Лутер

— Это его ты мару вкатил? — догадался я.
— Его, — подтвердил Диса.
— А побочка у него какая? Раны на все тело? Кровь из носа?
— Да нет. Просто чувствуешь себя уставшим и разбитым.
— Еще жрать очень хочется, — добавил Строгов.
— Да, точно, — согласился Диса. — Следующий…
Инъектор под номером 5, помеченный желтым цветом, и лутерами называемый просто «Злой», позволял полностью лишить себя страха, вызывал агрессию, желание боя. Ну а после окончания эффекта человек чувствует депрессию, приступы необоснованного страха, даже усиливаются фобии. Прекрасное средство, короче говоря.
Следующий инъектор синего цвета позволял стать настоящим гимнастом. В том смысле, что увеличивал ловкость и гибкость, взамен, чуть позже, превращая тебя в негнущегося, ворчащего старика, не способного без ворчания и пары метров пройти.
«Жаба» — этот стимулятор, маркируемый черно-белым цветом, был крайне интересным. Во-первых, основной его задачей было улучшение работы легких. Иначе говоря, дышать с ним было намного легче. Кроме того, организм намного быстрее справлялся с последствиями отравления, интоксикации. Помимо прочего, если вколоть себе «Жабу», можно было спокойно заниматься дайвингом — в среднем человек мог не дышать целых 6 минут.
— А какие у него побочные эффекты? — поинтересовался я.
Вместо ответа Строгов, Мундалабай и Диса расхохотались.
— Что смешного ясказал? — удивленно спросил я.
— Да просто вспомнили, как один лутер вжарил себе этот стимулятор на спор, — пояснил Строгов. — Ох и рожа у него тогда была!
Оказалось, отходняк после «Жабы» весьма своеобразный — во-первых, это сильный отек лица, прямо-таки нереальный. Также у человека появляется тяжелое дыхание, хрипы, кашель и т. д.
И к слову, сейчас я узнал секрет клички Жаба — именно он и был лутером, на спор уколовшим этот стимулятор. Так что насчет того, что кличка получена за жадность, я был неправ. Отекшая морда Жаба, его хрипы, больше напоминающие кваканье, стали причиной появления его «имени».
— И, наконец, — заявил Диса, доставая последний стимулятор с оранжевой меткой, — пожалуй, самое лучшее изобретение большеголовых. СтатУя.
— Почему «СтатУя»? — удивился я. — Что дает? Превращает тебя в камень, или что?
— Нет, — ответил Диса, — хотя правильнее бы наверное было назвать камнем — человек под действием стимулятора становится совершенно безэмоциональным, зато максимально рациональным, флегматичным. Он действует максимально эффективно, расчетливо. Со стороны он выглядит именно как статуя — на лице никакой мимики. Так что, когда увидишь таких «отморозей» — сразу поймешь, под чем они.
Я кивнул, давая понять, что усвоил информацию.
— Получается, под этим веществом ты как робот? — уточнил я.
— Да, можно сказать и так. Ничего лишнего, никаких соплей. Башка, я тебе скажу, варит на все 100 %. Когда-то применял его, так в жизни бы не догадался учудить то, что делал под «СтатУей».
— Я даже боюсь спрашивать об отходняках, — ухмыльнулся я.
— Да в общем-то, не так страшен черт, как его рисуют, — пожал плечами Диса. — Просто нормально говорить не сможешь, язык словно распухает. Но при этом несет тебя…все о себе выложишь. Так что при отходняках лучше от людей держаться подальше, проблем меньше будет.
— Понял, спасибо…
— Эй! Парни! — окликнул нас вояка с переднего сидения. — А вы чего тащите?
— А тебе какая разница? — буркнул Строгов.
— Да если жратва, то давайте я сразу куплю, — предложил вояка.
— О, как! — хмыкнул Диса. — А чего? Невтерпеж?
— Сегодня же Хабарка открылась, — пояснил вояка, — все торгаши и коммерсанты с самого утра бросились туда себе места занимать. Боюсь, как вернемся — уже нечего будет покупать.
— Вот оно что… — хмыкнул Диса, и тут же ответил солдату: — Прости, брат, но мы не за жратвой ходили.
— Жаль, — вояка тут же потерял к нам интерес.
— Диса! Что еще за Хабарка? — поинтересовался я.
— Сейчас узнаем, — ответил мне бонн.
 
* * *
Вопреки моим ожиданиям, сразу на Хабарку мы не пошли. Диса приказал собрать вещички, которые мне не нужны и которые я хотел продать, и после ждать меня на складе.
Спрашивать его, зачем ему это надо, не стал. И так узнаю.
Так как все мои вещи были в ячейке на том самом складе, никуда ходить мне не пришлось — отобрал все нужное, забросил в рюкзак, тут же бухнул его на пол и стал ждать Дису.
Тот появился минут через тридцать.
За плечами у него был такой же рюкзак, набитый ничуть не меньше, а может даже и больше.
— Долго ждал, пока Хабарка откроется, — объяснил он, — теперь вот от хлама избавлюсь.
— А раньше что мешало? — хмыкнул я.
— Раньше лень было по торгашам бегать, — пожал плечами Диса, — лови их еще, торгуйся…
— Так ты торговаться не любишь? — удивился я.
— Отчего же, люблю. Но на Хабарке это делать намного удобнее. Прошелся, узнал цены, и тогда уже можно торговаться.
— Тоже верно, — вынужден был согласиться я.
— Ты уже готов? — спросил Диса.
— Давно, — ответил я.
— Хорошо. Но сначала ты должен хотя бы на штуку продать хлама на склад.
— Зачем?
— Поверь, оно того стоит.
Честно говоря, спорное утверждение. А может, не стоит? А может, оно мне на хрен не упало? Но нет, упало и стоит.
Кладовщику я отдал консервы с колбасой, пустые чипы, что у меня имелись, а также только что добытые «Отбойник» и дробовик. Совсем уж они как хлам выглядели, и пользоваться ими я не собирался.
Кроме того кладовщик рассчитался со мной за убитых слепней и кошмара. Даже за маров премию дали, правда, копеечную — всего тридцатка за каждого. Впрочем, нечего жаловаться — слепни вообще по десятке. А вот кошмар — сотня.
— Интересно, а кто самый дорогой? — хмыкнул я.
— Дроиды, — ответил кладовщик без тени улыбки, — грохнешь одного — 150 кредов твои. А если повезет — можешь чего с дроида и снять. Там уже совсем другие цифры.
— Другие ‒ это какие? — заинтересовался я.
— Отдельные детали и по полштуки, и по штуке стоят, — вмешался Диса, — но тебе это пока незачем.
— Почему?
— Потому что дроиды тебе не по зубам. Мой тебе совет: увидишь эту дрянь — беги.
Спорить я не стал ‒ бонну виднее. Но для себя зарубку в памяти оставил — на дроидах можно серьезно заработать. Надо будет об этом инфы побольше пробить, однако явно не у Дисы — он точно отвечать не станет, и тупо пошлет куда подальше.