже полюбила.
При этих словах лицо Егора впервые озарила улыбка.
– Мне бы такую бабушку.
– У тебя наверняка такая была. То есть точно была, в Кречете, – спохватилась я. – Может, и в других жизнях, ты потом их всех вспомнишь.
– Надеюсь, – прозвучал печальный вздох.
– Отдыхай, а нам нужно идти. А кстати, – я наклонилась над Егором, – почему в нашу первую встречу ты сказал, будто я – не Дея?
Сашка изумленно присвистнул, Егор не открыл глаз:
– Это я так, сболтнул глупость. Иначе тебя представлял.
– А, ну ладно…
Я вышла из маминой комнаты на плохо гнущихся ногах, направилась в пустую гостиную – бабуля возилась на кухне, позвякивала кастрюлями – и кулем повалилась в кресло, потому что силы оставили меня. Сашка, конечно, шел за мной по пятам, тут же шмякнулся на палас у меня в ногах и завладел моей рукой.
– Клянусь, не я подкупил мальчишку рассказать все это!
– Что?!
– Прости, Дан, дурацкая шутка! Но ты же понимаешь, в моем положении услышать, что кто-то говорит тебе такие вещи про Орлика, – мечта и сладкий сон, это факт. Однако официально заявляю, что я в это не верю. Просто по логике вещей.
– По какой еще логике?
– Ну представь, ты же сама побывала в такой ситуации. Этот Егор знает о другом мире с чужих слов. Он без конца размышляет, перебирает все истории, услышанные от братьев, особенно теперь, когда он их потерял, остался один и дико скучает. Играет в другой мир, как в конструктор. Вот и фантазирует странные вещи.
– Возможно…
– Кстати, – вдруг спросил Сашка, – ты не допускаешь мысли, что он тоже все вспомнил досрочно, как и ты? А перед нами просто ваньку валяет.
– Это почему ты так решил?
– Да так, речь у него чудная, я в шестнадцать так складно не болтал.
– Может, он книжки читал, а кто-то без конца искал приключений? – предположила я.
– Вместе с тобой их искал, заметь!
– И потом, общался с братьями, набрался у них.
– А, точно. Не сообразил. Ладно, кто звонит Лине, ты или я?
– Думаешь, им с Клеей не стоит тут появляться? – нахмурилась я. Голова была словно ватой забита, обдумывание самых элементарных вещей давалось с трудом.
– Я не знаю. Для твоей бабушки это не перебор – четыре гостя плюс еще один лежачий?
– Так она уже стол накрывает и все равно нас так просто не отпустит. Я звоню.
С этими словами я достала из кармана мобильник и вызвала Кимку. Странно, но ответа не последовало. Вызов шел, значит, телефон не разрядился, но подруга не отвечала. Набрав номер четыре раза, я недоуменно и испуганно уставилась на Сашку:
– Не отвечает…
– Да ладно, не переживай, – тут же сказал Дятлов, но мне показалось, что он слегка побледнел. – Девочки увлеклись обсуждением сама догадываешься кого, вот Лин-ка и не слышит звонка. Я сбегаю за ними.
Он рывком вскочил на ноги. Скрылся в коридоре, через мгновение хлопнула входная дверь. А я все набирала и набирала номер подруги.
Вошла бесшумно бабушка, глянула удивленно:
– Где же твой друг? Неужели обедать не станет?
– Нет, он собирался. Просто сюда еще должны были прийти Кимка и Сашкина младшая сестренка, после новогодней елки, – делая над собой огромное усилие, бодро отвечала я. – А их почему-то все нет и на звонки не отвечают, вот Сашка и побежал встречать.
– Четверо вас, значит, будет? – деловито уточнила бабуля. – Пойду еще супа погрею.
Кажется, мне удалось скрыть от нее испуг. Я снова нажала кнопку вызова и услышала ответ. Увы, это был Сашкин голос:
– Данка, только не сходи с ума…
– Ты нашел их?!
– Пока только Линкину сумку. В кафе. Как раз собирался тебе со своего набрать, вот и ответил на автомате.
– Стой на месте, бегу к тебе!
Моя бедная бабуля осталась даже без объяснений. А еще минуты три спустя я стояла, стараясь не трястись, на ступеньках кафешки рядом с Дятловым. Он надевал на меня свою куртку и рассказывал, что сумел разузнать:
– Значит, так: в кафе народу почти не было, их прекрасно запомнили. Я говорил с официанткой, она сказала, что девушка и девочка взяли только мороженое, сидели, разговаривали. Потом старшая пошла в туалет, а девочка тем временем встала и направилась к выходу из кафе. Останавливать ее не стали, не совсем же младенец; думали, просто хочет там подождать. Потом девушка, ну в смысле Линка, вышла, спросила про нее. Ей показали направление, она сразу туда, а сумку оставила на стуле. И обе пропали. Они там в кафе как раз начали волноваться, когда я прибежал. А в сумку залез, чтобы понять, взяла она телефон с собой или нет, и…
Последних слов я попросту не услышала, рванула прочь. Не знаю, сколько времени мы с Саней метались вокруг кафе, хватали за руки прохожих, распугали всех покупателей, допрашивая продавцов в ближайших магазинах. Но никто ничего не мог нам сказать ни о девочке с белыми волосами, ни о Кимке. Они словно истаяли, растворились в морозном воздухе прямо на пороге кафе.
Когда кто-то поймал меня за руку и придержал на месте, я забилась, сперва не признав Дятлова.
– Ладно, тут ловить нечего, – сказал он. – Пойдем к тебе, Дан.
– Зачем? Нужно их искать!
– Да погоди ты, выслушай! Уже понятно, что тут, скорее всего, не обошлось без внушения, иначе их хоть кто-то увидел и запомнил бы. Времени-то совсем ничего прошло, многие просто гуляют, на лавочках сидят, голубей кормят…
– Это я виновата! – простонала я. – Да как вообще можно было оставить их без присмотра! А вдруг Клею сманил какой-то маньяк?!
Сашка что-то пробормотал насчет того, что не завидует тому маньяку.
– Но ведь она такая доверчивая! Она не знает этого мира! Могла откликнуться на любую просьбу о помощи!
Дятлов хорошенько встряхнул меня за плечи:
– Данка, приди в себя! Это мы тут мало что знаем про Навию, а там, если помнишь, вовсю читают наши книги и смотрят фильмы. И уж за тысячу лет твоя дочурка набралась ума и осторожности. Поэтому прошу тебя: пошли домой.
– Зачем?
– Еще раз хорошенько поболтаем с нашим терпилой.
– Зачем? – тупо повторила я вопрос.
– Затем, что он сам объявил, что кое-какие знания хочет придержать при себе, и дочь твою упомянул. Мы тогда закрыли на это глаза, но теперь придется ему выложить все. Может, и ухватим за хвост какую-то идею.