Заявление на увольнение

— Ах да, ещё один момент. Собеседования на должность помощницы я буду проводить лично.
Ну конечно! Он же не мог, чтобы не поддеть меня. Я же, целый начальник кадрового отдела, разве я умею проводить собеседования?
— Хорошо, — ещё чуть-чуть и я скоро начну скрипеть зубами.
Он ждёт несколько минут, явно ожидая моей реакции, но ее не следует. Затем, наконец-то, молча разворачивается и уходит в свой кабинет.
Аллилуйя!
И пускай не выходит сегодня оттуда.
Ближе к обеду в приемную, которая, к слову, была огромной, начали стекаться девицы, претендующие на должность «девочки на побегушках». Причём все они красавицы и умницы, как на подбор. Им бы в модельное агентство, а не сюда к этому монстру. Ну да и Бог сними. Главное, что скоро от сюда уйду я и эта мысль, как ничто, греет мне душу.
Первой в кабинет шефа вошла высокая брюнетка: двадцать пять лет, высшее экономическое образование, да ещё с опытом работы на должности секретаря референта. Не помощница, а мечта любого нормального мужика.
Но спустя двадцать минут, она выскочила из кабинета настолько громко хлопнув дверью, что всех присутствующих передернуло.
Второй в кабинет вошла светло-русая девица. Внешность, конечно, более скромная нежели у первой, но зато выглядела она более естественно. На мое удивление и вторая девушка тоже не пробыла там дольше первой и вышла из кабинета громко матерясь. После этого, две оставшиеся начали переглядываться между собой.
Третья была блондинка. От шефа она вышла в слезах и размазанной тушью на глазах. Вместо громкого ухода, она села в приёмной на стул и горько заплакала.
Зрелище было не для слабонервных, честно вам скажу.
— На, — недолго думая, я подошла к ней и подала стакан с водой. — Выпей и успокойся. Почему ты плачешь? Что он тебе сделал? — я присела перед ней на корточки и протянула бумажные салфетки.
Она смачно высморкалась и отпила воды.
— Он сказал, чтобы я ему отсосала… — она вытерла салфеткой глаза, размазав тушь ещё больше.
Ахренеть!
Говорят, что приличные женщины умеет смотреть матом и видимо я одна из них. Стоило только видеть меня со стороны в тот момент.
— А ты?
— А я согласилась… — блондинка ещё сильнее завыла в приёмной.
Он вообще с ума сошёл, что ли?
— И что? Он тебя как-то обидел? — спросила у неё оставшаяся девушка.
— Нет, — завертела она головой. — Он сказал, что я свободна, и чтобы вошла следующая… — и блондинка зарыдала с новой силой.
Девушки обе покинули приемную, оставив меня с шефом один на один.
Ну что ж, с такими темпами мне придётся просидеть здесь не одну неделю. А это, я скажу вам, меня никак не радует. Вообще. Ни разу.
Если сейчас спустить на тормоза такое поведение, то в будущем может кто-то действительно пострадать от домогательств этого придурка. И, в том числе пострадает целая компания, где работают нормальные люди и которым нужна их зарплата.
Поэтому следующей, вместо холёной девицы, пятки которой только и видели, в его кабинет вошла я.
— Как зовут? — этот индюк даже голову не оборачивает.
Гад!
— Как это понимать? — я прошла вдоль помещения и подошла прямо к его столу.
— Что именно? — его величество соблаговолил развернуть свой корпус и удивлённо приподнять одну бровь.
Смотрит, как ни в чем не бывало.
— Может ты мне тоже прикажешь отсосать? — я с грохотом бросила свой блокнот на стол.
— Может и прикажу, — он ехидно улыбнулся, — если ты этого хочешь.
Я обогнула стол и подошла к нему максимально близко.
Кто-то скажет, что я вообще страх потеряла. И, наверное, будет прав. Потому что он меня конкретно взбесил.
— Совсем больной?! Послушай ты, — я ткнула указательным пальцем в его широкую грудь, — твой отец годами зарабатывал репутацию для этой организации, а ты ее реально просираешь, — каждое своё слово я практически шипела ему в лицо. — Сегодня, ещё до вечера, половина города будет знать, что сын Тимирязева Петра Алексеевича — извращенец и пристает к подчиненным с грязными предложениями. К нам под дулом пистолета никто работать не пойдёт. Ты это понимаешь?
— Пойдут, — он с силой взял меня за запястье и отшвырнул мою руку в сторону.
Хотя, честно признаюсь, на долю секунды мне показалось, что он меня сейчас ударит. Но я продолжала так стоять, чтобы не показать, что я сейчас на самом деле чувствую. А именно — страх.
— А твоих девиц, я проверял на стрессоустойчивость. Мне не нужна в приёмной истеричка или ш.…, девушка легко поведения.
Начальник делает ко мне шаг, упираясь в меня своим корпусом.
В кабинете тишина и единственное, что я слышу — это его тихий, хриплый голос над своим ухом.
— А сейчас иди и сделай мне кофе. У меня встреча через пол часа с директором «Интер-траст».
Тимофей
Я стою и смотрю на Арину. Не знаю почему, но меня забавляет ее реакция. Я бы даже сказал, что умиляет. Стоит тут такая вся нахохленная словно воробей и думает, что напугает меня мотая молнии во все стороны.
Честно говоря, когда она швырнула на мой стол своё ежедневник, я, грешным делом, подумал, что следующий предмет полетит в меня. За мои тридцать лет ни одна женщина на работе позволить себе не могла так со мной разговаривать. Я даже не знал, как мне правильно отреагировать. Выгнать ее из конторы — не вариант. Сотрудник она хороший, иначе бы не занимала свою должность. Начинать препираться с ней — опустится до уровня баб. Поэтому я решил сделать ход конём — сделать вид, что ничего не произошло только что. Я подошёл к ней в плотную и сказал: А сейчас иди и сделай мне кофе. У меня встреча через пол часа с директором «Интер-траст».
По ее взгляду я понял, что она растерялась.
— И ещё, исключительно из своего великодушия, я забуду все. Все что ты мне только что сказала. Но впредь, усвой один урок — если ты ещё раз позволишь себе разговаривать со мной в таком тоне, то вылетишь от сюда как пробка из бутылки шампанского. И тогда я уже не буду таким замечательным, благородным мужиком.
Я просто напирал на неё своим телом, чувствовал ее запах, точнее запах ее парфюма и ощущал, как бешено колотится ее сердце. И черт возьми, это было очень приятно. Не то чтобы я возбуждался. Возможно, конечно, что все из-за отсутствия Алисы, а вместе с ней и нормального регулярного секса. Просто ее присутствие меня волновало и очень сильно.
— Но, — Арина хотела возразить мне, но не успела, я прижал указательный палец к ее губам.
— Ч-ш-ш… сейчас бы на твоём месте я помолчал. Затем вышел бы вон в ту дверь, — я указал пальцем на входную, — и принёс мне кофе.