Лот №5 или Деликатес для вампира

Вампир усмехнулся и приказал сиду включить проектор.
– Есть. Сейчас увидишь, – пообещал он, а я уставилась на экран.
Когда он «пролагался», на большом мониторе появился Ледышка. Он стоял за какой-то кафедрой в окружении других вампиров…
– Перемотай в начало, – бросил Эрик и устроился удобнее. – Это прямая трансляция прошла около часа назад.
Я ничего не соображала, а сердце предательски забилось в ушах. Жив… Жив, чёрт возьми, и даже ничего не сообщил мне! Мог бы хоть сообщение по коммуникатору передать, это ведь не так сложно…
– …Решение, принятое ранее относительно человеческих лотов, аннулирую в силу его бессмысленности. Нет такой необходимости – отправлять людей на Землю, тем более принудительно, – холодно вещал вампир с трибуны, поражая общественность. Вот он – Ледышка во всей красе, такой, каким я его узнала… Мороз пробежал по коже, а в груди поднялось волнение.
– Лиэр Касс, как вы прокомментируете слухи о «связях» вампиров с людьми? Это правда? Миру грозит кровосмешение? Грядёт конец идеальной расе?..
Усмехнулась и вскинула бровь. Да-а, самомнения им не занимать.
– На эти вопросы пусть отвечает министр внутренней безопасности. В моей же компетенции проблемы галактического и межгалактического масштаба. Но уверен, что Эрик Яр Грей всё держит под контролем, – ловко ушёл Ледышка от опасной темы и ответственности. Хотя думаю, у него своих забот хватает.
– А как вы прокомментируете участие лота в захвате особо опасного преступника? Какую роль сыграла она? – не отставал назойливый репортёр. Теперь ясно, почему их не любят. Во всех мирах.
– Никакого участия не было. Лот номер пять оказалась жертвой, как и другие девушки, – отрезал вампир, и я бы побоялась спрашивать что-то ещё. Из интервью стало ясно: домой я не вернусь. Если только Ледышка не отправит меня сам.
– Он защищает свой мир и репутацию вампиров, – зачем-то прокомментировал Эрик. – Крис ни за что не отпустит тебя…
Дернулась, как от удара и тяжело вздохнула.
– Он сам говорил, что если я захочу…
– Ты не поняла, да? – сочувственно улыбнулся Эрик. – Тебе достался самый жёсткий, хладнокровный и циничный из всех живущих на планете. И либо ты смиришься, либо умрёшь. Но Крис тебя не отпустит.
Уникальная во всём, исключительная личность – твой запах сводит с ума и чувствуется за несколько километров. Думаешь, я не шёл с надеждой на то, что ты лежишь в полуобморочном состоянии, чтобы воспользоваться случаем?
– Это было грубо, – нервно усмехнулась я и сглотнула, боясь, что снова дам слабину и разревусь: в который раз за последние дни.
– Это правда, – отрезал он. – Мы вампиры, Лисавета, нет ничего сильнее инстинктов, заложенных природой. Надо было соглашаться на возвращение домой, пока была возможность, – добил он и поднялся. – Желаю удачи. Она тебе пригодится.
«Осиновый кол и чеснок ей пригодится», – буркнул голос и сложил из мыслей неприличный жест. К чёрту! Запугивать меня вздумал, ха! Как-то раньше справлялась и на сей раз справлюсь, не будь я Лисавета Юрьевна, дочь подполковника полиции!..
Выход есть всегда, главное – не переставать идти…
 
Глава четырнадцатая
Дело принимает другой поворот, или первые выяснения отношений, которых нет…
Он вошёл бесшумно. Словно боясь увидеть что-то, способное выбить его из колеи. Я сидела вполоборота с ногами в кресле: на коленях покоилась книга, а взгляд был устремлён во двор, где гулял мой спаситель.
И пусть я видела краем глаза вошедшего, не спешила обозначать себя, так как ещё не отошла от встречи с Эриком и не решила для себя: верить или нет. В душе ещё теплилась надежда, что Ледышка так не поступит со мной, хотя он уже поступил…
– Кто тебя укусил? – замораживающим тоном прорычали над моим ухом. И я уверена, чёрную бездну тронуло адское пламя гнева.
Лениво вскинула голову, не боясь столкнуться взглядами.
– Это вместо: «Извинили, Лиса, что не предупредил о зависимости?» – произнесла непринуждённо и направилась к стойке. Мне срочно нужно занять чем-то руки. Вампир следил за каждым моим движением, раздражая. Хотелось сорвать с себя маску вежливости и спокойствия, отбросить любезности и выговориться. Внутри медленно закипала ярость, приправленная обидой.
Отставила чашку и повернулась.
– Думаете, во время вашей отключки я по зубам пошла? Хорошего же вы обо мне мнения, – хмыкнула я, с трудом выдерживая холодность чёрных глаз.
Ледышка приблизился и недоверчиво повернул мою голову за подбородок: сначала в одну сторону, затем в другую. Проверяет.
– Справилась собственными силами, – сухо прокомментировала и дёрнула головой.
– Не понимаю, к чему столько язвительности, – спокойно хмыкнул вампир и отошёл, снова приобретая так ненавистное мне превосходство. – Помнится, вы сами сделали выбор…
Хм… Интересно, о каком выборе идёт речь?
– Это значит, что я не поеду домой? – волнительно сглотнув, поинтересовалась я, просто не желая оттягивать этот момент.
Ледышка не спешил отвечать: он вольготно устроился в кресле, в котором пару минут назад сидела я, и насмешливо улыбнулся.
– Вас не понять, Лисавета, – протянул он и выдержал многозначительную паузу. – Сначала вы так рвётесь домой, говорите высокие речи о «любви», о семье, затем легко предаёте всё это, идя на поводу у мимолётного влечения, попав под действие химической реакции. И вот уже позабыли о любимом муже и запросто жертвуете своей драгоценной кровью, оправдывая свою легкомысленность высокими идеалами и благородством. Как же: спасли мне жизнь, когда я не просил об этом, а теперь злитесь, что не предупредил о последствиях. По-моему, я всегда был честен в своих намерениях. Разве нет?
Поджала губы и вместо ожидаемых горьких слёз разочарованно усмехнулась.
– Действительно… – выдохнула, покусывая губу. В висках неприятно постукивало от напряжения. – Я всегда знала, что вы циник: чувства для вас пустой звук, значение имеет лишь природа. Тут вы правы, я слабее в этом плане намного, и куда мне тягаться с магистром «Ледникового периода». Я чувствую, привязываюсь, доверяю… И зная всё это, вы… Знаете, к чёрту пафос! Неужели вы думали, скажи вы мне в тот момент: «Лиса, не надо, станешь зависимой», – я бы передумала спасать вас? И не ради высокой цели, не ради благородства, а потому что в этом грёбаном мире верила только вам. Считала всех пропащими – но не вас. И пусть я предала мужа, я призналась себе в этом и по возвращении домой не планировала его обманывать дальше. Вы дали слово, если я захочу… Так вот: я хочу. Потому что в этом мире мне нет места. Это не мой дом. Хочу прожить свою жизнь со всеми вытекающими…
Желваки угрожающе заходили на восковом лице Ледышки.
– Вы сделали свой выбор, – отрезал он и заложил руки за спину. – Через три дня зависимость возникнет снова. Я буду рядом, – он направился к двери, но я преградила путь.