Чудовищные будни красавицы
На подгибающихся ногах, по стеночке, вернулась в подъезд. Доплелась до лифта, ударила по кнопке и тяжело валилась в открывшуюся кабину. Сквозь пелену перед глазами, дрожащим пальцем нажала на свой этаж. Рухнула как подкошенная и упёрлась руками, чтобы моё лицо не оказалось на грязном полу.
По мере того, как поднимался лифт, моё жуткое состояние проходило.
Тошнота исчезла, от головокружения и дикой головной боли не осталось и следа. Слабость прошла, и я спокойно поднялась на ноги и вышла из лифта на свою площадку.
В недоумении уставилась на свою входную дверь, потом открыла сумку и долго в ней искала мятную жвачку.
Отправила две подушечки в рот и вновь вызвала лифт.
Поехала вниз, вышла из подъезда и… Всё повторилось с поправкой, что стало хуже!
Я едва смогла вернуться.
Так плохо мне никогда в жизни не было и я совсем-совсем не желаю повторения.
В диком недоумении и злая как тысяча чертей вернулась в квартиру и с порога рявкнула:
– Так, быстро сюда!
– В чём дело? – вышел из кабинета Филипп в одних портках нежно розового оттенка. В другой ситуации я бы обязательно над ним пошутила.
Из гостиной показался и Виктор. Он зажимал подмышкой планшет и явно был недоволен, что я его отвлекла от занимательного дела.
– Почему вы вернулись? – поинтересовался он хмуро.
– Филипп, оденьтесь немедленно. Вы сейчас выйдете вместе со мной из квартиры, из дома… Я хочу кое-что проверить.
Мои герои хороши были тем, что иной раз не задавали вопросов.
Лицо у меня было видать слишком серьёзным, раз они оба поспешили выполнить мою просьбу-приказ.
Хотя Виктору понадобилось лишь сапоги обуть (отдельная история, как я «уговаривала» его и Филиппа не ходить по моей квартире в обуви).
Граф и барон без происшествий, но с изумлением на лицах спустились вместе со мной в лифте. Судя по всему, им лишь гордость и моё присутствие не позволило выдать свой страх и непонимание происходящего, а мне было не до того, чтобы рассказывать о лифте.
Теперь уже к моему изумлению, мы вышли из подъезда и спокойно дошли до автостоянки, где стояла моя машина.
– Всё ясно, – произнесла угрюмо и повела своих героев обратно домой.
Встречающиеся на нашем пути люди сбивались с шага, останавливались и доставали телефоны, чтобы запечатлеть мужчин, выглядевших как выходцы исторического романа (что в принципе являлось чистейшей правдой).
Но мне было всё равно.
Мы вернулись домой, и когда я переоделась в домашнее, наконец, объяснила графу и барону своё поведение:
– Я не могу от вас далеко уйти. Мне становится очень плохо, и я практически теряю сознание.
– Мы связаны, – после недолго молчания изрёк Филипп и посмотрел на Виктора. – Так ведь?
– Нас связала некая магическая сила, – произнёс абсолютно спокойным и даже равнодушным тоном брюнет. – Если мы не разберёмся, что это за сила, то так и останемся до конца жизни невольным триумвиратом, зависящим друг от друга. Признаюсь вам, леди Маргарита, меня подобное не устраивает.
– Ха, представляете, меня тоже! – зло хохотнула я.
Мы замолчали, и когда мне надоело молчать, хлопнула по дивану и заявила:
– Виктор, вы – маг, вот и думайте. Филипп поможет вам. А я пойду через интернет-магазин сделаю покупки. Когда привезут вам нормальную одежду, сможем вместе выходить, а пока нам придётся посидеть взаперти.
Филипп вздохнул.
Виктор метнул на него недобрый и раздражённый взгляд.
Я же почесала затылок, пожала плечами и пошла к себе в спальню, которая стала мне и кабинетом, и спальней и гостиной…
* * *
– Разве это одежда?! – возмущался Филипп, глядя на себя в зеркало. Лицо и шея барона пошли красными пятнами. – Я похож на жалкого бродягу!
Я закатила глаза. Это уже пятый вариант, что я скомплектовала, и Фил был недоволен. Даже в ярости.
– Ты разве так ничего и не понял? – невозмутимо произнёс Виктор.
– Что я должен понять? – раздул ноздри Фил и показал на своё отражение в зеркале. – Если бы меня увидели знакомые, то высмеяли бы, а враги пожалели и не стали бы убивать!
Филипп покачал головой и с мольбой в глазах посмотрел на меня.
– Маргарита, позвольте мне самому изучить моду вашего мира и выбрать себе одежду. Поверьте, в этом кошмаре я на люди не выйду.
– Какая тебе разница? – фыркнул Виктор. – Тебя всё равно здесь никто не знает.
– Я себя знаю, – не унимался барон.
У меня от его причитаний начинала болеть голова. Хорошо я догадалась сделать заказ и в аптеке. Нервные клетки мне ещё дороги.
– Пожалуйста, – протянула ему планшет с интернет-магазином, где я и делала заказ. Открыла ему сайт, пусть балуется. Заранее открепила банковские карты, чтобы баром не разорил меня на одежде.
Техникой кстати эти двое быстро научились пользоваться. Интернет так и вовсе освоили, словно родились прямо с планшетом в руках.
Ах да, теперь у нас два планшета. Один у Виктора, который он себе прихватизировал насовсем, новый пришлось купить Филу. Компьютер естественно, мой и к нему я не допускала их даже просто посмотреть.
Филипп переоделся в халат, брезгливо бросил одежду в кучу из примеренных шмоток, и засел выбирать себе по вкусу.
Но зря он так, я хорошие модели выбрала: джинсы с потёртостями и дырками, как модно сейчас, жакеты с имитацией заплат на локтях из кожи, водолазки, рубашки, футболки, стильные брюки, носки и трусы тоже приобрела… Но этот гад даже нижнее бельё забраковал.
Хорошо хоть вернуть можно и барон в чувствах не разорвал неугодную одежду. И бирки, кажется, все на месте.
Хм, даже никакую обувь не оставил.
Обувь барон «обласкал» так, что у меня уши покраснели, хотя меня в принципе сложно удивить.
Он пощупал кеды, ботинки и другие пары, обнюхал их и только что на зуб не попробовал, и сказал, что у него дома за такую халтуру, обувных дел мастера сразу бы казнили.
Я бы сейчас самого барона с удовольствием казнила. Честное слово, даже женщины менее капризны.
А вот Виктор молчал. Он ничего вообще не сказал по поводу выбранной для него одежды, просто принял покупки с невозмутимым «Благодарю». И на этом всё.
Переоделся и на мой вопрос: «Ну как?»
Ответил сухо: «Сойдёт».
И кстати ему очень шёл брутальный и чуть небрежный образ. Прямо альфа-самец получился. Хоть книгу под него пиши…
Под его помпезным костюмом не особо было видно рельеф тела, а сейчас, в чёрной футболке, что обтянула его торс как вторая кожа, в брюках милитари, граф выглядел потрясающе. Грозный и опасный хищник.