Случайные дети для мажора (СИ)

У меня дух захватывает, и уже откровенно простреливает низ живота. Он совершенный. Он — лучший из тех, кого я видела в своей жизни.
— Спасибо, что довела меня до дома, — хрипло произносит Рустам.
— Идем, уложу тебя в кровать, — только и могу пролепетать я, краснея, точно он не по пояс голый, а целиком.
Рустам, после освобождения желудка и чистки зубов идет более уверенно, но все равно опирается на меня. От его тела пахнет чистым мужским мускусом, несмотря на свою природную волосатость, подмышками у него чисто, и мне это нравится. Парень соблюдает гигиену. Вот только с алкоголем перебрал сегодня, и организм непременно отомстит ему завтра жестким похмельем и головной болью.
Спальня у мажора — произведение искусства в стиле хай-тек. Я никогда в подобной комнате не то что ни жила, не заходила даже. Вот что значит, когда есть деньги. Можно купить себе все самое лучшее — мебель, широченную кровать с ортопедическим матрасом… да уж, это не продавленная коробка, как у меня в общаге, после сна на которой такое чувство, что всю ночь палками избивали.
Рустам, как ни в чем не бывало стягивает с себя джинсы, прямо с бельем. Я краснею еще больше и тут же отворачиваюсь. Там он тоже огромный… Ух, как стыдно, ну зачем я это увидела?!
Когда оборачиваюсь, Рустам уже сидит, прикрытый одеялом.
— Я пойду, — в замешательстве бормочу я.
— А ну стой! — хватает меня за руку миллиардер. — Останешься со мной!
  
Глава 3. Настоящее
 
Выхожу с тестом на беременность, растерянно врезаюсь в Веню.
— Кудряшкина, жучка такая, я чуть не обоссался! — выкрикивает он, отталкивая меня, а потом косит глаза на тест, — Ох ты ж елы-палы… — чешет в затылке. — Залет, Кудряшкина, поздравляю!
Да уж…
Залет.
Хуже не придумаешь!
Опираюсь на пыльный подоконник, всматриваюсь в мутное грязное окно общажного обшарпанного коридора. За стеклом в разводах бушует лето. Тепло и радостно. Зелень везде, птички поют…
А мне грозит ТРЫНДЕЦ!
На лето мне разрешили остаться в общаге. Как и тем студентам, кто живет далеко и на лето остался в городе, на работе или на практике. Мне не повезло и в этом, ведь трое других девушек, с кем я проживаю в одной комнате — тоже остались в Москве и нам так же тесно и душно в крохотной комнате. Представляю, что будет, если они узнают, что я беременна!
А Веня им скажет. Растрезвонит на всю общагу — к гадалке не ходи. А если в деканат донесет? Меня вообще выселят? Интересно, выселяют за такое?
В кармане вибрирует мобильник. Будильник. Пора собираться на смену.
Да, в ночной клуб меня приняли обратно. После того, как я на следующий день с повинной головой пришла к менеджеру и слезно объясняла ей про аврал с экзаменами и недельным недосыпом. Так как это — был мой первый косяк, то на первый раз меня простили. И вот теперь я стараюсь изо всех сил, чтобы не накосячить снова.
Бегу в свою комнату. Тест прячу в упаковку с прокладками глубоко в тумбочке. Теперь они мне не понадобятся. Уж в ближайшие девять месяцев так точно. Натягиваю джинсы, а в голове все мысли вертятся вокруг моего залета. Даже не представляю, как отработаю сегодня.
С каждой новой мыслью я загоняюсь все больше и больше.
Что мне делать с отцом ребенка? Нет, Рустам меня не принуждал. Той ночью я осталась у него добровольно. Он был нежен, заботлив и… мне конечно не с чем сравнивать, ведь мажор стал моим первым мужчиной, но он делал это так умело, что я получила наслаждение. Даже стыдно вспоминать про свои стоны и его довольную моими стонами усмешку.
И вот за ночь наслаждения приходится расплачиваться…
Надо сказать мажору, что он станет папой. Но как?! Где мне его искать?! Ведь сейчас лето. Раньше я его хоть на занятиях видела, а теперь мы, получается встретились той ночью в последний раз и больше после этого не виделись. Я позорно сбежала на утро. Мне стало стыдно, и я боялась, что мажор провел со мной ночь исключительно по пьяни. Я боялась, что он разозлится, прогонит меня, возненавидит… Нафантазировала себе бог знает, что, и дала деру из пафосного пент-хауса…
 
