Когда ты рядом

— Увы нет, он же так — свечки погаси, камин почисти. Это вам не камердинер — тот-то больше знает, но он нам никогда и ничего не рассказывает, зазнайка, — платье было успешно снято, и служанка помогла мне облачиться в новенький халат, который мы нашли в чемоданах Марилики. — Ну вот и всё. Если мои услуги Вам больше не нужны, то я пойду, элиа Ани’руаж?
— Да, конечно, Алима. Спасибо тебе, — я улыбнулась ей и подождав, пока она выйдет за дверь, подошла к окну и тяжело опустилась на стул.
Что же постоянно у меня всё не так? Не понравился мне тот обрывок разговора, ой не понравился. Но и скипетр нам нужен. И с Рэном немножко поругались — с кем мне сейчас советоваться? Опять всё самой решать?.. Но сейчас я не одна — не только моя жизнь зависит от моего решения. Что же делать? У меня вообще складывалось ощущение, что это очередное испытание для нас с мужем от Эллиании — она определённо что-то хочет именно от нас. Но что? Наследие мы вернём, но это лишь верхушка айсберга. Что-то более серьезное сокрыто в этом пророчестве, и мне это совсем не нравилось. В обоих предыдущих пророчествах передо мной стоял серьезный и тяжёлый выбор — и тут будет так же.
Осознание всего этого заставило меня начать переживать ещё сильнее. Я не хотела бы снова оказаться перед таким выбором. Но тяжелее всего, если этот выбор будет как-то касаться Рэна. Я понимала, что я пожертвую собой, но спасу его, хоть он мне этого и не простит. Но, такая уж я уродилась, без него я уже не вижу своей жизни.
Тяжело вздохнув, я облокотилась о небольшой подоконник и закрыла глаза. Даже из-за закрытого окна до меня доносился тихий шёпот океана. Как бы я хотела сейчас оказаться дома, рядом с Рэном, в его объятиях, на пляже. Мы с ним так часто молча сидели и просто наслаждались присутствием друг друга. Даже слова нам были не нужны в те моменты… Дом… да, за те два с небольшим месяца особняк Рэна стал мне домом, а сам он — тем, кого я называю мужем с гордостью и любовью. Но вернусь ли я туда ещё когда-нибудь?
— Поговорим? — спросил эльф, стоя где-то совсем рядом со мной, и я вздрогнула от неожиданности.
— Конечно, — я открыла глаза и посмотрела на высокую тёмную фигуру. — С радостью.
Однако он не торопился нарушать молчание, лишь молча стоял и смотрел на меня сверху вниз. Я встала со стула, обняла его и прислонилась лбом к его груди.
— Злишься на меня? — я решила первой сделать шаг навстречу и начать наш непростой разговор.
— Нет, — после долгой паузы ответил он мне, наконец, — на тебя — нет. На себя. Я обещал тебе, что прежде, чем что-то окончательно решать, буду выслушивать твоё мнение, и впервые я не сдержал своё обещание. Прости…
— Я понимаю, что тебе тяжело. Ты привык всё решать сам, один, и я бы никогда не стала так давить на тебя… Но чувствую, что нам нужно торопиться — не знаю почему, но времени у нас с тобой совсем мало осталось, — я взяла его руку и уже с лёгкостью, зная секрет застежки, расстегнула перчатку. Кинув её на стул, я сжала его ладонь обеими руками. Такая большая и теплая… — Ты меня тоже прости… Не то место я выбрала и не подходящий момент для такого разговора. И спорить с тобой я не люблю и не хочу — но я не знала, как до тебя достучаться…
— Ты думаешь, что твоё решение верное? — Рэн высвободил свою руку, расстегнул вторую перчатку и, кинув её на стул, крепко прижал меня к себе.
— Я чувствую, что нам уже пора покинуть это «гостеприимное» место. Вдвоём. Со скипетром. Моё решение позволит сделать это быстро. Не скажу, что оно самое верное, но, с учётом времени — лучшего у нас попросту нет.
