Спасти Осень

Тэм рванул с моего плеча – и вскоре исчез меж пульсирующих нитей света. Он не пожелал оставить хозяина в его последний миг, просто не смог.
– Вперёд! – отчаянно выкрикнула я, едва справляясь с рыданиями. – Не останавливайся! Он делает это ради нас. Ради нас…
Вслед неслись дикие вопли, грохот и скрежет. Я даже на расстоянии чувствовала исходящий от магии жар. И рванула бы назад, в эпицентр белого шара, если бы не дитя, что спало у меня на руках… Я должна была сберечь нашего сына, малыша, так похожего на отца. Должна была найти для него безопасное место, новый дом. Я должна была справиться несмотря ни на что. И пусть погибнет моё сердце, но душа будет жить.
Я обернулась уже у самой расщелины, и слёзы хлынули градом: Ракха не стало. Звезда поглотила его целиком, сожрала сиянием, выжгла. А попутно прихватила тёмных, всех приведённых ими воинов, и край леса. Она продолжала расти, превращаясь в невероятно огромную огненную птицу, взмахивала крыльями и опаляла перьями небо, и казалось, будто даже свет лун и небесных очей подчиняется её величию. Она была невероятной, и рождала под собой смерч из множества энергий. Новорождённая птица-душа улетала в небо, унося с собой пепел сердца моего любимого человека. Что она знала? Что помнила? Кто мы были для неё? Наверное, она уже не знала своего прошлого, не знала нас… и это была самая страшная боль – быть забытыми навсегда.
Никому не под силу победить смерть. Ракх спас меня, спас сына, но он не мог спасти себя. Когда творишь судьбу уверенно и скоро, ты обязательно чем-то жертвуешь. И он отдал всю свою силу, чтобы сотворить для нас это последнее волшебство. Я знала, что свет его сердца всегда будет жить со мной, помогая не заблудиться в самом непроглядном и злом мраке.
    
Глава 26
Мне нельзя было оставаться на поле – жар, исходящий от гигантского костра, был слишком силён. Наверное, и видно это пламя было издалека – мало ли кто приедет? Помня своё обещание, я поехала прямо к Вратам, и вскоре оказалась под сводами каменного прохода. Я не ждала милосердия от неведомой магии Зальмита, но, почувствовав дуновение, поняла, что чужой мир впустил нас быстро и безболезненно...
…В зиму. Вокруг лежало полным-полно снега, хотя стоял не слишком крепкий мороз. Без звезды было холодно, и хорошо, что свой плотный плащ я не потеряла во время скачки. Слёзы, что продолжали катиться по щекам, мёрзли на щеках, и внутри меня разрасталась болезненная пустота.
Ушёл. Теперь уже точно навсегда. В сердце Ракха, такого сдержанного и спокойного, всегда жило пламя, и пламя же его забрало. Всхлипывая, я огляделась: лес, голосов деревьев совсем не слышно, а на небе россыпи ярких незнакомых звёзд и серебристая дымка туманности, напоминающей стрелу. Одна. Только тихо дышит Тобиас в тёплой перевязи, и Кутерьма, прижавшаяся к моему боку, встревожено пыхтит. Давясь рыданиями, я с трудом запихнула в себя кусок хлеба с сыром и мясом. Пропадёт молоко – и вовсе нечем будет кормить малыша. Не дичь же ему пихать! Да и кто станет бить птиц? У меня был только маленький двухзарядный арбалет и кинжал.
Я не знала, куда ехать. Ракх сказал, что волки живут на Севере от Врат, и я, чувствуя, как накатывает усталость, попыталась сориентироваться. Вроде бы зелье должно было действовать долго, почему же мне с каждой минутой становилось всё хуже? Возможно, это местные силы не дремали, и лишили меня всякого чужого волшебства. Я решила, что нужно где-то передохнуть. Например, посидеть на бревне хотя бы пять минут.
Огромные жёлуди и шапочки от них, часы – подарок сестры, немного вещей для малыша, бабушкин золотой с изумрудами браслет, семена, Ракхов сундук, котомка еды – вот и всё, чем я была богата, всё, что мне удалось сберечь. Я привыкла слышать, что вещи не имеют значимости, но теперь поняла, что это неправда. Никто не сможет ухватиться за время, вернуть давно забытое чувство без явного напоминания о нём. И это были мои счастливые огоньки прошлого, моё материальное тепло, вещи с особой энергией, что берегла нас четверых. Кутерьма голодно поскуливала, и я всё-таки отпустила её в лес. Если повезёт, она поймает под снегом мышь, а Сахара чем кормить? Вряд ли здесь росли вардарские коренья и ранние травы…
Но все эти заботы не шли ни в какое сравнение с той болью, что разрывала на части моё существо. Ракх не вернётся. Его нет. Сколько раз я теряла его, и верила в смерть, но потом обретала надежду? Вряд ли теперь для нас сбудется радостная сказка, ведь взрослые истории очень часто имеют печальный конец.
Я поднялась с бревна, отряхнула плащ, и ещё раз осмотрелась. Хорошо, что Ракх смастерил эту перевязь, с ней у меня всегда была свободна одна рука, да и вторая, которой я страховала сына на всякий случай, могла в случае чего пригодиться. Я приготовила оружие, надела на малыша ещё одну шапочку поверх лёгкой, хотя он и так был закрыт моим плащом и не проявлял беспокойства.
– Успокойся. Возьми себя в руки. Ты справишься! – Я утёрлась, хотя и понимала, что так быстро не приду в себя и не остановлю слёзы. – Север. Керальские горы. Ничего не видно...
Я вздохнула и медленно пошла к сосновому лесу. Главное, добраться хотя бы до полуострова Белок, и постараться всё им объяснить, но, наверное, доверие местной магии успокоит кланы. Всё-таки Врата добровольно открылись для нас с малышом, а обмануть их было нельзя.
К сожалению, нам не повезло. Ночной лес таил много опасностей, и самая главная подстерегала нас на первой попавшейся поляне. Шестеро мужчин в меховых плащах, все хорошо вооружённые и явно знающие лес. Я как-то сразу поняла, что это были не белки и не волки.
– Ого! – сказал один из них, увидев меня, и я пожалела, что не села в седло.
Возможно, получилось бы удрать, а теперь придётся объясняться, вот только на каком языке? Зальмского я не знала, и первые минуты просто слушала, как они переговариваются, ни слова не понимая.
– Погоди, ты что, из Вардара? – вдруг опомнился один из незнакомцев.
– Я жду своего супруга. Мы должны отправиться в гости в… в Драгнур.
Мужчины переглянулись.
– А, может, лучше к нам? – продолжил старший с сильным акцентом. – Кабаньи дубравы всяко ближе.
Только бы Тобиас молчал! Только бы они не поняли, что я прячу под плащом малыша! А, может, мне повезло? Правда, про кабанов я ничего не знала… И пошла бы с ними, вот только некое важное, тревожное предчувствие не оставляло сердце.
– Благодарю за ваше предложение, но мне нужно к волкам. Муж совсем скоро догонит меня, он задержался у Врат.
– Что-то не похожа ты на вардарку, – вдруг сказал один из молодых.
– Потому что я, хотя и знаю вардарский, родилась в Осени.
– А, – многозначительно протянул старший. – Как же вы с волками познакомились, если те отродясь не бывали в Осени?
Меня могла спасти только ложь.
– Мы встретились в Вардаре, на ежегодных королевских торгах. Это было пару лет назад. Нас пригласили погостить в Драгнур, и мы обещали, если когда-нибудь окажемся у Врат, попробовать попасть в Зальмит.