Убить демона. Спасти короля

Дегар подчинился, не отпуская от себя Эви. Он не сводил внимательного взгляда с командира егермейстеров, готовый бороться до последнего, если придется.
Магистр Куин, ругаясь под нос, вышел прочь, вернулся меньше чем через минуту, неся в руках миску, от которой поднимался ароматный мясной дымок. У Эви от голода скрутило желудок: они не ели горячей пищи несколько дней. Она сглотнула и ткнулась носом в плечо Дегара. Нет, она не унизится до того, чтобы выпрашивать еду.
Егермейстер сунул миску в руки Эвелины, и та от неожиданности едва не расплескала варево. Протянул оловянную ложку.
— Ешь!
— А Дегар?
Магистр Куин вопрос проигнорировал, но и вырывать из рук Эви ложку, когда она осторожно поднесла похлебку к потрескавшимся губам демона, не стал. Дегар покачал головой и отстранился.
— Пожалуйста, поешь, — умоляюще прошептала мейджи. — Кто знает, что нам еще предстоит. Тебе нужны силы. Подумай об Ашхатаре!
Это подействовало: долг перед народом оказался сильнее унижения. Похлебка была отличная — густая, мясная, приправленная экстрактом Стосила и капелькой магии. Эви не обманывалась по поводу благих намерений магистра Куина: пленников накормили только для того, чтобы не умерли до пыток. Она облизала ложку, положила ее в миску и расправила плечи: пора готовиться к худшему.
Но магистр не торопился приступать к мучениям. Он присел на корточки, свесив руки между колен, и разглядывал беглецов со странной смесью жалости, злости и уважения.
— Поверить не могу, — пробормотал он. — Неподготовленные, слабые, без помощников… Вы заставили меня больше месяца гоняться за вами по всем королевствам Южного Цветка.
— Не по всем, — буркнула Эвелина, глядя исподлобья.
Магистр Куин покачал головой, будто хотел сказать: «Она мне еще и перечит!»
— Над моими рапортами хохотал весь Магистериум. А главное, я ничем не мог объяснить, как вы двое умудряетесь снова и снова уходить от преследования!
— Ну вот ты и поймал нас! Радуйся!
— Дерзкая же ты девица, Эвелина Соль! Укоротить бы твой острый язык!
Дегар сжал кулаки и попытался подняться, но Эви обняла его, удерживая на месте.
— К чему все эти разговоры? — устало спросила она: дерзкая девчонка вдруг отступила в тень и на ее место встала повзрослевшая Эвелина. — Я ведь знаю, что будет дальше. Нас доставят в Каззар, Дегара станут пытать, меня посадят за решетку до конца жизни… Можно нам немного покоя? Хотя бы этой ночью.
Магистр Куин прищурившись разглядывал собеседницу. Потом так же внимательно посмотрел на Дегара.
— Душа короля Раулара действительно еще жива в этом теле?
— Да, — односложно подтвердил демон.
— Да! — воскликнула Эвелина. — Все это я делала для того, чтобы его спасти!
— И артефакты собирала поэтому?
Конечно, он все знал про артефакты. Эви не стала отпираться, кивнула.
— Хорошо. А зачем их собирал он? И почему ты ему помогала? Что связывает вас двоих?
Эви моргнула. Как много вопросов. И ни на один из них она не знала правильного ответа. Каким немыслимым узлом завязалась ее судьба, чтобы Эвелина Соль, королевский артефактор, примерная девочка, отличница и папина дочка, оказалась в палатке егермейстера в качестве преступницы и защищала не кого-нибудь, а демона.
— Это допрос? Если так, несите угли. Или поленья. Что там у вас?
Она не шутила, не грубила, говорила серьезно, и магистр Куин это понял.
— Принесу, если понадобится, — ответил он так же честно. — Но пока надеюсь, что разговор не превратится в допрос. Мне важно знать, можно ли вернуть Его Величество Раулара Карнаэльского. И если ты, мейджи Соль, сказала мне правду, ты тоже хочешь его спасти. Так?
Эвелина сглотнула. Растерянно обернулась к Дегару.
— Хочу… — прошелестела она, всхлипнула и кинулась на шею к демону. — И не хочу…
Дегар поцеловал ее в лоб и отодвинулся не сразу, точно хотел растянуть это мгновение, запомнить его навсегда.
— Я расскажу, как вернуть Раулара. И… расскажу, зачем мне понадобились артефакты. Дальше решать вам.
Эви не верила своим ушам: неужели она узнает правду? Спустя столько времени!
Дегар провел ладонью по бледному лбу, блестевшему от пота. Ему бы прилечь, отдохнуть, он едва сидел, говорил — и то с трудом. Эви примостилась рядом, чтобы он мог на нее опереться.
— Вас не удивляло, что в центре плодородной долины безжизненная пустошь? — неожиданно спросил Дегар. — Леса, реки, озера и вдруг — каменная и мертвая степь?
Магистр Куин воззрился с изумлением, которое, впрочем, сменилось профессиональным интересом.
— Не забывай про степи Коргистана, не припомню лесов на их территории, — ответил он так, будто егермейстер и демон только для того и собрались, чтобы потолковать о климате.
— Степи Коргистана — побочный эффект от… Хм… Хорошо, скажу прямо. Вы называете Ашхатар Паршой и Плесенью, но парша появилась на ваших землях гораздо раньше, чем мы — сыны и дочери Джалгарра.
Магистр Куин подался вперед, впитывая каждое слово. Нюхом чуял, что Дегар подступает к важному.
— На языке людей так мало слов, чтобы объяснить… Представьте, что есть десятки миров, они совсем близко, но перейти из одного в другой непросто, почти невозможно. Они… как яблоки, которые лежат рядом в одной корзине.
Дегар мимолетно улыбнулся, и Эви подумала, что он вспоминает Лисси и яблоки из ее сада.
— Представьте, что на одном из них завелась черная плесень и она уничтожает яблоко. Яблоко темнеет, гниет и заражает соседнее яблоко. Между ними возникает связь. И если бы внутри яблока жили…
— Улиточки, — прошептала Эвелина.
Время для шуток совсем неподходящее, но ей так хотелось, чтобы Дегар снова улыбнулся, пусть и такой глупой шутке. И он улыбнулся.
— Лягушки, — хмыкнул он.
Магистр Куин молчал, но неповторимое выражение его лица весьма красноречиво вопрошало: «Что за зверинец? Вы ополоумели?»
— Если бы внутри яблока жили лягушки, они бы перебежали на здоровое яблоко, спасая свою жизнь. Но оно уже заражено. Из одного маленького пятна гниль расползается во все стороны.
— И бежать улиткам или лягушкам больше некуда, — подытожил егермейстер.
— Но мы помним, что у нас целая корзина с яблоками. Вот только первым на здоровое яблоко проникает гниль. И все повторяется заново. Вы понимаете меня?
Дегар поднял темные глаза на магистра Куина, посмотрел в упор, а тот все сильнее хмурился. Только Эвелина пока не улавливала сути: мысли после утомительной дороги витали где-то далеко.
— Безжизненная пустошь нашего мира, — медленно проговорил егермейстер. — Это пятно плесени, которая проникает к нам из другого мира? Сначала появилась она, и только потом вы. Крысы, бегущие с тонущего корабля!