Лутер

Или…
Нет! Быть не может! А вот что Иваныч собирает собственный отряд АОДов — вполне верю. В конце концов, он помогал Тару, был при нем кем-то вроде техника-ремонтника. Это значит, что он вполне хорошо должен разбираться в охранных дроидах ‒ они явно не чета суперсовременному киборгу, с которым Иваныч имел дело.
Так…хреновые дела.
Получается, у нас появилась еще одна задача, которую срочно нужно решать — следует незамедлительно устранить конкурента в лице Иваныча.
Вот только это рискованно, как и в случае с операцией Строгова. У нас будет всего один шанс. Если хоть что-то пойдет не так, то мы попросту погибнем, и возможности воскреснуть в клон-капсуле у нас не будет, ведь все мы предатели и ренегаты.
Впрочем, «невозможно воскреснуть» — это я погорячился. Вполне возможно, что нас воскресят. Но, как я уже говорил Анне, лишь для одного — пытать. Ну а затем убьют уже окончательно. Еще и из базы системы сотрут, будто нас на Хрусте и не было никогда.
Итак: как бы то ни было, а наша первоочередная задача — обезопасить тыл. Нам нужен собственный клон-центр, где мы сможем воскреснуть в случае проблем (включая и меня, если активирую профиль «Арматеха»). Но при этом есть одна серьезная проблема — никто из нас с клон-капсулами не работал. Разве что Анна, но и она не всемогущая. Так если со мной проблем нет, как быть моим товарищам? У них — то «арматеховских» профилей нет. Они — «гарденовские»…
Отсюда следует что? Правильно, вариант первый: нужно отобрать клон-центр у маров. Уверен, их несколько. Как минимум по одному на каждую группировку. Ну не верю я, что все они оживают где-то на базе Дьяка. Кроме того, у маров явно есть человек, и не один, который разбирается в принципах работы клон-капсул, смог их настроить и «привязать» на них чипы маров. А раз так — нам нужны и капсулы, и тот самый «специалист».
Это довольно-таки сложная задача, ведь для начала следует выяснить, где база маров, где их специалист. А уже затем нужно будет эту самую базу взять. А я уверен — защищается она хорошо.
И мы снова оказываемся в том же тупике, из-за которого я отменил атаку Строгова и его группы: если что-то пойдет не так: убьют нас, или же я не смогу кого — то «прописать» в «армтеховские» капсулы, результат будет один. Очнемся мы в лагере лутеров, в руках СБ. Что будет дальше — объяснять не нужно.
Но есть и второй вариант. Он, правда, такой же рисковый, но…
Впрочем, его я уже успел обкатать в голове, однако нужно будет посоветоваться с остальными. Решатся ли они на такой ход, или, быть может, найдут изъян в моем плане, и тогда…
Что «тогда» ‒ думать пока не хотелось.
Тем более есть более насущные вопросы.
Я ковырялся в данных Фэйтона, в его воспоминаниях и обрывках мыслей, и все больше приходил к выводу, что он будет с нами работать.
А еще я все больше приходил к выводу, что убивать его (как планировал ранее) вовсе не обязательно. Да и не поможет мне это — убью его, и он оживет в клоне раньше, чем я доберусь до лагеря.
Держать его живым у нас на базе? Можно, конечно, но, в конце концов, мы ведь не звери? И снова-таки, всегда есть шанс, что что-то пойдет не так.
Не хотелось бы мне оказаться в лагере, когда Фэйтон вдруг очнется в клон-центре — тут же поднимется тревога. Я попросту не смогу ускользнуть. А дальше все по накатанному сценарию — СБ, допрос, окончательная смерть.
Короче говоря, Фэйтон нам пока нужен, хотя бы в качестве наблюдателя за лагерем и конвоем.
Пока мы договорились с ним, что он сообщит, если Мерзкого попытаются вывезти из лагеря. А вот Иванычу он сбросит сообщение, только если я позволю.
Меня позабавила реакция Фэйтона (я ведь ее мог «видеть», так сказать, онлайн). Он был просто в шоке от того, что я в курсе о его договоренностях с Иванычем.
И все же Фэйтон согласился на мои условия. Согласился искренне, без всяких мыслишек по поводу того, как меня кинуть. Он сейчас чувствовал себя как загнанный в угол зверь — мы о нем все знаем, сдать нас он не может, так как попадет и сам. У него просто не было выбора кроме сотрудничества с нами. А еще он боялся. Страшно боялся того, что мы его кинем и банальнейшим образом прикончим.
Убеждать его в обратном я не стал — все равно не поверит. Но ничего., если все сделает как надо, то мы уже договорились — Фэйтон должен будет прийти к нам, встретиться с нами, и тогда уже будем обсуждать детали его посильного участия в нашей «операции».
Я честно сказал ему — если он будет полезен, вопрос с его отлетом из Хруста решен. Думаю, ВКС в лице Анатольевича против не будет.
Кстати, еще одна проблема — Анатольевич. Он сейчас под арестом в Речном. Как ему помочь, что предпринять ‒ я совершенно не представлял.
Пока длились мои дебаты с Фэйтоном, пока я считывал данные с его чипа, на базу вернулись практически все. Не хватало лишь Кийко, но и он был уже на подходе, с чипами.
Когда заявился и он, когда Строгов, Мундалабай, Литвин и Шендр успокоились (они до конца не верили, что я действительно был здесь), мы приступили к обсуждению моего плана.
— Короче говоря, — начал я, — что бы мы сейчас ни собирались делать, у нас есть одна большая проблема: нет клон-центра, где мы можем возродиться. Более того, есть такая вероятность, что после смерти нас оживит СБ «Гардена», и дальше…
— Пытки, — мрачно закончил за меня Строгов.
— Именно, — кивнул я, — поэтому в первую очередь предлагаю создать себе, так сказать, запасной аэродром.
— Каким образом? — кисло спросил Кузьма.
— Можно отжать базу у маров, — предложил Диса.
— Да! — кивнул я. — Была у меня такая мысль. Вот только мы снова возвращаемся к той же проблеме: не факт, что первая же взятая нами база окажется с клон-центром. Быть может, придется брать еще одну. А там уже будут готовы к тому, что мы заявимся. И опять же — есть вероятность, что во время штурма кто-то из нас погибнет.
— Есть другие идеи? — спросил Строгов.
— Есть.
— И? Что предлагаешь?
— Предлагаю переметнуться, — усмехнулся я.
— Куда? К кому? — последовали вопросы.
— Стать колонистами «Арматеха», — объяснил я.
Вокруг меня воцарилась полная тишина.
— Как это? — озвучил общий вопрос Литвин, он же Факт.
— Я ведь скаут «Арматеха»? — пояснил я. — Можно попытаться предложить свои услуги Иеремие…
— Балде, что ли? — уточнил Диса.
— Ему, — кивнул я.
— Да этот ИИ уже давно сошел с ума! — возмутился Диса.
— Это не так, — покачал я головой, — он следует своей программе, и в силу установленных в его код ограничений ничего с ситуацией поделать не может. Поверь, я знаю, о чем говорю.