— Ты знаешь… Сегодня днём ты просила довериться тебе. И я ответил отказом, — муж глубоко вздохнул. — Я был не прав. Просто даже потому, что не дослушал тебя. И ещё — я доверяю тебе. Аниэ на лимиреи да сэлар ор элиэ… «Моё сердце бьётся в унисон с твоим». На брачной церемонии, которую проводят по всем правилам, в отличии от нашей, я должен был произнести тебе эти слова. Аниэ на омэр имонэ ор элиэ «Моя душа связана с твоей»… Я верю тебе, как себе, ниминаэль…
В тот момент, когда он произнёс это, у меня словно огромный камень упал с души, и внутри всё озарило ярким светом.
— А как бы это звучало, если бы это произносила я? Я тоже хочу сказать эти слова тебе… «Алиэ на…»
— Давай ты их произнесёшь мне на нашей церемонии, — от удивления я даже не смогла подобрать слов, чтобы сказать что-либо в ответ, — в тот день я связал нас узами брака даже не спросив тебя. Я знал, что моё решение поспешное — но я и сейчас поступил бы так же. Однако, несмотря на то, что сама Эллиания приняла наши клятвы, я всё равно хотел бы провести церемонию «Сочетания душ» высших эльфов …
— Ты ведь знаешь, что для меня это не важно. Главное, что…
— Я уже всё подготовил… — он не дал мне договорить. — Она должна была состояться прямо после праздника смены года. А перед ним я хотел сделать тебе предложение по всем правилам. Так, как всё должно было быть.
— Я… это был бы самый лучший подарок на праздник, — несмотря на его признание, которое у другой девушки бы вызвало восторг, на душе у меня стало очень тревожно. — Но почему ты именно сейчас мне об этом говоришь?
Рэн ответил не сразу:
— До встречи с тобой у меня практически никогда не было нужды использовать силу тьмы… Только изредка ходил её путем. Да и то, в большинстве случаев предпочитал обычные порталы… Но каждое твоё решение, каждый поступок вынуждал меня ею пользоваться — чтобы найти тебя, или спасти. Я понимаю, что ты действовала именно так, как хотела того Эллиания, и именно она подталкивала меня погружаться всё глубже и глубже во тьму. Принимать тот «дар», что я зову проклятием. Я не знаю, для чего ей это нужно, но возможно, то, что ожидает нас впереди, заставит меня принять решение окончательно погрузиться во мрак…
— Всё равно я не понимаю…
— Тьма мне ничего не оставит. И я прошу тебя напомнить мне, кто я есть и чего желал — когда придёт время… Я доверяю тебе свою жизнь, ниминаэль…
    
Глава 18
После его слов я надолго замолчала. Я вспомнила, каким он был в тот день, когда на Эллианию прибыли демоны — он даже говорил-то с трудом. И я тогда не чувствовала у него совсем никаких эмоций… И, при этом, он сказал, что это было лишь частичное «погружение». Что же с ним случится, если он полностью примет в себе этот «дар»? Неужели от него вообще ничего настоящего уже не останется? И как мне нужно будет действовать? Что делать?! Хотелось схватить его сейчас за грудки, хорошенько так встряхнуть и крикнуть чтобы он не смел этого делать. Но я не была вправе судить скоропалительно — нас ведь действительно может что угодно поджидать впереди. И… может ему действительно придется это сделать. Чёрт! Что сказать ему… Что ответить? Как переубедить от такого шага? Да что же такое-то!? Почему с каждой минутой всё становится только сложнее…
— Я… — мне было тяжело говорить. Голос совсем не слушался. — Я не знаю, что ждёт нас с тобой впереди. Возможно, тебе действительно придётся так поступить. Но прежде, чем ты единолично примешь это решение, я бы хотела, чтобы ты… хотя бы предупредил меня — может у меня будет другое решение… Конечно, если будет такая возможность.