Чудовищные будни красавицы

– Надо бы взглянуть, что он там читает, – обронила задумчиво. Потом спросила мужчину: – А ты сам завтракал?
Фил улыбнулся.
– Завтракал. Харрис тоже поел, не отрываясь от своей игрушки.
Ну ладно, хоть не голодом сидят.
Доела свой завтрак, поднялась и уткнулась носом в грудь Филиппа.
Попыталась его обойти, но он заступил мне дорогу.
Это ещё что за новости?
Посмотрела в хитрое лицо барона и, сузив глаза, прорычала:
– Это ещё что такое?
– Ты сказала, что за мою помощь ты готова меня обнять и поцеловать. Ты сама это сказала, Маргарита. Так что… обнимай и целуй меня.
* * *
– Маргарита —
– Фил, ты спятил? – прошипела я, напрягаясь от странного и совершенно неуместного поведения барона.
Филипп же перестал хитро улыбаться. Его лицо приобрело серьёзное выражение. Мужчина приблизился ко мне вплотную, глядя при этом на меня, как хищник на загнанную добычу. Я сделала шаг назад, но кухонный стол не позволил мне расширить между нами дистанцию.
Внутри расплылось одно-единственное желание – бежать и запереться в своей комнате!
– Я не спятил, Марго, – вдруг охрипшим голосом произнёс Филипп, нависая надо мной громадиной. – Ты просто не видишь себя со стороны. Ходишь в облегающей домашней одежде, или коротком халатике, демонстрируя свои стройные и гладкие ножки. Ешь, говоришь и всё делаешь как порочная женщина. Думаешь, я и Харрис не видим, что ты пытаешься кого-то из нас соблазнить…
ЧТО-О-О?!
– Что ж, признаю, Харрис крепче. А я не могу больше… – добавил он шёпотом, склоняясь ко мне, чтобы поцеловать.
Упёрлась в мужскую грудь руками и оттолкнула Фила.
– Ты думай, что говоришь! – рявкнула, сжимая руки в кулаки от бессильной ярости. – Ты и Виктор – плод моего воображения! Да я ни за что на свете не стала бы кого-то из вас соблазнять! Это же… мерзко!
У Майлза лицо приобрело странное и слегка задумчиво выражение, но ненадолго.
Его взгляд переместился на мои губы. Не отрывая взгляда от них, он произнёс на полном серьёзе:
– Твой голос дрожит… И твои слова неуверенны, полны сомнений. Не сопротивляйся, Маргарита.
И неожиданно, он рывком прижал меня к себе.
Сел на стул и усадил меня к себе на колени, удерживал при этом крепко. Филипп запустил руку мне в волосы, намотал их и сжал в кулаке. Я ахнула от неожиданности. Страха не было. Только раздражение и гнев.
Начала вырываться из его крепких объятий, но с тем же успехом можно рваться из железных оков.
Барон тем временем, прижал меня к себе крепче и прошептал на ухо, обдавая жарким дыханием:
– Не дёргайся, так ты сильнее меня распаляешь.
И тут я пятой точкой явственно ощутила силу его желания.
– Ну ты и козёл! – прошипела дикой кошкой и более рьяно забилась в его тисках.
Но Фил всё равно крепко держал меня одной рукой, другой дёрнул за волосы, заставляя меня запрокинуть голову, и впился в мои губы жёстким и ужасно откровенным поцелуем. Я совершенно потерялась от неожиданности и его поведения!
Но признаться честно, лорд Майлз целоваться умел.
Он делал это уверенно и горячо, что в один миг, мой разум был поглощён чувственным удовольствием.
Так же резко как он начал меня целовать, Фил прервал поцелуй. Тяжело втянул воздух и положил ладонь на мою скулу, провёл кончиками пальцев до шеи. Погладил…
Я смотрела в лицо блондина и обалдела уже не только от его поведения, но и своего собственного. Филипп уже не держал меня крепко, одной рукой он гладил мою спину, вызывая толпу мурашек.
Тряхнула головой и отшатнулась, уперлась ладонями в грудь блондина и прорычала:
– Пусти меня. Немедленно.
Попыталась встать, но рука на моей спине затвердела, и он снова вжал меня в своё тело. Опять провёл рукой по моему лицу, коснулся моих губ и жарко выдохнул:
– Почему, Марго? Ты же не против…
Снова схватил меня за волосы, потянул и вдруг, коснулся горячими губами моей шеи.
Сладкая истома разлилась в теле.
Боже мой! Что со мной творится?
Я знаю, что. У меня давно не было близости с мужчиной, вот и реагирую на… своего идеального героя из любовного романа.
Чёрт, чёрт, чёрт!
И тут до меня дошли его слова.
Он не против?
То есть, блондин делает мне одолжение?
Осчастливил, сволочь!
Моё изумление сменилось дикой яростью, и я вцепилась пальцами в волосы Филиппа, намереваясь вырвать парочку клочков.
 
Мужчина дёрнулся и зашипел, но отпустил меня, наконец.
Сжала руки в кулаки, применила самый высокомерный тон, какой только был в моём арсенале и воскликнула:
– Никогда больше не смей ко мне прикасаться, сволочь! Не послушаешь – убью тебя, Филипп Майлз! Тебе ясно?!
Барон нахмурился и не успел ответить. На кухню вошёл Виктор.
– Что за крики?
Посмотрел на бордовую меня, скользнул взглядом на мои растрёпанные волосы, блестящие от ярости глаза, опухшие губы и очень медленно повернулся к Филу.
– Я это запомнил, Майлз. Когда связь будет разорвана, ты примешь бой со мной.
И столько тихой ярости было в спокойном и тихом голосе Виктора, что вздрогнула не только я, но даже Филипп.
– Марго была не против, – произнёс он и пожал плечами, нагло улыбнулся, провоцируя Виктора. – Злишься, что я первый поцеловал её, так?
 
Я стиснула зубы и сжала руки в кулаки, намереваясь вклиниться между ними, если сейчас начнётся драка. Но Виктор держал себя в руках и на тупую провокацию не подался.
– Я всё сказал, Майлз, – проговорил он, чеканя слова.
Потом посмотрел на меня потемневшим от гнева взглядом и указал рукой, чтобы я покинула кухню. Что я и сделала, даже не взглянув на Фила.
Козёл.
Виктор остановился у дверей моей спальни и сказал на полном серьёзе:
– Нужно приобрести для тебя шокер. Я присмотрел пару моделей для тебя. Если дашь данные карты, я закажу.
Хлопнула ресницами, офигевая ещё больше. И прошептала поражённо:
– Шокер? В собственной квартире?
Виктор и бровью не повёл, лишь произнёс:
– Филипп слаб в плане животных инстинктов. Ему нужна женщина и раз он не может получить её вне этого места, он будет пытаться добиться тебя, Марго.
– Я всё слышу! – крикнул с кухни раздражённо Фил.