Спасти Осень
– И небо здесь другого цвета! – подхватила Яла.
– А ещё тут совсем другие звёзды, и Луны не розовые, – сказала я.
Ракх с улыбкой слушал, поглядывая по сторонам, насколько позволяло положение полулёжа. А когда мы подъехали к мосту, где сани предстояло оставить, он поднялся сам. Правда, всем было видно, что ноги его держат с трудом.
– Что ты волком смотришь? – ухмыльнулся подошедший Йан.
– Надеюсь, не предложишь нести меня на руках? – отозвался Ракх с весёлой сердитостью.
Мы рассмеялись все вместе.
– Неужели сам дойдёшь? – сказал Ульф.
– Да. Но потом буду отсыпаться целый день.
Волки, как и мы, знали, что упрямство Ракха неисчерпаемо. Он и правда шёл сам до самых ворот, хотя я и пыталась как-то поддержать его, подставить плечо.
– Сама, поди, устала неимоверно, – пробормотал мужчина. – А на тебе ещё Тиэл.
– Ничего. Я ведь не ранена. Ой, а кто это?
Из большой центральной двери вышла с ребёнком на руках прекрасная женщина. Она была совершенно точно летой: длинные светло-золотые волосы, дивной красоты тёмно-фиолетовые глаза, неяркие веснушки совсем как у Ялы.
– Нуала, – тихо сказал Ракх.
Женщина по очереди обняла и поцеловала Йана и Ульфа, и, пока на ногах мужчин висели две девочки лет пяти, она спустилась к нам с крыльца.
– Не может этого быть… Неужели это ты, Ракх? – улыбнулась она с какой-то странной печалью. Посмотрела на меня, и в глазах вспыхнули добрые серебряные искры. – Здравствуй. О, светлые боги! Да у тебя малыш! Пойдём скорее. Жилль, Лэйт, скорее сюда! У нас гости!
Мы познакомились с ней уже внутри, и я поняла, что это та самая женщина, которую Ракх сначала предал, а потом спас от тёмных. Она проводила нас в просторные комнаты, сама принесла всё необходимое для Тиэла, а Ульф набрал в ванную воды и принёс еды.
– Я могу помочь с малышом, – улыбнулась Нуала. – С чем угодно.
– А как же твой кроха? – отозвалась я, немного смущаясь подобной заботы. – Без мамы справится? Сколько ему?
– Восемь, и Йан или Ульф прекрасно позаботятся о сыне. Да ведь?
– Конечно, – с улыбкой сказал старший, Ульф, принимая из рук жены ребёнка. Я знала, что в Зальмите некоторые семьи бывают именно такими, тройными, но почему-то не слишком этого смутилась. Наверное, дело было в том, как Йан и Ульф смотрели на Нуалу, и какой счастливой выглядела сама женщина. – Не переживай. Мы и про Дину с Ливой не забудем.
– Ракх, поправляйся, – сказал Йан. – Мы заглянем позже.
– Спасибо вам, – сказал маг. – За всё.
Мужчины кивнули и вышли, а я, наконец-то вытащив Тобиаса из перевязи, положила его в кроватку и убрала пелёнки.
– Он вообще-то привык к высаживаниям…
– Вот, горшочек. Я тут принесла пелёнок, и разные вещички. Сразу искупаем?
– Через минутку. Пусть немного поползает, он так этого ждал.
– А сколько ему? – спросила Нуала, с улыбкой наблюдая, как малыш исследует кроватку и её длинную косу, что виднелась меж прутьев.
– Почти девять, – отозвалась я.
– Так они с нашим ползунком ровесники!
С этого мгновения будто рухнули преграды. Мы говорили и говорили, и всё делали вместе так ловко, словно хорошо друг друга знали. Ракх, первые минуты слушавший нас, уснул, не раздевшись, и я, только искупав малыша, смогла снять с него сапоги.
– Ой, а что с лисичкой? – спохватилась Нуала.
– Мы встретили кабанов, они хотели силой увезти меня на свою землю, и Кутя меня защищала… Йан сказал, они ей ребро сломали.
– Опять эти свиньи, – поморщилась Нуала. – Ну, ничего, теперь они вас не тронут. Вы ведь не просто в гости приехали?
– Смотря, что решат вожаки, то есть твои мужья. Нам и правда больше некуда податься…
И я, не выдержав, рассказала Нуале о событиях последнего года – как мы поселились в горах, были счастливы, но снова подвели близких, и были вынуждены бежать.
– Мне бы хотелось верить, что здесь мы никому не причиним вреда, и что Тиэл будет в безопасности… Но я пойму, если Ульф и Йан, и ты, и все остальные волки не станете нам доверять.
– Вас не прогонят, – с властной твёрдостью ответила Нуала. – Хотя бы потому, что несколько лет назад мы сами звали Ракха в Зальмит. Вообще-то я и не надеялась, что когда-нибудь он справится со своей болью, обретёт новое счастье, найдёт любимую женщину. И по-настоящему рада за вас, Роза. Правда.
В один день я обрела новый дом, новую семью и новых друзей. Я могла потерять всё, но была жива, и мои родные были рядом. Нуала принесла мне лекарств, и я ещё некоторое время после того, как наелся и уснул Тобиас, сидела со спящим Ракхом, обрабатывая его раны. Сами собой вспоминались слова древних колыбельных, и я шептала их мужу, веря, что теперь-то у нас всё будет хорошо.
Давно стемнело, когда я, наконец, покончила со всеми делами, и села на широкую удобную постель. Слёзы тихо текли по щекам, и их теплота приносила мне облегчение. Я впервые чувствовала себя в безопасности – не на день или месяц, на годы. Рядом были те, кого я люблю, а там, за Вратами, стучали сердца тех, кто мне также небезразличен, но потерян в тумане принятых решений. Теперь, когда Зуруб был мёртв, вряд ли кому-то пришло бы в голову причинить вред моей семье, и это успокаивало. Но увижу ли я их когда-нибудь? А Такрэ, Крапси и Друк? Не разрушили ли маги, посланные по наши души, их дома? Я бы могла всю ночь думать о прошлом и будущем, но Ракх проснулся и, трудно приподнявшись, спросил:
– Что такое, малышка? Почему ты не рядом со мной под одеялом?
– Задумалась. Когда сильно устаю, всегда не могу уснуть. Переживаю за наших друзей и близких.
Мужчина подвинулся ближе и, как мог, погладил меня по волосам не обгоревшими кончиками пальцев.
– Уверен, у них всё нормально. Чудеса не только с нами случаются.
– На нашу долю их выпало немало, – отозвалась я. – Ты умирал и воскресал, я теряла и обретала. Тиэл с нами, и с ним всё хорошо. Не эта ли тишина и безмятежность – главное для нас чудо?
– Да, – кивнул Ракх. Я так привыкла к его особым интонациям, что молча посмотрела на мужчину, ожидая, что он продолжит, и маг сказал: – Я не хотел говорить тебе, малышка, чтобы не волновать. По правде, все девять месяцев твоей беременности я был напуган… – Он откашлялся. – Я боролся, как мог.
– С чем? – нахмурилась я. – За что?
– Такрэ сразу сказала, что второй малыш может не дотянуть до положенного срока. Мог случиться ещё один выкидыш. Ты не знаешь, но мы с ней круглые сутки оберегали и питали тебя и Тобиаса магией. Мы сражались за его жизнь, и Такрэ сказала, что для тебя любое волнение губительно. Поэтому я молчал.
Я тотчас поднялась и подошла к кроватке, где тихо спал сын.