Тёмных дел мастера. Книга вторая
Повалившись на грязный пол, парень бесчувственно обмяк всем телом, но прежде чем Джаргул успел подойти к нему, снова подал признаки сознания. С трудом облокотившись на правую руку, он поднял глаза на чёрного колдуна и произнёс:
– Тебе никогда не покорить меня!.. Слышишь?! Я никогда не сдамся, сволочь!
В ответ на эти жалкие старания его похититель лишь ободряюще рассмеялся и снова сел на свой стул, положив ногу на ногу:
– Ишь, какой стойкий выискался! А ведь ещё пару тройку дней назад такой покорный был. Но не меня тебе надо проклинать, малец! Не я тебя сделал таким.
– Ты! Ты! – кряхтел на него с пола Альфред, медленно поднимаясь на колени и опираясь о спинку дивана.
– Твои глаза всё ещё застилает истинный гнев – это хорошо! – неожиданно спокойным и нравоучительным голосом продолжил говорить с ним чёрный колдун, признавая один из общепризнанных религиозных грехов как нечто хорошее. – Но это только пока. Пройдёт ещё немного времени, и ты научишься отделять правду от лжи, хорошее от плохого, и тогда сразу поймёшь – кто твой настоящий враг.
– И кто же-е?.. – саркастически протянул ему в ответ Альфред, пытаясь отдышаться. – До твоего нападения на нашу школу у меня вообще не было врагов!
– Вот как?! – угрожающе коротким звуком отсёк Джаргул и вскочил со стула на ноги, заставив парня на секунду испугаться. – Ну тогда скажи мне, какого чёрта ты торчал в той школе? Или, может быть, поступить туда – было твоим собственным желанием, заветной мечтой всей твоей жизни? Только предупреждаю: не ошибись со своим ответом и не лги. Хотя бы самому себе.
– Я… Я не обязан перед тобой отчитываться, изверг! – возопил Альфред, немного помешкав.
– Ну тогда ответь хоть сам для себя, – указал на него пальцем чёрный колдун, – чего ты на самом деле хотел от жизни, когда учился там. А потом реши, кто кроме тебя повлиял на твои решения. И чему ты, в конце концов, на самом деле покорился: своим истинным желаниям или желаниям других людей.
– Это тебя не касается, – злобно и понуро ответил ему парень, уставившись себе в ноги.
– Ты прав! – тут же парировал Джаргул. – Это касается только тебя! Но не похоже, чтобы ты сам волновался о своём благополучии или выбранном пути. Плывёшь как щепка по течению, а потом только и можешь что вопрошать: ктё же винёват в мо-оих бе-едах? Ох, хо-хох!
Альфред ещё раз злобно и обиженно посмотрел на своего похитителя. Однако он всё же не мог не признать, что в его сумбурных восклицаниях было здравое зерно. Когда-то такие мысли и в самом деле очень сильно донимали юношу, но со временем они не воплотились ни во что конкретное, так и оставшись лишь невысказанным очертанием его скрытого недовольства.
– Послушай, щенок, – грубо продолжал между тем Джаргул. – Таких, как ты, там, на улице, целая куча. А ещё больше их по всей стране и по всему миру. Их удел – быть пушечным мясом на подачках у правительства, а для того, чтобы не быть такими, как они – надо стараться. Каждую секунду. Точно так же, как каждую секунду живой твари надо стараться выживать, дышать, крутиться, трепыхаться, чтобы не быть съеденной! И хотя человек может гораздо больше, чем простая тварь из леса, но существует целая куча других факторов, которые хотят подчинить его себе, заставив чувствовать себя лишь винтиком в системе. И тогда такой человек направляет свою, данную ему свыше энергию не в то русло, понимаешь? Он служит другим, вместо того чтобы служить себе!
– Говоришь как какой-то юродивый проповедник на площади…– пробубнил в его сторону Альфред, но тут же получил хороший пинок от своего похитителя.
– Думай что хочешь! Но так ты хотя бы будешь иметь своё мнение! – злорадно улыбнулся ему чёрный колдун и шуточно поклонился.
– Пойду снова загляну на тот рынок. Впереди ждёт долгая дорога, а жратвы мало! Пойдёшь со мной? Уверен, там не все ещё успели рассмотреть твои фокусы!
В ответ на его откровенное ехидство Альфред только снова потёр свою больную шею и угрюмо промолчал.
– Ну, как хочешь, – отстранённо бросил ему Джаргул и, скрипнув дверью, на мгновение озарил прихожую дневным светом с улицы, после чего сразу же вышел, оставив парня наедине с внезапно повисшей тишиной его мрачного убежища.
«Даже не испугался снова из дома выйти, – тихонько подумал про себя Альфред и осторожно привстал с колен. – Совсем что ли не боится, что его стража может арестовать? Или им всем в этом городе всё равно?! Или ему самому тоже всё равно… Неужели он думает, что сможет справиться со всеми?» Прокравшись к двери, Альфред аккуратно спустился с трескучего пола на каменную плитку, которой была выложена прихожая, и прислонился к косяку, разглядывая ту часть улицы, что была видна ему в щёлку. «Нету вроде… Ушёл», – облегчённо подумал паренёк и расслабленно опёрся спиной на одну из стен в прихожей.
Повернув голову обратно в сторону комнаты, Альфред медленно поводил глазами по её захламленным углам, но не нашёл ничего ценного для себя. Тогда он решил порыться в комодах и ящиках Джаргула. Шмыгнув назад, он принялся открывать и закрывать их по очереди, в надежде найти нож, которым в случае чего мог бы защититься от своего похитителя или убить его. Однако, как оказалось, чёрный колдун и не думал хранить в своём доме такие простые вещи, как столовые приборы. Зато в распоряжении Альфреда оказались десятки бутылок, полусгнивших пергаментов и даже несколько пугающих коробок со странными символами на их поверхности. «Что это всё за барахло? – недоумевал про себя парень, пытаясь вскрыть очередной заклинивший шкафчик перед собой. – Неужели кому-то ещё нужен такой хлам? Он, что – скупает его по антикварным магазинам что ли?» Неожиданно плотно закрытая дверца шкафчика поддалась ему, и к ногам Альфреда вывалилась целая куча дурно пахнущей грязи и пыли, среди которой лежали какие-то экзотические фигурки и талисманы. «А, чёрт! – завалился с колен парень и впечатался рукой в этот мусор. – Фуф! Что за дрянь он здесь хранит?» Обтерев ладони о штаны, Альфред поднялся на ноги и взял со стола какую-то задубевшую от времени тряпку, чтобы замести ею всё на место. И лишь спустя несколько секунд он с ужасом понял, что это была никакая не тряпка, а самая настоящая человеческая кожа, испещрённая кровавыми надписями и рисунками.
«Да что, твою мать, здесь творится?!» – испуганно проорал тогда Альфред во всё горло и запустил свою кошмарную находку в угол комнаты.
Решив больше никогда ничего здесь не трогать, парень устало отошёл обратно к дивану и посмотрел в окно. Сейчас Альфред вполне мог сорваться с места и убежать, спрятавшись от Джаргула в каком-нибудь подвале этого города, где бы никто и никогда его не нашёл. Но после того, что случилось с ним на ярмарочной площади, он просто не мог оставить своего похитителя, не получив от него хоть каких-то ответов. Нельзя было сказать, что страх Альфреда больше не имел над ним власти, но однажды прикоснувшись к необъяснимому, он всё больше и больше отдалялся от него, и теперь его страх был не более чем эмоцией, которая не могла больше сдерживать парня на месте, ежесекундно вступая в бой с другими его эмоциями, такими как любопытство и прозорливость.