И как теперь идти к нему с тестом на беременность на перевес? А если он меня сейчас с лестницы спустит? Если не поверит? Если вообще не вспомнит, как провел со мной ночь?
Но это все меркнет по сравнению с другим, не менее глобальным трендецом: что если об этом узнают мои родители?! Черт, они убьют меня!
На работе снова как в тумане. Тошнит от запахов еды, от запахов мужчин, пьяных и потных, что трясутся в ночном клубе под громкую музыку…
Меня раздражает все: и громкая музыка, и тупые заказы, и вредная менеджер… В общем, токсикоз во всей своей красе!
А если сделать аборт? Наверно, еще не поздно даже для медикаментозного… Но! Это ребенок и Рустама тоже. Как Громов отреагирует на мою беременность?! Ведь я люблю его, и по сути мой ребенок — плод любви от желанного мужчины!
Рустам — здоровый, красивый, умный… у малыша будет хорошая наследственность. Да, будет очень трудно! Настолько, что я даже не предполагаю, как все это вывезу! Но, если я все выдержу, то призом мне будет самый лучший малыш на свете…
Время близится к трем утра. На дворе теплынь, впереди выходные и никто не собирается расходиться. Наоборот, молодежь прибывает и прибывает.
Концентрация отвратительных запахов и табачного дыма настолько плотная в основном зале, что я поспешно выбегаю на улицу — глотнуть свежего воздуха.
Вижу знакомый черный спортивный автомобиль, очень дорогой марки, и сердце мое начинается биться учащенно. Я узнаю этот автомобиль! Рустам! Неужели я снова увижу отца своего ребенка?
Из автомобиля вываливается компания, Рустам за рулем, а с ним известная мажорская кодла: Марьяна Касаткина, Юля Князева, Антон Годный и Армен Гороян. Наша университетская «элита».
Вижу, как на Рустама тут же вешается Марьяна, а он и рад обнимать ее за тощую талию. Что-то колет и сосет под ложечкой. Ревность? Наверно. Не наверно, а точно!
Я жутко ревную Рустама и к Марьяне, и к Юле, и ко всем остальным девушкам.
Компания весело продвигается в сторону клуба. Они громко смеются, обсуждают что-то, им легко и непринужденно, а я стою на крыльце и просто сгораю от ревности и неразделенной любви.
Наконец компания ровняется со мной.
— О, дура, привет! — зло ухмыляется мне в лицо Марьяна, покрепче стискивая предплечье Рустама, будто права на него предъявляет и всем демонстрирует, кто тут хозяин Громовского тела.
Рустам проходит мимо, мешкается около меня. Смотрит как-то неоднозначно. Неужели вспомнил?! В ту ночь он был жутко пьян, и я не удивлюсь, если он забыл обо всем происходящем напрочь! 351196 багратионаа 55б
Вот он мой шанс! Или сейчас, или он снова надерется в своей мажорской компании, и я его больше не увижу.
— Рустам… — тихо окликиваю его.
Да, мне очень страшно, и стыдно, и вообще… но с другой стороны, я же не сама себе ребенка пальцем делала! Он тоже виноват! И тоже должен нести ответственность за мою беременность!
— Ты, охренела, дура! — возмущается Марьяна, стискивая мужское предплечье еще сильней. — Пошли, Рустам, не обращай внимание на всяких неудачниц!
Рустам в замешательстве. А у меня уже слезы на глазах. Мне очень неприятна вся эта ситуация.
— Марьян, Юль, Армен, Антон, ребят, идите, я задержусь.
Парни спокойно проходят в здание, а девушки, точно две кобры шипят на Рустама, оскорбляя меня по матери.
— Идите, я сказал! — как рявкнет на них Громов.
Вздрагивают не только они, но и я.
Мы остаемся наедине. На крыльце слышна громкая музыка, что доносится из клуба. Постоянно кто-то заходит и выходит.
— Давай отойдем, где потише? — прошу я, гадая, помнит ли он про нашу совместную ночь, или нет.
Рустам кивает. Мы идем к его автомобилю. Рустам облокачивается на хромированный бампер, засовывает руки в карманы дорогих джинсов.
— Что надо? — интересуется настороженно, сведя вместе свои густые черные смоляные брови, глядя на меня хмуро, исподлобья.