Старинный замок

До конца ужина он продолжал смотреть на меня, иногда переводя глаза на мои руки. Мне же безумно хотелось, чтобы этот момент стёрся из его памяти.
Следующим утром я поспешила в банк, где меня уже с нетерпением ждали. Зайдя внутрь, заметила, что все слишком мило улыбаются при виде меня. Эта обстановка вызывала раздражение. Оказавшись в кабинете того самого господина, я была удивлена, увидев скромный интерьер.
— Прошу, госпожа Алев, присаживайтесь! — улыбался во все 32 мужчина. — Мы с нетерпением ждали вас!
— Я заметила! — ухмыльнулась я.
— Поверьте, мне безумно приятно обслуживать такого клиента, как вы! — продолжал радоваться мужчина. — Конечно, мы были немного расстроены, что вы не посещали нас раньше…
— Не было подходящей возможности! — объяснила я.
— Понимаю, понимаю! — кивнул он. — Однако ваша мама очень переживала, поскольку…
Я внезапно остановила мужчину, подняв ладонь в воздух. Он смиренно послушался меня, однако в глазах его читалось не понимание.
— Господин… — и тут же запнулась я, пытаясь вспомнить его имя.
— Огуз! — снова заулыбался тот.
— Господин Огуз, я настоятельно прошу вас не говорить при мне об этой женщине! — нахмурилась я. — Ибо она меня вовсе не волнует! Давайте лучше перейдём к делу.
— Да-да, конечно! — закивал господин Огуз. — Какую сумму вы хотите снять?
— Миллион, — ответила я.
— Всего лишь? — удивился господин.
— На данный момент мне нужна именно эта сумма! — пояснила я.
— Понял! — записал на бумаге цифру господин Огуз. — Сейчас всё сделаем!
Через несколько минут деньги были уже у меня на руках. Господин Огуз хотел ещё о чём-то поговорить, но я тут же покинула банк, не дав возможности сказать и слова. Такое поведение было вполне оправданным, потому что другого ни этот человек, ни моя мать не заслуживали. Они оба прекрасно знали, почему я так себя веду.
Отдалившись от банка, я набрала Метина:
— Ты в мастерской?
— Как раз вышел, — ответил Метин. — Иду домой, но у меня немного времени. Надеюсь, успею.
— Не переживай, успеешь! — успокоила я.
Когда мы оба проснулись этим утром, я кратко описала Метину наш план действий. Я сказала, что заберу деньги из банка, а он тут же отнесёт их ростовщикам. Метин хорошо выслушал меня и ни разу не возразил, хотя всё ещё не понимал, откуда достала такие деньги.
— Будь осторожна, прошу! — сказал Метин.
— Не волнуйся за меня, — спокойно ответила я. — Жди дома, скоро буду!
— Хорошо! — выдохнул Метин и положил трубку.
По идее, проблема уже почти была решена. Никаких других опасений и ситуаций не должно было возникнуть. Однако я глубоко ошибалась…
Когда я пересекла перекрёсток к бульвару, рядом с которым находилась набережная, внезапно поднялся сильный ветер. Я не обратила внимание на это, но зато через пару секунд получила прямое послание. Я шла по дороге быстрым шагом, как вдруг вынуждено остановилась и схватилась за живот. Было ощущение, словно меня пырнули ножом. Дыхание внезапно заблокировалось, я стала задыхаться. Закричать ничего не могла, в горле появился ком. Но позже поняла, что меня будто кто-то душит.
Перед глазами начали мелькать картинки из детства. Это были мои родные края, голос мамы, улыбка дяди и в конце показался его дом. После вокруг меня начал сгущаться туман. Мерзкий и противный туман, который в детстве часто окружал дом дяди. Вдалеке я услышала чей-то голос:
— Алев… Я твоё спасение…
Через мгновение туман показал мне истину. Хозяин квартиры стоит передо мной и смеётся, считая деньги. После в глаза бросилась пустая квартира, а затем увидела, что в неё заселяются другие люди. Всё это вначале повергло меня в шок. Однако через доли секунды я поняла, что к чему.
Туман вмиг рассеялся, и я снова стояла на бульваре с сумкой денег в руках. В моих жилах закипела кровь. Казалось, что взорвусь сейчас от злости. Поэтому немедленно помчалась домой.
Метин уже ждал меня в квартире и когда увидел, очень обрадовался:
— Как хорошо, что ты успела! Я сейчас же отправлюсь…
Моя дерзкая пощёчина, которую с размаху вручила Метину, прервала его фразу. Парень испытал шок от такого моего жеста.
— Если ты сейчас солжёшь мне, — пригрозила я пальцем в гневе, — то я уничтожу тебя, Метин!
— О чём ты? — искренне не понимал он.
— Об арендной плате! — закричала я. — Ты каждый месяц исправно платил её?
Глаза Метина широко раскрылись, от чего я поняла, что попала прямо в цель. Ответа на мой вопрос не последовало, потому что Метин не мог ничего сказать.
— Говори! — закричала я, что есть силы.
— Я всё лишь… — невольно стал отходить назад Метин. — Попросил хозяина не торопить нас с оплатой.
— И сколько месяцев ты повторял эту просьбу? — наступала я дальше.
— Полгода… — тяжело вздохнул Метин.
Этот ответ отобрал у меня дар речи. Моему возмущению не было предела, однако, какой в этом смысл, если долг в полмиллиона уже существует. Но масштаб проблемы, которую Метин создал, меня просто шокировал.
— Итого… — выдавила я из себя, наконец, взглянув в окно. — Полтора миллиона…
Тяжёлый грустный вздох Метина подтвердил мои слова, как факт. Это было просто ужасно, потому что мне безумно хотелось разорвать его на части.
— Возьми эти деньги, — указала я рукой на сумку. — И убирайся вон.
— Алев… — растерянно посмотрел на меня Метин.
— Убирайся вон! — закричала я в лицо парню.
Он, молча, посмотрел мне в глаза, а после схватил сумку и покинул квартиру. У меня тут же появился ком в горле, отчего сползла по стенке на пол и заплакала. Чтобы выпустить всю боль и злость, это являлось единственным выходом. Раннее я часто так делала, потому что жизнь не была сладкой. Я словно губка, которая впитала всю гадость, а теперь хочет избавиться от неё.
Пока все слёзы не вылились наружу, я не могла успокоиться. В это время уже наступила ночь. Моё тело машинально передвинулось с пола на диван и обессиленная, я уснула.
Довольно дивный сон мне приснился. Будто я снова вернулась в детство и бегаю по улице. После мои глаза устремились куда-то вверх, а на лице появилась улыбка. Передо мной стоял дядя и протягивал руку. Я дала свою в ответ, и мы пошли в дом. Это было моим любимым местом, где часто играла с ним в прятки. Я бегала по коридорам и ступенькам, заливаясь от смеха. Внезапно дядя догнал меня и, схватив за руку, повернул в себе лицом:
— Моя Алев!
Он крепко обнял меня, и тут весь дом будто ожил, отовсюду стало доноситься: