Хранительница небес

– Тебе нужно принять душ, – мягко сообщает Лора. – Ты сама справишься или мне помочь?
То, как трогательно она заботится обо мне, заставляет глаза снова наполниться слезами. Лора не из тех, кто будет как мамочка-наседка носиться за тобой, но сейчас она в точности предугадывает все, что мне нужно. Никаких разговоров и размышлений – только горячий душ.
– Спасибо, я справлюсь.
Она ободряюще улыбается.
– Я оставлю дверь в гостиную открытой, ты кричи, если что-то понадобится!
Она вручает мне чистое полотенце и выходит из ванной, а я, дрожа всем телом, забираюсь в душевую кабину и включаю горячую воду. Последний раз я была в душе больше двух недель назад, когда вернулась из своего месячного путешествия во Флоренцию. Тогда я с нетерпением ждала момента, чтобы провести наконец пару спокойных дней, не выходя из дома. Сегодня я тоже вернулась из прошлого, но ощущалось все иначе.
Пытаясь убежать от настойчивых мучительных мыслей, я беру первую попавшуюся бутыль и уже собираюсь намылить голову, как замечаю, что это шампунь Пауля. Но у меня не хватает сил даже закатить глаза, вместо этого я медленно сползаю по холодной кафельной плитке на пол, позволяя горячей воде стекать по мне водопадом. Глаза горят от слез, а горло так сжато, что едва получается дышать.
Я безвозвратно потеряла частичку себя там, в подземном акведуке. Частичку, отсутствие которой я осознаю в полной мере, когда Люций придет и за мной. Связь с Лео была неотъемлемой частью наших зодиаков, а теперь она была разорвана. И я чувствую себя так, словно у меня отняли часть тела. Нет, орган. Что-то жизненно важное, без чего я не ощущаю себя цельной.
Интересно, как с этим справляется Лео?
Мой зодиак еще со мной, в то время как Лео потерял вообще все и остался где-то в прошлом совсем один.
Не отправила ли я их с Люцием в одно и то же место? Оставит ли Люций его в живых теперь, когда он бесполезен без своего зодиака? Или травмы Лео в принципе не совместимы с жизнью?
Изо всех сил закусив костяшки пальцев, я подавляю отчаянный вопль боли, поднимающийся во мне от этих мыслей.
Когда выхожу из ванной, через приоткрытую дверь я слышу тихие разговоры Лоры и Пауля, но почему-то не могу заставить себя присоединиться к ним и ответить на все интересующие вопросы. Они желают мне только добра и заслужили получить свои ответы, но сейчас мне хочется сбежать от этих неизбежных расспросов. И, вместо того чтобы напомнить о себе, я осторожно проскальзываю в свою комнату и падаю на кровать прямо так, в полотенце: на поиск пижамы попросту не остается сил. Закутавшись поплотнее в полотенце, я неуклюже натягиваю покрывало на влажное после душа тело, и меня окутывает знакомый аромат кондиционера для белья, обманывая, заставляя думать, что все в порядке. Сердцебиение наконец-то успокаивается, и я проваливаюсь в сон, оставляя все свои тягостные мысли на потом.

 
Глава 2
Мюнхен, 5 декабря
Просыпаясь, я словно выныриваю на поверхность из бескрайне глубокого, зловещего океана. Сон пытается удержать меня там, внизу, где темно и спокойно, но мое тело неумолимо дрейфует наверх.
Я еще не успела открыть глаза, но уже знаю, что реальность этого утра мне не понравится. В груди ноет от тупой, мучительной боли, которая сопровождала меня даже во сне. Но стоило мне проснуться, и она наводнила мои ребра оглушительной волной. События вчерашнего дня обрушиваются на мою гудящую голову, и я сворачиваюсь в комочек с тихим стоном. Картинки из грота проносятся перед глазами, голос Лео отдается отдаленным эхом в ушах, который призывает меня убираться в безопасное место.
Я в отчаянии зарываюсь лицом в подушку, чтобы отгородиться от этих воспоминаний, однако у меня так и не получается отогнать жуткие образы, возникающие перед внутренним взором. Поэтому продолжаю лежать, парализованная виной и паникой, уставившись в одну точку и позволяя сценам из прошлого снова и снова проигрываться в голове. Я осознаю, что должна встать с кровати и заняться чем-то полезным, а не лежать, осыпая себя бесконечными упреками. Но с того момента, как у Лео отобрали зодиак, все силы разом покинули меня.
В конце концов подняться с постели меня заставляют две вещи: ноющий мочевой пузырь и настойчиво рычащий желудок – и, перекатившись на бок, я все-таки свешиваю ноги с кровати. Каждая клеточка в теле болит так, словно по мне проехался асфальтоукладчик. Все еще завернутая в махровое полотенце, я нашариваю руками комод и вслепую хватаю первое попавшееся нижнее белье, спортивные штаны и свитер. Вид из окна серый и неуютный, и я невольно задаюсь вопросом: какой сейчас месяц? За два продолжительных путешествия в прошлое я совершенно утратила чувство времени, так что, кто знает, может быть, уже предверие Рождества или Нового года. Но арифметические расчеты в уме быстро наскучивают, и я оставляю это на потом: для меня сейчас важнее побыстрее оказаться в ванной.
Через пятнадцать минут, закончив с умываниями, я делаю глубокий вдох и направляюсь по коридору в гостиную. Электронные часы в ванной показывают одиннадцать утра, и Пауль наверняка уже проснулся. Нам предстоял серьезный разговор, а не те жалкие попытки, что я пыталась выдать вчера, сдерживая рыдания. Ноги не хотят нести меня в гостиную, пальцы сводит от холода, но я не могу вечно избегать Пауля. Возможно, он сможет придумать что-то, что мне поможет.
Пауль действительно уже сидит за обеденным столом с телефоном в руке и кофейной чашкой рядом. Его светло-русые волосы беспорядочно торчат дикими вихрами, и от того, насколько нормально и знакомо это выглядит, я тихо вздыхаю. Он оборачивается на этот звук, сканируя меня озабоченным взглядом. С моего места его темные круги под глазами кажутся особенно жуткими, а еще он до невозможности бледен. Виновато закусив нижнюю губу, я отчетливо понимаю, что это моя вина: в последнее время я и правда была не лучшей сестрой.
– Привет, – нарушает молчание Пауль. – Позавтракаешь со мной?
Дотащившись до своего привычного места, плюхаюсь на стул. Позади раздается грохот, и из кухни выплывает Лора с двумя дымящимися чашками. Ничего себе, она все еще здесь?
– Во время твоего отсутствия я частенько оставалась у вас, – чуть нервно оправдывается она. Лора никогда не нервничает. Но я с благодарностью принимаю кофе, невозмутимо пожимая плечами.
– Я рада, что ты была рядом и Пауль не был один все это время.
Эти двое переглядываются, но я слишком занята тем, что делаю первый осторожный глоток своего кофе, предпочитая не обращать внимания на их странное поведение. М-м-м… Я едва не обжигаю язык, но оно того стоит. Кофе поистине эликсир жизни.
– Как твоя рана? – спрашивает Пауль.
– Почти как новенькая.