Попаданка в деле, или Ваш любимый доктор - 2

— Солнышко, осторожно, он такой маленький, — я пыталась остановить сына, но мини-тиин сам вскочил ему на ладонь, вскарабкался по руке и, сев на плечо, обнюхал шею и волосы. Сашка поёжился от щекотки и расхохотался.
— Ай, пушисьтик! Мяяягонький… хорошеееенький… Мама, я так мечтал о нём!
В этот момент дверь в комнату заскрипела, и на пороге появился Норвин:
— У нас в семействе пополнение? — потрясённо спросил мой муж, не отводя глаз от тиинчика. — И когда вы успели?
— Я ведь говорил, что у тиинов появляются дети в момент наивысшего счастья, — напомнил Пискун, млея от радости. — Именно сейчас я осознал, насколько счастлив быть рядом с вами. Вы ведь моя семья.
В этот трогательный момент я, если бы была представителем тиинского племени, сама бы лопнула на десять маленьких Леночек. Может, это и к лучшему, что люди не умеют размножаться почкованием.
— Его будут звать Пушисьтиком. Правда красивое имя? — деловито спросил Александр. — Пискун и Пушисьтик. Папа, тебе нравится?
— Да, — Норвин почесал затылок. — Очень мило.
Он коснулся моего плеча и забрал Сашеньку к себе на руки. Маленький проказник тут же принялся мять лицо папочки своими цепкими маленькими пальчиками, тянуть за нос и волосы, приговаривая:
— Вот тааак… сделаем папу красиииивым…
— Ты готова? — поинтересовался Норвин, стоически терпя издевательства сына.
— Всегда готова. Наверное, Грэта уже пришла.
Я распахнула дверь и выглянула в коридор. И правда, женщина уже поднималась по лестнице.
— Нейра Эллен! Я здесь! Здравствуй, мой сладкий Сашуня! А у тебя новый питомец, да? Сейчас мы познакомимся.
Грэта расплылась в улыбке, и Сашенька потянул к ней ручки. Наш малыш полюбил свою няню, а та души в нём не чаяла и с радостью его развлекала, когда мы с Норвином были на работе. Кстати, когда мы выбирали имя будущему ребёнку, и я предложила Александра, мужу оно сразу понравилось.
— Ну вот, теперь не страшно оставлять сына дома, ведь у него такая компания, — Норвин обнял меня за талию. — Пора идти, сегодня тебе предстоит перевернуть сознание ещё нескольких сотен лекарей. Конечно, они о тебе уже наслышаны, но некоторые до сих пор не имели радости познакомиться.
Попрощавшись с домашними, мы вышли на улицу. Надеюсь, вернёмся быстро, потому что теперь я всегда скучала, а работа стала не единственной целью и отрадой.
Я по-прежнему трудилась в госпитале благой Валиры, но поддерживала контакт со своими знакомыми лекарями и интересовалась судьбами бывших пациентов. А их успехам радовалась, как своим собственным. Например, Халли осталась у нас и работала на кухне, а год назад усыновила маленького мальчика. После удаления опухоли гормоны пришли в норму, и борода перестала расти. Оказалось, Халли очень даже миловидная женщина, особенно когда не ругается, а ребёнок заполнил дыру в её душе и смягчил боль от потери близких.
Тай нашёл себе девушку среди наших сотрудниц, и в следующем году они планировали купить маленький домик на окраине Левилля и пожениться. Ампутированная нога не помешала ему стать счастливым и парень часто шутил, что вместе с ней ампутировали и его невезение.
А вот мои дорогие Делла и Йен уже успели связать себя узами брака, они оказались просто созданы друг для друга. Моя ученица по-прежнему занималась маленькими детьми и акушерством, тогда как Йен сосредоточился на операциях. Оба нашли своё призвание и путь в жизни.
Дэрин за это время успел набраться ума и стать серьёзнее, как и остальные практиканты. Нейт Ойзенберг, видя, как месяц за месяцем его работа приносит всё больше результата, больные выживают и благодарят от всей души, а его репутация идёт вверх, смягчился и перестал быть невыносимым врединой и занудой. Да, мы всё равно иногда цапались, он кричал что терпеть меня не может, выбрасывал сменную обувь в окно и грозил уехать в столицу, но каждый раз оставался. Интересно, почему? Может, не так плохо ему было со мной работать? Скорее всего. Только лекарь в этом никогда не признается.
Что касается нейта Лейна, то он тоже был вполне доволен жизнью и даже, вроде бы, счастлив. Сайли всё-таки добилась своего, растопила сердце неприступного лекаря, и они почти два года жили вместе.
Первый выпуск акушерок разъехался по разным городам и сёлам, но мне время от времени приходили от них весточки. Мои девочки не забывали меня, писали и делились успехами, что меня очень радовало.
Больше никто не узнал, что я попаданка, да и сама я не стремилась раскрывать свою тайну, хватит с этого мира потрясений. Я добилась всего, чего хотела. Несказанно повезло, что в мужья мне достался человек прогрессивных взглядов, смелый, неравнодушный и отчаянный. Признав во мне попаданку, не испугался, а принял и полюбил такой, какая я есть. Стал для меня тихой гаванью, поддержкой, лучшим другом и зрелой любовью.
В знак благодарности я сжала руку Норвина и прислонилась к его плечу.
Когда-то я думала, настанет ли оно — идеальное время для счастья? Но благодаря тем, кто был рядом со мной, кто верил в меня, поддерживал и любил, поняла: оно давно наступило.
Конец.