Офис для Золушки

Игорь не предохранялся. Принципиально. Я как-то спросила его об этом, и он тут же все мне объяснил:
– Ученые уже давно доказали, что эти резинки не дают никакой гарантии. Понимаешь, в латексе, из которого их делают, есть поры. А когда резина растягивается в разгар процесса, то все эти вирусы и головастики могут спокойно сквозь них пройти. Из сотни пар, которые пользовались резинками, женщины беременели в половине случаев. Да и удовольствие эта дрянь снижает, романтику убивает.
– Понятно, – сказала я, а на следующий день записалась к врачу, чтобы выписал таблетки. Игорю знать об этом было не обязательно, а детей в восемнадцать лет я не хотела.

Игорь почти не прикасался ко мне. Не обнимал. Только во время секса. В эти моменты я снова начала думать о Диме. Иногда мне казалось, что я люблю их обоих, но не знала, кого сильнее.
От противозачаточных таблеток я поправилась на пять килограммов, но из-за высокого роста эти изменения не были сильно заметны. Я была худой, тонкой и прозрачной. Эти пять килограммов не портили, а, наоборот, пришлись кстати. Исчезли прыщи, улучшился цвет лица. Я выглядела более здоровой и отдохнувшей.
Игорь брезгливо зажимал между пальцами складку кожи на моем боку и смотрел в глаза:
– Что это, Маша? Это не дело. Тебе нужно как-то работать над собой.
Я посмотрела на живот Игоря, покрытый темными волосами, который нависал над ремнем его джинсов, даже если он пытался его втянуть. Я смотрела на него как будто впервые и как будто впервые видела его таким, какой он был на самом деле, а не таким, как сама себе придумала.
Посмотрела в зеркало. На животе просвечивалось две вертикальные полоски пресса, несмотря на пять «лишних» килограммов.
 
Глава 10
– Попробовала и хватит, – твердо сказала мама. – Ищи нормальную работу по специальности. Не спеши. Многие первую работу по полгода ищут, а то и дольше.
– Мне хочется работать с людьми, – неуверенно говорила я.
– Продавцом, что ли? – вздрогнула мама. – Этого еще не хватало!
– Ну почему сразу продавцом? Есть еще другие профессии, где можно работать с людьми.
– Это неблагодарная работа. Ты уже работала с людьми. Сама видишь, чем это закончилось.
– С людьми вообще сложно работать, – поддерживал папа. – Сплошные нервы и хамство.
– Да, – соглашалась мама. – Не все могут работать с людьми. Вот ты не сможешь.
– Почему не смогу?
– Ты скромная и не наглая. Куда тебе? Стеснительная еще.
– Вот поэтому я и хочу работать с людьми, – чуть настойчивее повторила я. – Чтобы перестать стесняться, стать увереннее в себе.
– Не говори глупости. Тебе головой надо работать. Шесть лет училась на инженера и хочет работать не пойми кем. Такая хорошая специальность! Технология оборудования и автоматизация машиностроительных производств. Перестань, Маш.
– А чего твой Дима тебе не поможет?
– Он не работает по специальности, – объяснила я. – Он поступил на инженерный, потому что там конкурс был небольшой. Он продает машины юридическим лицам.
– Странно, такая хорошая специальность, а работает торгашом. Поспрашивай у однокурсников. Как они нашли работу?
– Через центр занятости, – ответила я. – Говорят, что могут дать направление на завод «Салют».
– Вот и отлично. Что же ты молчала? – удивилась мама. – Встань на учет в центр занятости, может, что-нибудь предложат.
– Ладно, – отчаялась я. – Завтра схожу к ним, посмотрю.

На следующее утро я пришла в районный центр занятости с дипломом и паспортом, отсидела три часа в очереди, заполнила анкету.
– Технология оборудования и автоматизация машиностроительных производств, – прочитала женщина за стеклом. – Какая-то редкая специальность у вас. Попробую посмотреть, конечно.
– Мне не обязательно по специальности, – промямлила я.
Нужно было приходить и отмечаться каждые две недели. А еще обещали платить денежное пособие, перечислять на банковскую карту. Немного, но все-таки. В конце мне вручили распечатку вакансии «инженера по подготовке производства» с зарплатой в пятнадцать тысяч, телефоном отдела кадров и адресом электронной почты.
Я отправила им свое резюме. На следующий день мне ответили, чтобы я приезжала на завод в понедельник к девяти утра вместе с дипломом и трудовой книжкой.
Я сделала вид, что не получала это письмо, но удалять его не стала.

Мне казалось, я сойду с ума, если просижу дома еще неделю.
Поработав целых пять недель в кадровом агентстве, я почти поняла, как все это устроено. С другой стороны, несмотря на скандальное увольнение, время не было потрачено зря. Я изучила сайты «хэдхантер» и «суперджоб». Выяснила, какие существуют вакансии и должности, какие требования предъявляются к соискателям, на какую зарплату можно рассчитывать, имея или не имея тот или иной опыт и образование. Особенно интересовали вакансии, на которые брали без опыта работы. Их было достаточно, и каждый день появлялись новые. Главное – знать, как правильно настроить поиск на сайте.
Я научилась составлять резюме. Подчеркивать важное, скрывать лишнее, сообщать конкретные результаты. Точно знать, чего хочешь.
Что для меня важно? Компания должна быть серьезной и известной. Чтобы все о ней знали. Должность пусть будет начальной с простым функционалом. Оформление может быть и по договору подряда. Главное, чтобы все официально, со всеми налоговыми отчислениями.
Я уже знала: если звонят с незнакомого номера, то это по поводу работы. Я специально сделала максимальную громкость – чтобы вовремя услышать. К тому же я старалась держать телефон при себе, чтобы сразу ответить. Я почти не выпускала его из рук. Даже дома. Иногда я все же теряла бдительность и забывала о нем. Но когда мне звонили, я неслась на звук со всех ног. Где бы ни была.
В безработной жизни были свои плюсы. Раньше я боялась, что выйду замуж и не смогу приготовить обед, а Дима будет вечно голодным. За месяц я научилась готовить борщ и куриный суп с рисом и картошкой.
Звонили с неизвестного номера. Я приготовилась быть приветливой, отвечать на уже знакомые вопросы и производить впечатление.
– Приветик! – поздоровался смутно знакомый мужской голос. Вряд ли это по поводу работы.
– Привет, – ответила я. – А кто это?
– Ну ты даешь, – смеялся кто-то на том конце провода. – Старых друзей не узнает! Хех.
– Простите, но правда не узнаю. Хотя. Игорь?
– Ну наконец-то. Сто лет тебя не слышал. Пропала куда-то. Что-то давно мы с тобой не общались. Года три?
– Да, где-то так. Ты что-то хотел спросить?
Я не хотела разговаривать с ним, но узнать, как у него дела и что нового случилось за три года, было интересно.